Чтение онлайн

Несмотря на то что существовали экспериментальные конструкции, в которых пороховые газы или отдача использовались для чего-то иного, кроме выстреливания пули, первый оправдавший себя коммерчески автоматический пистолет появился только в 1893 году; это был пистолет Борхардта. Он имел магазин, вмещавший восемь патронов, и использовал отдачу для отвода назад цилиндрического затвора, который выбрасывал стреляную гильзу и проводил перезарядку. С ним комплектовался добавочный приклад, с помощью которого этот пистолет можно было превратить в своего рода карабин. Конструкции Бергмана в 1894 году и Маузера в 1898-м отметили шаги, сделанные в этом направлении немцами, в то время как Браунинг в 1898 году в Америке и Клер во Франции показали, как широко распространились подобные эксперименты. Британская конструкция Виблея – Фосбери была уже здесь упомянута.

1900 год был поворотным пунктом в развитии автоматических пистолетов. Несмотря на изобилие сильно отличавшихся друг от друга конструкций, в основном – заграничных, британцы остались верны револьверу. Он оставался штатным оружием во время Первой мировой войны и был выбран на эту роль по той причине, что каждый его выстрел мог быть гарантированно направлен по назначению, в то же время стрельба из автоматического пистолета ведется беспорядочно, и это оружие способно всего за несколько секунд растратить все патроны, не поразив при этом цель и оставив своего владельца беззащитным.

Крепостные ружья представляли собой гибрид пушки и мушкета. Из них стреляли со стен, так что у стрелка не возникало необходимости переносить свое оружие, вследствие чего оно могло иметь необыкновенную длину, как один 10-футовый экземпляр из коллекции княжества Лихтенштейн. Крепостные ружья, применявшиеся при обороне зданий и ведшие огонь через окна или амбразуры, иногда снабжались крючьями, которые зацеплялись за стену и принимали на себя отдачу. Иногда перед ними ставилась задача, требовавшая относительной подвижности, к примеру – защита дверей и узких проходов. Нам известно о существовании приблизительно в 1500 году Hakenb"uchsen [88] , устанавливавшихся на треножниках.

Эти лафеты состояли из деревянного хобота или бруса, поддерживавшегося спереди двумя опорами. Крюк, изначально предназначенный для гашения отдачи о стену, выполнял ту же задачу, будучи зацеплен за передний конец хобота. Король Испании Филипп II до такой степени поощрял увеличение размеров мушкетов, которыми были вооружены его войска, что это оружие можно было использовать только оперев на рогатку или подпорку и исключительно во время осад.

Литые пушки в тот период делают столь малых размеров, что затруднительно определить, где заканчивается фальконет и начинается мушкет. Треногая подставка рассматриваемых орудий с добавлением к ее передним ногам двух маленьких колес становилась более подвижной. Одна пушка-серпантина, установленная на подобном лафете, была изготовлена в 1614 году швейцарцем Целлом Блази. Ко всему прочему она имела механизм для заряжания с казенной части. Швейцарские кожаные пушки также устанавливались на треногих опорах.

Сохранился фальконет XVII столетия, тонкий ствол которого высоко водружен на двухколесном лафете, подобном обыкновенному пушечному, но значительно более легком. Более необычной является конструкция кремневого крепостного ружья, опирающегося передней частью на единственное большое колесо. В качестве хобота в ней служат две легкие оглобли, в которые можно запрячь лошадь. Hakenb"uchse, изготовленная примерно в 1650 году Дитрихом Нусбауэром и хранящаяся ныне в коллекции Лихтенштейна в Вадуце, имеет три деревянные «паучьи» лапы, причем две передние снабжены маленькими колесами, а на задней установлен зарядный ящик.

Маршал Сакс создал легкое артиллерийское орудие, которое он назвал «забавницей» – «amusette», представлявшее собой нечто среднее между пушкой и мушкетоном. Это чрезвычайно длинное оружие стреляло полуфунтовыми свинцовыми ядрами и было установлено на двух колесах, но таким образом, что его мог тащить за оглобли один человек. Под влиянием этой конструкции в 1761 году в Дублине появилось артиллерийское орудие, построенное по той же схеме, что и «Забавница», с той разницей, что оно заряжалось с казны, перевозить его мог один человек, но двое уже могли перетаскивать его через болота на манер портшеза.

