Чтение онлайн

— Я услышал тебя, Наарх. Но позволь мне решить самому.

Дея могла быть наивной, могла — простодушной. Но она не была глупа. А потому сразу заметила, что поведение Йеванна изменилось.

Когда они встретились за обедом, супруг вел себя так, словно его что-то мучило. Ел нехотя, больше налегал на вино. Хотя Дея уже знала, что алкоголь на него не действует, сколько бы он не выпил — это особенность демонов. Их разум невозможно одурманить ядами или вином, каким бы крепким оно не было.

Обедали они вдвоем, в маленькой столовой, в которой кроме них и пары слуг, что подавали блюда, никого не было. Йеванн сказал, что им нужно поговорить, и потому Дея оставила Катарину с Ноэлем.

Когда первый слуга вошел в двери, она напряглась, потому что это был даранх. Уж что-что, а этих тварей она никогда не забудет и ни с кем не спутает!

— Это Царес, — бросил Йеванн, не глядя, — будет прислуживать нам.

— Даранх?

— Почему бы и нет? — маг пожал плечами. — Я же говорил, анайхи прибыли со своими слугами.

— Почему же их не было в Леронте?

— Они остались здесь, чтобы подготовить дом к нашему прибытию.

– Убийцы? Готовили дом? — Дея с трудом сдержала нервный смех.

В столовую скользнул еще один даранх. Подобострастно склонился перед четой и ловко расставил блюда.

Оба низших демона были желтокожими, с острыми чертами лица, узкими черными глазами и черными же волосами — гладкими, глянцевыми и на вид очень жесткими, что торчали небрежным ежиком. Из волос выглядывали острые уши с серебряными колечками и небольшие рожки. Телосложение у даранхов оказалось не столь мощное, как у их хозяев анайхов. Наоборот, низшие демоны выглядели более гибкими, тонкими. Если анайхи казались львами и тиграми, то дарахи были похожи на змей.

Их одежду составляли просторные шаровары, из которых торчал длинный хвост с кисточкой на конце, мягкие сапожки с загнутыми носами, широкий кушак на талии и короткая безрукавка. Кроме колечек в ушах — никаких украшений. Зато, у каждого на предплечье был выбит какой-то знак.

— Это знак принадлежности к Дому, — заметил Йеванн.

Дея поняла, что слишком пристально разглядывает слуг. У них даже хвосты стали нервно подрагивать.

— И какому же они дому принадлежат?

— Дому Танарес.

Она облегченно выдохнула. Даже не заметила, что ждала ответ, затаив дыхание.

— Так о чем ты хотел поговорить? — спросила, когда первый голод был утолен.

Йеванн молчал, уткнувшись остекленевшим взглядом в пустой бокал. Казалось, он так глубоко ушел в свои размышления, что не услышал ее.

Пару минут Дея кусала губы. Потом взяла вилку, подняла над полом и, не отрывая глаз от супруга, разжала ладонь.

Серебряная вилка забренчала по мраморному полу.

Йеванн вздрогнул, словно просыпаясь, вскинул голову, глянул на девушку так, точно видел впервые.

— Дея? — в его глазах на секунду отразилась растерянность, но он тут же взял себя в руки. — Ты что-то хотела?

— Нет, это ты хотел со мной поговорить.

Он нахмурился, силясь вспомнить. Сжал двумя пальцами переносицу.

— Хотел… Ты права…

Отставив пустой бокал, Йеванн поднялся. Дея смотрела, как он идет к дверям и закрывает на ключ. Потом подходит к окну и проверяет зажимы. И все это молча.

От его мрачного вида Дею пробрал мороз. Ёкнуло сердце, сжался желудок. К горлу подкатила нежданная тошнота, а рот наполнился горечью.

— Йеванн… что происходит? Ты пугаешь меня…

— Прости. Я должен убедиться, что ты не сможешь сбежать, когда услышишь то, что я скажу.

Он произнес это почти без эмоций, а Дею захлестнула мгновенная паника. Муж приближался к ней, тяжело ступая. И с каждым его шагом она сильнее вдавливалась в кресло. Еще не зная, чего ожидать, но уже понимая, что есть вещи, которые знать не стоит.

Он остановился, не дойдя двух шагов. С минуту смотрел ей в глаза, и за холодной ледяной радужкой его глаз не мелькнуло ни единой эмоции.

А потом опустился на колени.

Дея нервно сжала ладони. Они были мокрыми от холодного пота.

— Йен…

— Дея… помнишь, я как-то сказал, что после возвращения из-за Грани моя жизнь превратилась в кошмар?

— Д-да… это из-за того, что мы связаны. Но ведь теперь все хорошо? Мы… Мы же…

«…любим друг друга», — едва не слетело с губ.

Она вовремя прикусила язык, и несказанные слова прозвучали эхом в сознании.

Он усмехнулся. Так, словно понял, о чем она думает.

— Ты должна знать кое-что.

Замолчав, Йеванн протянул ей кинжал. Настоящий темно-эльфийский седжак, такой же, как она видела в руках Рейвена. С одним лишь отличием — у этого лезвие было темнее и уже, и оплетка истертая.

— Возьми.

— Зачем?

— Просто возьми. Если захочешь меня ударить — ударь.

Ее глаза расширились.

— Но я не хочу тебя бить!

Дея сжала кулак, сопротивляясь, но Йеванну удалось разжать ее пальцы. Он всунул рукоять ей в ладонь и накрыл своей рукой.

— Захочешь! — отчеканил чужим, грубым голосом.

Губы девушки затряслись, по щекам побежала теплая влага.

— Йен… ты сумасшедший! Мне страшно…

— Мне тоже.

На секунду повисло молчание. Зловещее. Почти осязаемое. Легло на плечи гранитной плитой. Йеванн сгорбился под тяжестью слов, что душили его изнутри. Дея сжалась. Она смотрела на мужа и не узнавала его. Только чувствовала, как в нем зреет что-то опасное, темное. Что-то, о чем ей не следует знать.

Не выдержав его взгляд, она закрыла глаза и зажмурилась.

В тишине прозвучали слова. Холодные, беспощадные. Сказанные сухим, безжизненным тоном:

— Я был тем дознавателем, что арестовал твоих родителей. И тем, кто отправил твоего брата в Гандервилль. За это император пожаловал мне герцогство и седьмую офицерскую степень…

Последнее слово растаяло в воздухе.

Дея сидела, оцепенев. Ей казалось, что она спит и видит кошмарный сон. Такой, в котором пытаешься убежать от чудовища, но не можешь сдвинуться с места.