Чтение онлайн

— Вы в своём праве и суд это право поддерживает.

— От стражницы Буровой поступило ходатайство передать Фонберина под охрану…

Меня прорвало. Вот честно, эта крыса или нет, змеюка подколодная, она мне тут ещё и права качать будет. Тварь. Мало того, что она не известно куда отвезла Сергея, сговорилась с предателями, влюбилась в садиста, она ещё и мне указывать пытается. Я зарычала словно зверь на все помещение, выпуская свою силу, чуть-чуть, слегка, но давя на всех не подавляя, нет, а вселяя страх.

— Я. Вожак. Волкова. Требую разжаловать Бурову. Её поведение образец того, как не стоит вести себя стражем. Требую взять её под арест до выяснения причин её личной заинтересованности в Фонберине Вячеславе Вольфовиче. При первой же встречи она повела себя странно, даже подозрительно, интересуясь не всеми пленниками, а в первую очередь им лично. При второй она сорвала передачу пленников стражам опять же интересуясь Фонбериным и посягая на моё право. Будучи в дозоре в первую ночь, она активно интересовалась личностью Фонберина, точнее его наличием здесь, у выставленной мною охраны. И вот снова она и снова её желание, личное, не от имени всех стражей, и снова связано только с Фонбериным. Я, вожак Волкова, обвиняю её в личной заинтересованности и требую не просто отстранить её, а заключить под арест с лишением права на защиту от стражей и стаи от куда она родом.

— Суд стай не был информирован о такой заинтересованности стражницей Буровой.

— Как и не был поставлен в известность о конфликте стаи со стражницей.

— Страж Гришин, проясните ситуацию по стражнице Буровой.

Гришин подошёл склонив голову словно виноватый лично. Я глубоко вдохнула прикрыв глаза и открыла на выдохе сворачивая свои нервы вместе с волей которую распространяла по залу.

— Бурова была отстранена и лишена всех привилегий стражницы. Её дело ещё не рассматривалось, но её присутствие в рядах охраны пленников было личной инициативой и на правах обычного оборотня вне рядов стражей. Она стала причиной прекращения процедуры передачи пленников стражам. Она же пыталась оспорить право вожака Волковой и оговорить её. Старшие стражи разжаловали её на месте и доставив в Москву передали свои прошения об исключении из рядов стражей. Но повторюсь, её дело пока не было рассмотрено. Однако я имея все права для подобного решения, поддерживаю ходатайство вожака Волковой о взятии под арест, поскольку такое поведение подозрительно и не имеет оправданий, тем более для стража.

— В ходатайстве Буровой отказано, за использование приставки страж в ходатайстве суд назначает наказание в виде лишения её всех предыдущих заслуг. Накладывает арест на все имущество, её и её семьи.

— Возврат в ряды стражей Буровой запрещён. А она сама отравляется под арест до окончания разбирательства по её делу.

— Разбирательство будет закрытым и по окончанию суда стай над пленниками и Фонбериным.

— Все ходатайства рассмотрены и решения принятые не оспоримы.

— Суд над пленниками назначен на завтра на то же время, на десять часов утра. — Судьи начали собираться и говорил секретарь, снова с бесцветным выражением лица. — Заседания будут открытыми и показания будут по каждому сначала просматриваться с суда стаи Волковой, а потом производится опрос обвиняемого и свидетелей. Решение будет выносится по каждому отдельно, но только после рассмотрения всех обстоятельств. Пленники по-прежнему находятся под охраной вожака Волковой.

Секретарь ушёл собрав все бумаги, которые не унесли судьи и свой ноутбук.

Я стояла не подвижно, наблюдая как потоки оборотней уходили. Все тихо переговаривались. Ко мне подошла бабуля, молча обняла и потащила к выходу. Князев задержался разговаривая со стражем, Гришиным, к ним подошёл и Владимир Петрович. Меня вывели и усадили в машину. Я не знаю, что случилось, но меня словно выжали как лимон. Хочется плакать и кричать, а сил хватает только чтобы дышать. Не знаю сколько мы так просидели в машине. Я просто уснула и проснулась уже у ворот дома Князевых в Химках. Точнее меня разбудил сияющий Дэн. Он обнял меня до хруста и поцеловал в макушку.

— Так, сестрёнка, ужин и на поляну.

Ещё раз чмокнул меня в макушку. И сгрёб в охапку с сидения машины. Так на руках и принёс в дом усадив за стол.

Часть 17.4. Если хочешь узнать меня — сделай шаг,

Я тебя проведу по ночной душе.

Вечер у костра или совет объединённой стаи и старая — новая семья.

