Чтение онлайн

— Я вам верю, леди Анна. Вы не могли похитить и вернуть Сольвейг, срывая чьи-то планы. Приношу свои извинения. Спасибо, что спасли жизнь моей дочери. Чем могу вам помочь?

Партия за черными.

— Узнайте все, что сможете о Касторе Керберосе, бывшем начальнике ночной стражи в Керколди, переведенного недавно в столицу.

Аня не просила, приказывала, поднимаясь и тем самым давала понять, что беседа окончена. Лорд вопреки приличиям остался сидеть, глядя на Аню снизу вверх.

— Прошу вас, не говорите ей.

— Кому?

— Сольвейг, по крайней мере пусть сначала поправится.

— Что не говорить?

— Кастор Керберос убит на дуэли.

— Хорошо, я не буду говорить.

Голос предал, сорвавшись и уйдя в глухое сопротивление, уши заложило. Аня стояла, как вкопанная, перебирая бусины на длинной нитке.

— Я не скажу ей до тех пор, пока она не спросит. Милорд…

Немного вопросительной интонации и лорд, наконец встал, чтобы выказать уважение даме.

На ватных ногах Аня добралась до комнаты. Идущие ей навстречу шарахались от образа Снежной Королевы: прямая спина, невидящий взгляд, могильный холод аурой расходился по коридору. Девушка впервые закрыла двери своей комнаты на замок. Впервые наглухо закрыла окна и задернула шторы. Забралась под одеяло и застыла. Казалось, замрет навеки, остановит время и не будет так больно от пустоты. Хотя, откуда пустота? Кастор был очередным перевалочным пунктом, не более. Он не занимал места в сердце девушки. В мыслях был, это правда. Но не в душе.

Тогда почему слезы ручьем? Почему тихая тоска рвет грудь и дышать трудно? Почему хочется остановить землю и сойти?

Почему пустота? Зачем пустота?! Что с ней делать?! Как дальше? Как?!

Забытье пришло внезапно, укутало Аню в легкое пуховое одеяло, подоткнуло с боков, чтобы было теплее и удобнее, и укачало колыбельной одиночества.

Попытки достучаться до девушки не принесли результатов. Дверной замок взломали и обнаружили Аню спящую в позе эмбриона. Списав недомогание на последствия пережитого, брюнетку оставили в покое до следующего дня. Однако ни на следующий день, ни через день ситуация не изменилась: Аня спала или плакала, одним взглядом отгоняла от себя посетителей, лекарей, отказывалась от еды и все искала причину боли и пустоты.

Окрепшая за три дня Сольвейг, удивленная и рассерженная долгим отсутствием кузины, приказала отвести себя к леди Анне. Два часа рыданий и всхлипов, сожалений и решительных планов отмщения, однако Аню из ступора так и не удалось вывести.

— Вы же обещали мне не говорить ей, пока организм не окрепнет. — Лорд Вазилайос без приглашения посетил леди Анну и сейчас мерял комнату шагами.

— Я обещала не говорить до тех пор, пока она сама не спросит.

— Спросила?

Аня закатила глаза и отвернулась к окну. Все тот же зеленый сад, все те же изумрудные тени живых стен, но солнце светит не так ярко, птицы поют не так звонко. Хандра. Надо что-то менять!

— Леди Анна, вам передали, — последовало за тихим стуком в двери. Присмиревшие слуги теперь ходили на цыпочках: лорд Вазилайос чуть не разнес полгорода, пока искал пропавшую дочь.

Девушка поставила на стол небольшую коробку из пробкового дерева и спешно удалилась. Аня безразлично глядела на посылку, затем подошла к столу и откинула пробковую крышку. Лорд Вазилайос внимательно следил за каждым движением девушки.

Содержимое коробки пряталось под прямоугольным конвертом из грубой серой бумаги: перстни, наконечник стрелы, несколько цепочек, гребень слоновой кости. Все, что лежало внутри смахивало на сокровища мальчишки. Ничего интересного не найдя, Аня открыла конверт и достала несколько сложенных листов бумаги. На одном из листов неровным и заковыристым почерком было написано письмо адресованное Ане:

«Здравствуй, моя красавица. Прости, родная, мы больше не увидимся. Завтра особый день. Завтра мне окажут наивысшую честь и позволят скрестить мечи с его императорским сиятельством в настоящем бою. Я не успел многого из того, что обещал тебе сделать. Но одно обещание я сдержу: я буду ждать тебя в этом славном городе вечно.»

У девушки предательски затрясся подбородок, подкосились ноги, усаживая безвольное тело в кресло. Лорд не церемонясь, выхватил письмо и прочитал.

— Вы и Кастор? — Прошептал мужчина, присаживаясь в соседнее кресло, пробегая в который раз по трем коротким предложениям, пытаясь увидеть нечто между строк. — Вы и Кастор…

Сделал ударение на первом слове и, подняв голову, встретился взглядом с Аней.

— А что в этом удивительного? Я женщина свободная и бывшая замужем. Не связана обязательствами.

— Но у меня была другая информация, — как-то очень рассеянно и растерянно произнес лорд Вазилайос. — Что во втором письме?

— Не знаю, — Ане было действительно все равно: она протянула второй лист собеседнику, опустив голову и зарывшись пальцами в остриженные волосы.

— Это завещание: все имущество переходит вам.

— Все имущество, — горько хмыкнула брюнетка и стала бездумно водить пальцем в коробке, вороша «сокровища».

Потом вспомнила одну деталь, встрепенулась и рывком вывалила содержимое коробки на стол, стала разгребать мелочь руками, разложила все на столе, пересмотрела каждую деталь, но так и не нашла искомого.

— Ее нет, — прошептала девушка.

— Чего нет, — удивился седовласый.

Аня не говоря ни слова встала из-за стола и подошла к комоду, открыла свою шкатулку с украшениями и достала серьгу с розовым аметистом и протянула лорду украшение.

— Нет ее сестры.

В коридоре послышался шум и в приоткрытую дверь вошла Сольвейг, по дороге ругаясь с семенящей позади нянькой.

— Мне все равно, что еще рано ходить и бегать, но я хочу! И все! — Ох, и характер у девушки! — Анна, я знаю, чем тебя развеселить! Я же помню, как ты любишь акс… ак-се-ссу-ары, — по слогам произнесла блондинка, подскакивая от нетерпения к комоду. — Смотри, что подарил наш император матушке на день рождения.

Легким движением руки леди С, словно фокусник, достала из складок платья ожерелье из платины и золота, украшенное камнями, переливающееся на солнце, мелодично звенящее при каждом неосторожном движении.

— Примерь, — улыбнулась блондинка.

— Сольвейг! — Раздалось из двери.

— Юдора! — Прошипел лорд Вазилайос, повернувшись ко входу.

А Аня превратилась в каменное изваяние: один из камней украшения подмигивал ей нежно розовым глазом.

Гробовая тишина воцарилась в комнате, слышен был лишь тонкий перезвон звеньев цепочки.

Задачка, которую не смогли решить ни Аня, ни лорд Вазилайос, решилась сама благодаря неуемной энергии главной героини представления с похищением. Именно представление, спектакль, потому что настоящего похищения никто и не планировал.