Чтение онлайн

– Как черные медведи! – смеясь, сказал Пузан. – Будем летом оравой отъедаться на зиму…

– Откормить тебя на зиму никаких даров природы не хватит, – подколол Абдулл, толстого Пузана.

По дороге домой мы договорились, что будем опекать чёрную медведицу и её медвежонка до тех пор, пока медвежонок подрастёт и научится сам искать себе пропитание на природе.

По законам природы дальше повзрослевший медвежонок будет жить самостоятельно. Он не будет нуждаться в материнской опеке. Тем более наша помощь совершенно не нужна животным в дикой природе.

Это мы сейчас заботимся о медведице с медвежонком потому, что они по какой-то причине оказались вдалеке от своих сородичей и вынуждены были приблизиться, чтобы прокормиться.

Вполне возможно, что они, как только окрепнут, так сразу уйдут в горы к своим сородичам? Мы поклялись кровью, что наша опека над медведями останется в глубокой тайне от всех.

В знак своей клятвы мы кинжалом укололи до крови указательные пальцы у себя на правой руке. Затем кровью с пальцев дотронулись каждый до лба друг у друга. Как заявлял Сулимов Вовка, что так с кровью клянутся верности индейцы Америки, за своё освобождение от бледнолицых врагов.

Мы считали, что так же с годами вырастим гордыми и смелыми, как племена индейцев в Америке. Однако наша клятва и тайна долго не продержались. На территории Нового городка быстро распространились слухи, что на горе «Пушкина» и в Уллубиевской балке бродит чёрная медведица с медвежонком.

Большая часть мужчин в Избербаше и в Новом городке, были рыбаками и охотниками. Но никто из охотников не решился пойти убить чёрную медведицу. Ведь с ней был маленький медвежонок!

Большинство мужчин пережили войну с фашистами. Поэтому ни у кого из мужчин не поднялась рука убить ребёнка. Пусть даже этот ребёнок был медвежонком.

Но ребёнок без матери тоже не жилец. Поэтому убивать мать при маленьком ребёнке был грех для всех охотников. На общем собрании охотников и рыбаков двух населённых пунктов, Избербаш и Новый городок, решили взять под охрану медведицу и медвежонка от возможных браконьеров, прибывших со стороны.

Так как прикаспийская низменность вокруг Избербаша и Нового городка была местом зимовки, а также местом поселения многочисленных пернатых, рыб и животных.

То сюда к нам наведывались со всего Советского Союза многочисленные рыбаки и охотники, а вслед за ними прибывали обычные браконьеры, которые без всякого права и без лицензии круглый год истребляли представителей дикой природы.

Поэтому местные власти, а также местные охотники и рыбаки строго следили за тем, чтобы браконьеры не уничтожали местную флору и фауну прикаспийской низменности.

Ведь мы сами местные жители являлись частью дикой природы, которая была вокруг нас. Конечно, наша местная шпана не могла остаться в стороне от таких событий, как помощь животным в дикой природе.

Мальчишки и девчонки Нового городка целыми днями между собой обсуждали один и тоже вопрос, это как помочь чёрной медведице воспитать своего медвежонка в условиях дикой природы. Можно было подумать, что до нас животные дикой природы не могли жить.

– Мне кажется, что мы слишком опекаем медведицу с её малышом, – сказала, Гала Жарцова-Иваненко, наша одноклассница, когда мы собрались на берегу моря, чтобы разобраться во всем.

– Правильно! – поддержал одноклассницу, Журавлев Витька. – Надо оставить в покое медведицу с её малышом. Пускай они живут без нашей опеки, так как жили до нашего появления в этих местах.

– Надо просто со стороны города установить наблюдение за местом обитания медведей, – добавил свою инициативу Сулимов Вовка. – Оградить медведей от чрезмерной заботы со стороны людей.

– Если медведи привыкнут к халяве от людей, – вступил в разговор Пузан (Шурка Григорищенко). – Тогда им будет трудно жить в дикой природе. Содержать медведей в городе мы не сможем…

Мы долго обсуждали нашу проблему вокруг связи людей с животными в дикой природе. Наконец пришли к такому выводу, что будем небольшими группами прогуливаться на границе между городом и горой «Пушкина» в сопровождении наших домашних собак, чтобы таким образом отпугнуть медведей от близкого контакта с людьми.

Медведи сами разберутся, как им жить в дикой природе. Постепенно мы втянулись в мероприятие по охране животных в дикой природе. Каждый день с утра до вечера мы гуляли группам и в сопровождении наших домашних четвероногих лохматых питомцев.

Как только с друзьями собирался на дежурство в дикую природу, то наш общий пёс Джульбарс тут же начинал суетиться. Джульбарс обязательно брал с собой на дежурство свою любимую палку, которую постоянно носил в зубах. Мы в свою очередь с собой на дежурство брали своему верному другу какие-нибудь лакомства.

Мозговые косточки от мяса барашка или сушёных бычков, которых Джульбарс обожал кушать, как истинный рыбак. Ведь наш пёс вместе с нами постоянно был на рыбалке у моря или возле пресных заливов. Поэтому он был во всем похож на нас.

Нашему лохматому другу также доставалось от родителей за наши проделки. Взрослые во дворе говорили, что лохматый пёс Джульбарс и местная шпана, это одна сатана. От них все проблемы.

Все было бы хорошо с нашим контролем как за Новым городком, так за пределами нашего места жительства в дикой природе. У нас была одна проблема, которую мы никак не могли контролировать.

Это детдомовское поселение в Новом городке. Из нашего молодого поколения никто точно не мог сказать, когда появился детский дом в нашем Новом городке.

Ведь нам в большинстве было от шести до десяти лет отроду, то есть, мы фактически были ровесники Нового городка, в котором сразу вместе со строительством завода появился детский дом сразу после войны.

Детдомовцы жили особняком от всех жителей Нового городка. Словно закрытое государство в другом государстве. У них была своя школа и своё собственное хозяйство на маленькой территории обитания, словно на островке в море строительства растущего населения. Никто никогда не касался жизни детдомовских детей, а также жизни учителей и воспитателей детского дома. В детском доме жили дети разных национальностей.

В основном там были дети нашего возраста и чуть постарше нас, то есть дети войны и послевоенного периода. Когда не все могли воспитывать своих детей в послевоенной бедноте и разрухе.

Поэтому государство взяло под свою опеку сирот и брошенных родителями несчастных детей. Мы с сочувствием относились к детдомовским детям, но только со стороны помогали им, чем могли.

Приносили к воротам детдома свою одежду и некоторые продукты питания из своего дома. Бывало часто, что вешали на ворота детдома связки сушёной рыбы или приносили фрукты и ягоды, которые собирали на природе в кустах и в лесу.