Чтение онлайн

Они сидели на лавочках, друг напротив друга, так что можно было разглядеть их одежду. Первым на глаза мне попался Никита, по белой шевелюре его узнать было не сложно, и мои глаза сразу припечатались к ним. А вот одежда, в отличие от волос была не приметной: на ногах были кроссовки красно-синего цвета, синие бриджи, а сверху толстовка на молнии и с капюшоном дымчатого цвета.

Вторым на глаза мне попался Олег, он же и сидел рядом с Никитой. Его волосы были хорошо причёсаны, но не уложены с помощью геля или чего-либо ещё. На нём была футболка с рисунком напоминающей тёмный лес, ну или это были какие-то кусты, я точно не разобрала; если посмотреть немного вниз, то можно было увидеть спортивные штаны чёрного, прямо-таки угольного цвета, а на ногах удобно расположились кроссовки такой же расцветки, что штаны и футболка. В общем, получился Тёмный Принц.

Следующим был Максим. Он был одет просто и гармонично. Серая футболка с большим перевёрнутым треугольником, который расположился посередине его мощной грудной клетки, занимая почти всю лицевую сторону футболки. Этот большой треугольник был составлен из маленьких цветных треугольников, что напоминало мозаику из стекляшек различного цвета. Штаны были тоже серого цвета, внизу они сплетали его щиколотки поясом, или же браслетом. Кроссовки были коричневого или шоколадного цвета.

Последний, в мой кругозор попал Илья. Он же выглядел как-то... по-домашнему? Стало спокойно, даже немного... умиротворяюще? На нём были бриджи военной темы, серая футболка, которую покрывала толстовка с молнией красного цвета. Капюшон закрывал его волосы, а голова же висела внизу, около ног, что были раздвинуты в сторону. Два больших пальца его рук расположились на лбу, а остальные пальцы были сложены, как в молитве.

– А вы что здесь забыли? – удивилась не только я, но и задавшая вопрос Соня.

– Вас ждём, – ответил Максим, закидывая ногу так, что его щиколотка легла на коленку левой ноги, а сам он закинул руки за голову, от того лучи солнца начали падать на его лицо.

– Это ещё зачем? – спросила Кристина, с удивлением и возмущением в голосе одновременно.

– Потому что женщины безмозглые существа, которым свойственно опаздывать, и ректор сказал, чтобы вы, четыре пустышки, не опоздали, мы должны за вами заехать, – грубо ответил Кристине Илья, что наконец поднял свою голову, которая до отвратительно наполнена только оскорблениями. Ну вот. Вся картинка про умиротворение сошла на нет.

– Продолжай говорить, когда-нибудь тебе все-таки удастся сказать что-нибудь умное, – ответила я ему, на его остроумное замечание по поводу женского пола. Я не собиралась слушать заново все придирки, что они говорили на протяжении всей прошлой недели, поэтому пошла прочь от их компании. Девочки не глупые, и сразу пошли за мной.

Не успела я пройти и двух метров, как все парни встали с лавочек, перегораживая нам путь. Они остановились возле каждой из нас. Максим, что стоял ближе ко мне и Соне, встал перед моей подругой, так, что заслонял её полностью. За его широкой спиной я не смогла даже её увидеть. Никита и Олег перегородили путь Ане и Кристине, они стояли позади нас. Я огляделась вокруг, и поняла, что выхода нет.

Повернув голову на место, я увидела перед собой красную толстовку, а за ней показывалась серая футболка. Тот же запах, когда я натолкнулась в коридоре института, где не заметила перед собой парня из-за пробивавшегося наружу моего смеха. Несложно догадаться, что этого парня зовут Илья. Он был выше меня на голову. Так что, чтобы посмотреть ему в лицо мне пришлось поднять голову наверх. Он дышал громко и глубоко. В его губах выразилось отвращение и презрение. Стоило поднять голову чуть выше и можно увидеть его нос, и то, как его ноздри расширяются с каждым вдохом. Ну и чтобы убедиться окончательно в его злости, я подняла свой взгляд на его глаза, где туман в голубых глазах превратился в смерч и ураган. Его брови свелись вместе, и между ними появилась морщинка.

– Повтори, малышка, что ты сейчас сказала? – рыча, попросил он меня, стоя вплотную ко мне. Моя грудь упирается в его. Но я не собираюсь теряться, или прятаться, как собачонка. Поэтому, надо переходить к решительным действиям.