Сэр Джон Смит, описывая некоего капитана Берика при осаде Кале в царствование королевы Марии, утверждает, что «не делал он никакого различия промеж боевого «карриера» и аркебуза». В прежние времена эти «карриеры» всерьез озадачивали занимавшихся данным вопросом авторов, однако, как кажется, почти нет сомнения, что это было оружие для стрельбы «quarreaux», или кворрелами – короткими стрелами, использовавшимися для стрельбы в первое время существования огнестрельного оружия. «Карриер», по всей вероятности, имел тот же калибр, что и аркебуз, но при более длинном стволе.

В счете 1587 года указаны два шиллинга, уплаченные за дюжину наконечников для мушкетных стрел. 30 марта 1588 года сэр Френсис Дрейк отправил правительству записку с просьбой «не позабыть о пятистах мушкетах и хотя бы 1000 стрел». В ответ Тайный совет 8 апреля заказал для него «мушкетов 200 и стрел к помянутым мушкетам с пробками для каждой 1000». В своем рассказе о путешествии в 1591 году по южным морям сэр Джон Хокинс упоминает об интересе, который проявляли испанцы по поводу большого количества коротких стрел, хранившихся на британских брандерах. При этом испанцы не знали, как эти стрелы использовать, «поскольку нужны были им для того особые пробки, кои надо забивать на место прежде, чем стрелу закладывать». Эти мушкетные стрелы были в ходу только на море, иногда в совокупности с горючими материалами для зажигания такелажа вражеских судов.

Существовала, к примеру, весьма необычная разновидность пистолета, известная под названием «утиная лапа», предназначавшаяся для использования против бесчинствующих толп и скоплений народа. Стражи закона и морские капитаны, как видно, сталкивались с достаточным количеством ситуаций, требовавших применения против бунтовщиков и мятежников этого курьезного оружия. Каждый такой пистолет имел не менее четырех стволов, расположенных веером; выстрел из всех производился одновременно при одном нажатии на спусковой крючок. Залп должен был покрывать по возможности большее пространство. Эти пистолеты применялись в начале XIX века, снабжались кремневыми замками и были, должно быть, весьма неудобны при хранении.

На военном флоте после потрясения, вызванного смертью Нельсона, было введено специальное семиствольное кремневое оружие. Эти карабины были рассчитаны на одновременный залп из всех стволов, который бы обрушивал град дроби на возвышенные части вражеского корабля, где укрывались снайперы, производя действие, подобное картечи или шрапнели.

В XVIII веке пистолеты иногда снабжались небольшим, но острым клинком. Его крепили петлями на конце ствола так, чтобы он мог складываться назад и вниз. Эти пистолеты-шпаги были устроены таким образом, что нажатие на спусковой крючок после выстрела освобождало пружину, которая выбрасывала клинок на место. Это оружие иногда называют абордажным пистолетом, но сдается, что чаще его применяли против бродяг и грабителей с большой дороги в качестве средства устрашения. Патент на эту конструкцию, названную пистолетом со штыком, был выдан Джону Уотерсу в 1781 году.

Оборотную сторону той же самой идеи представляла шпага-пистолет, появившаяся в том же столетии несколько позже. Ее владелец мог пойти на риск и встретить врага с клинком в руке. Но в эфесе шпаги заключался маленький пистолет, стрелявший вдоль ее лезвия, что делало ее секретным и пугающим оружием. И морские, и армейские шпаги могли иметь такой «довесок», но только по личной инициативе хозяина оружия, а не как штатное средство.

Объединять различные виды вооружений пробовали во все эпохи. Одной из причин такой практики, как кажется, являлось желание продолжать пользоваться старым, испытанным оружием, добавив к нему какую-нибудь новинку. Другая причина заключалась в том, что при исчерпании технических возможностей одного боевого средства включение в его состав «запасных игроков» могло оказаться эффективным. Третья причина состояла в желании иметь для устрашения противника секретное оружие.