Семья просто не помещается за столом. Не в старом ни в новом составе. За столом сидел совет моей стаи в полном составе и совет Князевых, я и сам Князев. Его дети с жёнами, мужьями и внучкой, а также мои братья сидели с тарелками на диване, креслах и полу. Когда пришли стражники, Гришин и пятёрка наших друзей, садить их стали за стол, мы же с Князевым уже стояли во главе стола с тарелками в руках. Тётя Катя жаловалась на маленький стол и недостаток еды для всех, чем вызывала нервные смешки у меня и ребят, и абсолютную поддержку у моей бабули. Они вообще спелись или сговорились, не знаю, но говорили они в едином порыве часто заканчивая предложения друг друга.

А после ужина мы отправились в лес на поляну, где уже горели костры и жарилось мясо, стая Князева, многие приехавшие из моей, в основном молодёжь, и приехавшие с нами из города просившиеся в наши стаи все ели. Пока мы там за столом питались «первым, вторым и компотом», эти счастливчики шашлык ели. И не смотря на то, что выпустили меня только когда я обожралась словно поросёнок и уже не могла идти, а только катиться словно колобок, у меня от запаха и от того с каким аппетитом они ели слюнки потекли.

На поляне присутствовали все кроме представителей стай, из которых хотели уйти оборотни. На наши звонки никто из них не отвечал. Как и в интернете, все молчали. Тогда за телефон взялся Гришин. Он сделав громкую связь позвонил вожаку каждой стаи и дал каждому по пол часа на то, чтобы приехать, отсутствие считалось официальным отказом от оборотней пока ещё их стай и не желание принимать участие в жизни собственной стаи. Такая угроза подействовала на всех. Вожаки явились лично, среди них и Симоний. Он прожигал ребят и меня ненавистным взглядом.

У главного, самого небольшого костра почти в центре, собрался совет объединённой стаи, наш совет. Там стояли и я с Князевым. Рядом были стражи и приглашённые вожаки. Те, чья судьба сейчас решалась стояли чуть в стороне. Вся наша стая, все, кто присутствовал, вальяжно разлеглись и расселись по поляне, кто в облике волка, кто человеком.

— Совет объединённой стаи собрался сегодня чтобы решить вопрос о принятии новых членов в стаю. — Начала я, меня просто подтолкнули в бок и махнули, типа «давай». — Для начала мы хотим узнать у подавших ходатайство в суд стай, добровольное ли ваше решение и не изменили ли вы его.

— А так же, хотим чтобы каждый из вас озвучил причину этого решения. — Подхватил мои слова Князев. — Если причина будет чистой и честной, совет примет её. Если нет, вас сопроводят к судьям и там вы будите решать свою дальнейшую судьбу.

— Но учтите, если совет и позволит вам остаться, вас может не принять стая и тогда совет откажет вам. — Снова взяла слово я.

К нам подходили оборотни, по одному. Кто-то со слезами просил позволить остаться в стае рядом с ребёнком, о котором думал, как о мёртвом. Кто-то узнал, что пропавшая и уже погибшая дочь или сын стали родителем, и внук единственная отрада и никто не нужен. Они пришли сами и семьями. Некоторые стояли с детьми. Последней к нам подошла женщина, на которую так эмоционально реагировал Дэн в зале сидя на трибуне.

— Я Ксения, мать Дениса и Варвары. Я не просто хочу защиты от своей стаи и вожака Симония, я хочу быть рядом с детьми и хочу будущего своим детям. Поэтому прошу покровительства вашей стаи и защиты не себе, а своему сыну, которого вожак Волкова назвала братом и своей дочери, Варваре.

— Не смей женщина. Это моя дочь!

— В стае вожака Симония, я трофей. Я жена бывшего вожака, он был ранен Фонбериным старшим из трёх сыновей и уже гниющем в земле. Мой муж тогда ещё не оправился от ран, когда Симоний вызвал его на бой силы и победил со смертным исходом. Наш с вожаком ребёнок был убит Фонбериным. Нашу дочь, её заставили обернутся ещё малышкой, и она этого не пережила. — Симоний перебивал и рычал на неё давя и заставляя заткнутся. Но тут не он глава стаи. Князев быстро его приструнил надавив, а рядом с ним стали стражи. — Меня лишили фамилии мужа и родителей — права на род. Я стала личным трофеем нового вожака, Симония. Он забавлялся со мной словно с игрушкой, а его жена мстила мне за его измены. Стая не стала на мою защиту отдав право решать за меня вожаку Симонию. Совет согласился с Симонием на право трофея. Мой сын стал изгнанником без изгнания из стаи. Без права на семью и фамилию. Моей дочери Варваре двенадцать. И у меня есть доказательства того, что вожак Симоний готовился откупиться от Фонберина моей дочерью за безопасность стаи. Думаю, и сына хотели ему отдать, но он сбежал раньше и не один. — Она достала из лифчика флэшку и протянула её перед собой. — Я готова отдать её. Но прошу, защитите моих детей. За себя не прошу, только за детей.