Чтение онлайн

А следующей у нас по расписанию стояла музыка… Просто превосходно! Ну и что мне делать?

— Все будет отлично! — фыркнул Меф. — Вот веришь?

И глаза такие честные-честные… аж до подозрительности честные. Ну и что за пакость будет на этот раз? О чем, я, кстати, и поинтересовалась вслух.

— Ну почему сразу пакость? — улыбнулся Рассветный.

Та-ак. То, что будет, сомневаться не приходилось…

Итак. Звонок прозвучал уже десять минут как, а все еще вокруг было удивительно тихо. Ни одного намека на мои инструменты или подобные шуточки… может, все из-за опроса? А что? Не сказала? Ну, простите… Во-от, значит, каждого человека в группе спрашивали три вещи: а) любимое направление в музыке в) любимую группу (певец, певица) с) любимую песню. Чему бы это?

Смотря на все отвечающих, я спокойно дождалась своей очереди.

— А ты, Зимина, чему благоволишь? — прищурился Михаил.

— Ну-у-у, наверное, все-таки разным направлениям….

— А группа?

— Больше всего?….Мельница…

— А песня? Та, что ты пела в прошлый раз? — ученики с любопытством на меня посмотрели.

Я удивленно на них покосилась.

— Ну, не только…. Еще, например, «Дракон», или «Дорога сна». Скорее всего, даже второе больше… А что?

— Да так…. Просто нам так жаль, что мы этих песен не слышали… должно быть это красиво-о-о-о…

— Очень, — мечтательно кивнула я.

— Может, сыграешь? — я ошарашено посмотрела на протянутый инструмент.

Твою….

— А может, не надо? — пропищала я.

Класс мрачно на меня уставился. Михаил угрожающе потянулся за журналом.

— Вообще-таки, это шантаж, — мрачно приняла гитару.

— Мда, многое требует жертв…

Я философски перебрала струны…

И начала… будем считать, «зарабатывания» оценки. (И ни за что не признаюсь, что мне это нравится!!!)

Странная песня… чуждая… по крайней мере, именно такими словами отреагировали многие, послушавшие ее существа. Но одного опровергнуть не смог никто… она прекрасна… Вливающая в себя боль и горечь, счастье и… свободу…

Я хорошо помню свои первые мысли, относительно этого чуда:

«Здесь смешалась смерть и ветер… иллюзия… такая удивительная…. Такая родная. Это песня вечных странников. И некромантов. Потому что только эти существа способны почувствовать всю силу зова. Того клича, что притягивает нас, как мотыльков на пламя… и не важно, что именно будет причиной, а что последствием… Мы идем. Потому что цена — свобода и независимость. А что еще нам надо? Ничего….».

Я резко мотнула головой, отгоняя совсем не нужные на данный момент мысли.

— Красиво-то как! — прошептала пораженная Инна.

Я тихонько фыркнула, высказываясь, насчет ее понимания в данной музыке. Нет, этот было отнюдь не красиво…Это было… Чувственно… и немного горько, как тонкий запах полыни.

— Не хочешь, нам сообразить что-нибудь еще? — невинно вопросил оборотень, задумчиво теребя в руках журнал.

— Учитель, — мило улыбнулась я. — Соображать компанией будете и без меня, ибо спиртным не увлекаюсь. А потакать вашему прорезавшемуся чувству прекрасного — извините, но это уже злоупотребление учительским долгом и вообще-то наказывается.

Михаил почесал голову и как-то робко мне улыбнулся, словно извиняясь.

— Уела, — признался музыкант. — Ну что же… в таком случае продолжим урок. Наша сегодняшняя песня…

….-Что это ты сегодня подозрительно злая, — заметил темный, когда мы шли на последний урок, который, как бы это ни было странно или неправильно, проходил в отдельной небольшой и одноэтажной пристройке, со стеклянной крышей. Почему это должно вас удивлять? Ну, возможно из-за того, что урок — Изобразительное Искусство.

