Чтение онлайн

— Сива, — прошептал и легонько постучал по спине муж, которого она случайно душила в крепких и долгих объятиях, — Сива, — прошептал хрипло снова Алан.

Понимание, что его жена не прекратит его душить в объятиях, пришло, когда боль в шее стало просто не выносимой, начался уже кашель, попытки отодвинуть супругу, были не удачными, она только сильнее сдавливала его шею.

— Сиверина, — уже еле дыша, вскрикнул, Алан. Голос звучал громко, хрипло, только он, смог привести женщину в чувства.

— Прости, милый, — запищала, как только поняла, что чуть не задушила собственного мужа.

— Не чего страшного, — быстро отмахнулся.

В спальне на миг настала тишина.

— Ты так быстро добрался до школы? Но как? — Удивлённо спросил Кеша, пытаясь перевести разговор в другое русло.

Сиверина немного отошла от мужа и стала на него смотреть с подозрением, уже, кончиками пальцев, нащупывая в специальном кармашке, в рукаве мантии палочку, без резких движений, вытаскивала, смотря, чтоб Алан, смотрел не на неё.

— А тебе кто…, - не успел договорить Алан, как его перебила Сиверина.

— Руки, — приняв боевую стойку, направила в голову Алану палочку.

— Что? — Переспросил, не понимая, почему, собственная жена направила на него палочку.

— Поднял руки вверх, — приказала, повышенным тоном.

К Сиверине подключился и Кеша, направив на Алана, палочку.

— Одно резкое движение и я убью тебя, оборотень, на месте, — процедила, сквозь зубы Сиверина.

Губы мужчины исказились в злобной улыбке, волосы стали уменьшаться, даже телосложение, стало крупнее. Бешеными глазами, он начал смотреть на женщину и на «профессора», глаза наливались кровью, дыхание от злости становилось тяжёлое.

— Да, — прохрипел «оборотень», обнажая, свои жёлтые, острые как бритва зубы, — ты меня раскусила, — прорычал.

— Ты ошибся за пять минут четыре раза, — сердито процедила.

— Где именно ошибся? — Рыча, спросил.

— Главная твоя ошибка была, — начал внезапно Кеша, — так это то, что ты вообще существуешь, — выделил слова, произнеся их с особой ненавистью.

«Оборотень вмиг рассвирепел, позабыв, что находится в человеческом облике, он встал на четыре конечности, неестественно выгнулся и зарычал. Запах гнили, что нёс изо рта, одурманил Сиверину и Кешу, от такого жуткого благоухания, слезились глаза, дышать было неимоверно трудно, даже ртом.

— Да как ты посмел, — прорычал, капая слюной на пол, — я тебе сейчас сначала вспорю твой живот, первым дело съем самые лакомые, кусочки, от твоих внутренних органов, — рычал, неестественно выворачиваясь, медленно подходил.

Страх овладел «профессора» и Сиверину, заклинания вылетели из головы, «оборотень» уже был в метре от них. Попрощавшись мысленно с жизнями, в спальню вбежал настоящий профессор Алан Морох, с порога, сразу начал кидать в «оборотня» боевые заклинания, из-за чего, «оборотню», пришлось позорно бежать, превратившись в густой, чёрный дым, разбив собою окно.

— Алан, — со слезами подбежала и обняла за шею мужа, начав его душить.

— Ух, хулиганка, — воскликнул радостно, начав щекотать, жену за бока, заставив, отойти её на пару небольших шагов.

— Это точно ты, — вытирая со щёк слёзы, радовалась женщина.

— Я, пожалуй, пойду, — засмущавшись, вышел Кеша из спальни.

Алан подтянул к себе жену, страстно поцеловал в губы, когда за спиной, услышали неловкое покашливание.

— Матвей, — прошептала имя мальчика, что увидел, как отец, целует мать в губы.

— Папа, — воскликнул и подбежал, обняв его за рёбра, — я скучал по тебе, — признался мальчик, понимая, что это, так и есть.

— Привет, сынок. Как у тебя дела? — Уставши, поинтересовался Алан.

— У меня все нормально, я по травологии взял на практику психушку — проделку, её ни кто не хотел брать, я единственный, — радостно говорил Матвей, — а ты как? Почему не спишь? Тебе же надо уже спать, — спрашивал вопрос за вопросом мальчик.

— Уже ложусь, — коротко ответил Алан, уставши, улыбнувшись, — не волнуйся.

— Приятных снов, — пожелал и глянул хитро на маму, — не буду вам мешать, — посмеялся, выйдя из комнаты.

— Не повезло, ему с растением, — сочувственно сказал Алан, когда мальчик вышел из спальни.

— Да, жаль, если бы ему объяснили он бы не взял, — поддакнула Сиверина, разглядывая мужа со стороны, словно хрупкий экспонат, — давай Алан, ложись на моей кровати спать, — предложила, нежно улыбнувшись, надеясь, что он не заметил, её заплаканные глаза.

— Не было позволено столь прекрасной даме, так много плакать, — улыбнулся, валясь от усталости, не стал сопротивляться.

Покорно пошёл и лёг на кровать жены. После долгого пути, Алан заснул мгновенно, мужчине понадобилось идти более одного километра, из-за барьера школы.

Сиверина вышла из спальни, чтоб не мешать мужу, спать, радостная направилась в башню львиной стаи, чтоб поведать о том Матвею, почему растение ни кто не брал, в надежде, что он не будет в сильном шоке.

Сиверина шла по коридорам, когда увидела Лику. Та самая нарушительница, которая раньше училась на дневной смене, а теперь она под надзором Алана и учится в ночную смену.

— Добрый день, — возмущено поприветствовала Сиверина.

— Добрый день, — Уверено ответила, продолжив свой путь.

— На каком основании миледи вы нарушаете правила школы? — Поинтересовалась профессор Сиверина, перегородив путь.

— Я не нарушаю профессор, — с огромной уверенностью врала и не краснела Лика.

— И ты снова пытаешься обмануть преподавателя, не думала, что у тебя такая плохая память, — злобно прорычала профессор Сиверина.

Профессор Сиверина, не стала даже терять не секунды, как бесцеремонно схватила нарушительницу за руку и потащила в спальню для наказанных ребят, ночных курсов.

В спальне для наказуемых ребят, было пусто как всегда. Когда профессор Алан стал куратором ночного колледжа, похождения сразу же закончились, во всех двухночных колледжах, только иногда попадались дневные и все кто лгал, что он из ночного колледжа, оказывались на самом деле, в том самом ночном колледже, который они и назвали.

Скоро Новый год. Учителя всех уже распустили, у кого не было долгов. Если у кого ни будь, не будет аттестации, то весь его класс не уедет на новогодние каникулы и будут находиться в школе до тех пор, пока этот учащийся не сдаст свой долг. На каникулы также оставались дети, у которых нет долгов, но они дети преподавателей, или просто не хотел не куда ехать.