– Мой милы друг! Вспоминая отдельные фразы, которые ты произнёс в предыдущие две минуты, я не могу не отметить, что их невозможно соединить в сколько-нибудь связную идею, которой ты хотел меня поразить! Определённую степень досады вызывает и то, что артикуляционное построение твоей речи и отдельных слов, делает непостижимыми для слуха тонкость твоего понимания происходящих событий и моего места в них, – я вижу, как Красивое Чудовище начинает закипать, кажется, как будто сейчас у него из ушей хлынет пар. Но я не намерена останавливаться. Все их оскорбления, что они говорили нам на той неделе, я верну ему сполна. Только в более вежливой форме. Продолжаем. – И уж совсем не хотелось бы акцентировать твоё внимание на изменение моих обонятельных реакций, вследствие выдыхания тобой ароматов, не свойственных моему естественному окружению. Увольте же меня от необходимости дальнейшего продолжения нашего собеседования по причинам, которые мне не хотелось бы объявлять из соображений учтивости перед лицами, что не считают тебя приятным собеседником! – я добилась, чего хотела, он в бешенстве. – Чтобы не загружать твою голову высказываниями, которые поймёт только нормальный человек, но среди вас, – я показал на парней, – я таких не нашла. Так что скажу проще – заткни пасть, придурок, воняет!

Тишина. Вокруг. Кажется, что только я и Илья находимся здесь. Я вижу, что он скоро сорвётся с цепи, как бешеный пёс. Все смотрят на него и ждут его дальнейших действий. Мне абсолютно плевать, что он злится. Наоборот это доставляет удовольствие. Он сам виноват в том, что я так высказалась по поводу его поганого рта, откуда только и льются оскорбления.

По-видимому, его это не особо волновало, так как в следующую секунду он окончательно сорвался. Взорвался, как та пушка на его корабле в моём сне. Он схватил меня за предплечья и поднял. Пакет с посудой вывалился у меня из рук, и рассыпался по всей дороге перед подъездом дома моей подруги. Рюкзак я сняла ещё по пути на улицу, и он тоже находился у меня в руке. А точнее висел одной ручкой. Он тоже упал. Девочки кинулись бы мне помогать, вот только его друзья держали их крепко и не давали вырваться. Как я поняла, Илья понёс меня в сторону одной из машин и припечатал к двери пассажирского сиденья. Он приподнял меня так, что мы оказалась на одном уровне глаз.

Душа велела держаться, быть стойкой, вот только тело приняло совсем другое решение. Оно начало трястись в жуткой панике. Руки немного затекли от его стальной хватки, а ног я не чувствовала вообще, так как он оторвал меня от земли, и я уже не была в безопасности.

– И ты всё ещё любишь природу, несмотря на то, что она сделала с тобой? – подал наконец-таки свой голос Илья, находясь где-то в районе моей щеки. Он провёл своим указательным пальцем по моему шраму около уха. Он вновь оторвался от меня, и смотрел выжидающе. Словно ждёт, что я скажу ему что-то в ответ. Задержав дыхание, как это происходило со мной в прошлом, я так и продолжала смотреть в его глаза, где сейчас наверно шло разрушение. – Неужели вся твоя храбрость пропала, а, Заморыш? – он вновь приблизился ртом к моему уху и вдохнул запах моих волос. – Даже пахнешь ты страхом, и мерзостью. Эти несколько дней будут самыми омерзительными в моей жизни, Екатерина. Ты даже не представляешь насколько.

Он отпустил меня на землю... нет, не отпустил... кинул. Вот это слово подходит больше. Кинул небрежно, словно боясь заразиться смертельной болезнью, прикоснувшись ко мне.

А ведь он прав.

– Давай их в машину, мы опаздываем, – крикнул Илья парням.

Они его послушались. Сжали девочек крепче, чтобы они не смогли вырваться. А они тем временем начали выпутываться ещё сильнее, они хотели свободы. Хотели успокоить меня.

– Отпусти, придурок! – кричала Кристина, пытаясь вырваться из рук Олега, который приподнял её над землёй. Она брыкалась, пинала ногами воздух, чтобы ему было тяжелее её нести.

Тем же способом Никита понёс Аню в машину, что стояла позади джипа Ильи. Туда же и понесли Кристину. Максим долго ждать себя не заставлял, и понёс Соню в машину, на заднее сиденье. Она вырывалась из его лап как могла, но в итоге ничего сделать не смогла. Как только он буквально засунул Соню, Максим направился на переднее пассажирское сиденье. Я же смотрела на всё это зрелище с открытым ртом и глазами с размера чёрной дыры. Илья просто наблюдал за этим. Будто ничего не произошло.

– А ты что ждёшь особого приглашения? – язвительно спросил он. – Собирай свои манатки, и поехали. Нет времени ждать.

– А что, если нет? – я повернулась к нему, уперев руки в бока, и бросая вызов. Всё же, когда он на расстоянии, я чувствую себя увереннее. Да и когда любой мужчина находится на расстоянии, я чувствую себя в безопасности.

– Поедешь в багажнике, – его улыбка словно оскал, он порезал меня мысленно на части.

– Пф, я буду кричать.

– Засуну в твой грязный рот кляп. Ничего сложного. Собирайся, я сказал! – уже начал злиться Илья. Я поняла, что не стоит его дразнить, а то ведь и вправду кляп засунет. И скорее всего не только кляп.