История (не) о нас...
Шрифт:
Послышались беспорядочные вопли, а через секунду вышел Шаталин…
Мы стоим достаточно далеко, но крики… истошные… дикие…
Отвернулась. Не могу… Не могу слушать. Зажмуриваюсь, пытаясь успокоиться и восстановить дыхание…
— Они заслужили. — поставил точку Игорь и открыл для меня дверь.
Когда он забирался в салон, почувствовала запах гари, а когда отъезжали, в зеркале заднего вида показалось пламя…
Страшно. Жутко.
Он их убил. А я ничего не сделала…
Занавес…
Возвращаемся в город в гробовой тишине.
Что я чувствую? Жалко ли мне этих троих? Да. Наверняка набедокурили порядком и наказание заслужили, но чтобы так… нет…
И как теперь с Игорем общаться? После такого…
— Отвези меня домой, пожалуйста. — шепчу еле слышно…
Вскоре останавливаемся напротив моего подъезда. Во всем многоквартирном доме горит всего пара окон. На улице глубокая ночь.
Двигатель машины затихает. Становится совсем тихо.
— Зачем, Игорь? — мой шёпот сейчас похож на крик… такой громкий в тишине…
— Так было нужно. — стискивает челюсти, глядя в темноту перед собой.
— Кому? Мне — нет. Тебе? Зачем? — кажется, поддаюсь панике…
Спокойно!
— Чтобы тебе было спокойнее. — его голос становится мягче.
— До сегодняшнего дня мне было спокойно. — отворачиваюсь.
— Меня бояться не стоит. — говорит ещё тише…
Не стоит бояться человека, который сжёг заживо троих!? Правда что-ли?!
Закрываю глаза.
Я не плачу. Состояние очень напоминает панику, но не хочется истерить. Меня, просто, трясёт.
Шаталин осторожно поворачивает моё лицо к себе.
— Теперь ты не будешь их бояться. — шепчет…
— Рядом с тобой я их и не боялась… — вторю ему…
Таким как сейчас, я Игоря никогда не видела… Столько боли во взгляде…
Но думать об этом у меня просто нет сил.
Освобождаюсь от его рук и выскальзываю в темноту.
Оказавшись в квартире, бреду к окну. Он ещё здесь. Его машина стоит до тех пор, пока я не включаю свет.
132. Даша. Я был женат…
Произошедшее, лучше, ни с кем не обсуждать. Не могу. Не хочу.
Нельзя!
Игорь звонит после обеда.
— Привет. Ты как? — напряжённый…
— Нормально. Только встала. — вру, так и не смогла уснуть.
Остаток ночи прослонялась по квартире, забрала сына у лучших бабушки и дедушки на свете, отвела в садик и теперь опять маюсь, занимая себя всем, что не так уж и нужно и откладывалось на "потом".
— Сегодня увидимся?
— Нет. — отвечаю слишком поспешно.
— Нет? — кажется, удивлён…
— Нет. — выдыхаю — Дай мне пару дней, чтобы… в себя прийти.
— А. Ты об этом. — говорит спокойно.
"Да, блин! Я об этом! Это для тебя произошедшее норма!" — вопит внутренний голос в моей голове то, что хочется озвучить. И ведь я солидарна с ним, с внутренним голосом.
— Хорошо. Понял. Созвонимся. — спешно прощается и кладёт трубку.
Больше не могу сосредоточиться ни на чем, отчего день становится бесцельным и бестолковым…
У меня выходные, поэтому даю себе время осмыслить и разложить кавардак, в своей голове, по полочкам.
Не говорила с Игорем эти пару дней и теперь еду на работу с полной уверенностью, что надо всё прояснить.
Наверное, вся решимость, с которой я топаю, отражается на моем лице, потому даже Вася, всегда готовый к диалогу, затыкается при виде меня, свалив с дороги.
Торможу перед самой дверью кабинета Шаталина, где, неизменно, находится Рим.
Смотрю на него в упор и не могу даже поздороваться.
Он там был…
Как всегда, молчаливый, Рим спокойно выдерживает игру в глядели со мной и тяжело вздыхает.
— Причина есть всегда. — выдаёт неожиданно, чем сбивает с толку. — Он вас ждёт. — говорит так тихо, что приходиться прислушаться.
Содержательно-то как…
Только набираю в грудь воздуха, как мужчина наклоняется и открывает дверь, обрубая концы так и не завязавшемуся разговору.
Одним взглядом пообещала, что "Мы это ещё обсудим" и шагаю внутрь.
Игорь развалился на диване, запрокинув голову назад. Перед ним початая бутылка и бокал.
Пьян? Ну, приплыли!
— Пришла. — цокает, не шелохнувшись. — Думал, что сбежишь.
А, нет! Трезвый!
— Я не могу. Ты же знаешь. — переминаюсь с ноги на ногу.
Вся решимость испарилась… Вот, как теперь себя вести, а?
Если честно, то о долге мы так ни разу и не заговорили. Наглости мне не занимать, но именно в этом вопросе, перед Шаталиным, я пасую. И это первый случай, когда я озвучиваю нечто подобное.
Из всего, что утрамбовалось у меня в голове я выудила несколько простых вещей. Во-первых, несмотря на… всё… я не могу думать об этом человеке плохо. Что удивительно. И если с ним что-то не так, то и я не совсем в норме. Лечить надо не его одного. Во-вторых, я не стала его бояться больше. Да, я его боюсь. Не могу объяснить это. Но я не расслабляюсь с ним полностью. Никогда. Выбираю слова, выражения, действия. И в-третьих, несмотря на этот необъяснимый страх, я абсолютно уверена, что угрожать мне что-то может лишь в случае "из ряда вон". То есть, Игорь меня не тронет.
Мысленно считаю до десяти. Глубокий вдох… выдох.
Сокращаю расстояние между нами и сажусь к нему под бок, укладывая голову на его плечо, как ещё ни разу не делала.
Он моментально отреагировал, откинувшись так, чтобы мне было удобнее. И как бы сейчас, внешне, он не был спокоен, я слышала тихий вздох облегчения.
Невольно улыбаюсь.
— Я был женат. Ты знаешь? — продолжает наш разговор в неожиданном направлении.
— Я работаю в месте, где восемьдесят процентов персонала — женщины! — возвращаю когда-то сказанную им фразу!
Усмехается и целует в висок.
Эта тема давно будоражит фантазию многих! Особенно тех, кто нацелен на внимание шефа. А мне. Мне тоже интересно! Столько разных версий! Сомневаюсь, что хоть одна из них правдивая, конечно.
— Ты хотела обсудить произошедшее? — спрашивает жестко.
Дергаюсь, чтобы что-то сказать, но он притягивает к себе, призывая к молчанию.
— Это как-то связанно? — все же озвучиваю очевидную догадку.
— Просто выслушай. — заткнул меня одной только просьбой, но сказанной так, что стало сразу ясно, что врятли он с кем-то ещё этим делился и лучше не перебивать.