— Добрая, — поправила я, прищуриваясь от яркого солнца. — Просто голодная. Уже несколько дней подряд. Мда-а-а… и после этого от меня еще требуют хорошего настроения?!

Неожиданно для себя, я услышала рядом тихий смех.

— Что? — недовольно вопросила я у Мефодия.

— Да так… Ладно, так уж и быть. Перед прогулкой зайдем в кафешку, пообедаем.

— Э-э-э? — изумленно глянула на Рассветного. — Так ты что, серьезно про погулять говорил?!

— Неужели похоже на то, что я шутил? Тебя что, на свидания раньше никогда не приглашали?

Я помотала головой, подтверждая, что действительно не приглашали. На что Меф почему-то застыл на месте, смотря на меня, как на врага народа. А что я такого сказала? Правду!

— Хм, что ж, считай, что я буду первым…..

— Доктор, а это не больно? — невинно вопросила я.

— Первый раз всегда больно, а потом — втягиваешься, — философски пожал плечами Меф.

Чей-то я не поняла этой фразы… переспросить? Не-е, буду еще выглядеть в его глазах полной дурой. Впрочем, мне не впервой.

Тем временем, мы подошли к зданию-кабинету.

Ой! Сколько здесь мольбертов! Знаете, такое ощущение, что заходишь в школу искусства, а не на банальный урок ИЗО. Все вокруг — и стены и пол, разве что кроме стеклянной крыши, было сделано под дерево. И не только. Так же каждая стенка было разрисована то ли иллюстрациями из сказок, то ли плодами, чьих либо фантазий.

Например, на противоположной входу красовались вечнозеленый лес и поляна с папоротником, среди которого, переливаясь всеми цветами радуги, рос небывалой красоты цветок. Я слышала это поверье, будто на Купалов день, ночью, можно найти в самой чащи леса необычный цветок папоротника, по легенде открывающий все замки и помогающий находить затерянные клады. Странные они — люди. Чего только не выдумывают! Ну, вот скажите, откуда может появиться цветок у папоротника, который и размножается-то спорами? И я вот не пойму… И как может открывать двери простое растение? Странный народ, странный… верящий в чудеса, но не видящий само чудо у себя под носом…

А вот еще одна сказка. На левой стене прорисовывалась гордая Хозяйка Медной горы, в окружении всевозможных самоцветов и металлов. Хотя нет, вот это, как раз таки и, правда. Мама рассказывала мне про эту женщину. Она была властолюбива и независима, красива и хитра, но… слишком уж романтичной и доверчивой. Да, я сама понимаю, что не правильное это сочетание качеств, не логичное. Но разве у магов есть логика? А она, эта Хозяйка, ведь действительно магом была. Ведьмой. И направление у нее было по металлам. Сильной она была… очень сильной. А что случилось… почему она сломалась… никто не знает… кроме людей. Говорят, что они эту историю и в книгах прописали. А мы прочитать не можем. Закон такой: волшебное существо не может знать причину смерти другого. Конечно, если того желает умерший. Глупый закон. Пустой и глупый. Сколько же мы потеряли с его признанием! Но и выиграли не мало. Но не достаточно.

А по правую сторону раскинула свои крылья зима, так не любимая мной. Художник был очень реалистичен, создавая свое творение. Смотря не заснеженный холмы, мне то дело хотелось поежиться, и я замирала на секунду, буд-то боясь услышать завывание ветра и разыгравшейся метели. А там, сквозь ледяной снег пробиралась девочка. Закутанная в платок и старую, рваную шубенку, она с корзинкой в руках пробиралась к лесу. По-моему, я вспомнила эту сказку… там еще что-то про месяцы было… и про подснежники, единственный цветы, символизирующие только одно значение — упрямство. И действительно. Только этим, словом можно охарактеризовать развернувшуюся передо мной картину. Хм, сколько себя помню, мне всегда нравилась эта сказка. И моей героиней всегда была эта девочка, жившая и любившая мир несмотря ни на что… и вопреки всему…