Чтение онлайн

Лев XIII, несомненно, был в первую очередь папой-политиком и в этой области добился успехов. Принципиальные основы его практической деятельности в области политики находили свое отражение в энцикликах о государстве, об отношениях между государством и церковью, о политике и общественных вопросах. К концу XIX века произошло отделение церкви от государства в Соединенных Штатах Америки, Англии, Голландии и Бельгии. Во Франции республика была нейтральна по отношению к церкви, но французский католицизм раскололся на две партии: на католиков, приверженцев «Силлабуса», и на либеральных католиков. В Германии «Культуркампф» ждала своего разрешения, а в Австро-Венгерской монархии в программе ультрамонтанства стояла задача ликвидировать остатки иозефизма.

С целью упорядочения отношений с отдельными государствами пришлось в интересах создания нового союза отказаться от прокламированных «Mirari vos» связей со старым общественным строем и монархией. Еще в своей первой энциклике о государстве и политической власти Лев XIII также рассматривал церковь как единственно совершенное общество (Societas perfecta). Энциклика «Diuturnum illud» (1881) излагала постулаты, касающиеся происхождения и природы политической власти, а также свойств и задач христианского государства. В ней подчеркивалось, в противовес принципу верховенства народа, что государство и власть имеют божественное происхождение и самая подходящая форма правления — это монархия. Сближение в то время носило еще оборонительный характер, поскольку папа считал церковь самым эффективным охранителем государства от революции. Сближению способствовало то, что и внутри католических слоев появились новые, буржуазные элементы, побуждавшие церковь учитывать веяния эпохи.

Энциклика от 1 ноября 1885 года «Immortale Dei» возвестила об изменении концепции папы: впервые он указал на то, что церковь не связана ни с какой формой государства, она может принять любую форму государства, если оно обеспечивает свободную деятельность церкви. Государство и церковь в равной степени суверенны в своей области деятельности, в этом суть разделения труда и суть новой связи (нового «связывания»). Энциклика, подчеркивая божественное происхождение власти, обозначила основы союза между государством и церковью. В своей энциклике от 20 июня 1888 года «Libertas praestantissimum» о человеческой свободе Лев XIII сделал еще один шаг в сторону признания всех форм государства. В ней папа признал позитивные стороны неантирелигиозного либерализма, права человека на свободы и парламентскую демократию. В энциклике от 10 января 1890 года «Sapientiae christianae» слышится новая тональность, когда говорится об обязанностях христиан — граждан государства: папа призывает верующих христиан признавать буржуазное государство, активно участвовать в государственной жизни.

На формирование концепции Льва XIII о государстве главным образом оказало влияние положение во Франции. Французская Республика приняла большое число антиклерикальных законов, против которых папа неоднократно протестовал. Лев XIII попытался вначале положить конец раздорам во французском католицизме, чтобы затем урегулировать и отношения с государством. Католицизм сторонников «Силлабуса» во Франции влился в движение «Аксьон Франсез» («Французское действие»), которое было боевой организацией французских роялистов-католиков. Созданная Шарлем Моррасом в 1898 году организация с 1908 по 1914 год издавала газету под названием «Д'Аксьон Франсез». «Аксьон Франсез» во главе с Моррасом было крайне правым националистическим движением, национализм которого носил расистский характер.

Это движение, являясь монархистским, роялистско-католическим, резко противостояло либеральному и демократическому буржуазному обществу, республике. Католическая церковь из-за крайнего национализма и расистской теории с самого начала с неодобрением восприняла «Аксьон Франсез». В этом случае Лев XIII был сторонником примирения с либеральной властью, сближения с ней. В 1885 году Лев XIII запретил консерватору и монархисту графу Альберту де Муну создавать католическую партию, ибо она, по всей вероятности, стала бы радикально антиреспубликанской. Папа призвал де Муна обратить лучше внимание на социальные вопросы. (Де Мун и его сподвижник маркиз Ла Тур дю Пин начали создавать католические рабочие кружки антидемократического характера и патерналистского толка, под опекой образованных классов.)

Во Франции Лев XIII отклонил мысль о создании самостоятельной католической политической партии. Папа вначале аннулировал союз, который заключил Григорий XVI с Французской монархией, затем призвал французских католиков поддержать республику. Это нашло отражение в энциклике от 16 февраля 1892 года «Au milieu des Sollicitudes», обращенной к французскому епископату. Однако энциклика в еще большей степени способствовала дальнейшему углублению внутренних противоречий между французскими католиками: реакционные националисты сплотились вокруг «Аксьон Франсез», в то время как католики, осуждавшие либерализм и буржуазную демократию за их враждебное отношение к христианству и социальную несправедливость, создали движение «Democratic chretien» вокруг газеты «Силлон».

Создание в 1889 году II Интернационала лишь ускорило сближение между папством и буржуазным государством, способствовало примирению церковной и светской власти. Энциклика «Au milieu» уже благословляла переход к защите буржуазного общества, к объединению вокруг этой идеи. Тем самым — по крайней мере в принципе — закончилась вековая борьба между церковью и буржуазным обществом. Политика объединения оказала большое воздействие и в других странах; казалось, что чаяния либеральных католиков осуществляются.

Лев XIII после 1886 года одобрил самостоятельность католических политических партий (за исключением Франции и Италии). Он считал, что политика (и партии) относятся к прерогативе государства, а не церкви. Идеальной католической партией он считал германскую партию Центра, ибо, будучи в своей основе католической, она не носила выраженный конфессиональный характер; в политических же вопросах она сохраняла автономию по отношению к высшему церковному руководству. (Точно такие же автономные католические партии действовали в Италии, Бельгии и Голландии.) Позицию Льва XIII по отношению к Центру выразил в 1879 году кардинал Франзелин:

1. Папа заявил, что в чисто политических вопросах Партия центра совершенно свободна и независима от Святого престола.

2. В отношении церковной политики постоянной обязанностью Центра является борьба за отмену или пересмотр антицерковных законов.

Партия Центра оказала большую службу Ватикану также в прекращении «Культуркампф», доставившей столь много неприятностей Ватикану. К 1887 году Бисмарк постепенно сократил число антицерковных законов. В 1880 году он отменил майские законы. В 1882 году Бисмарк восстановил дипломатические отношения между Святым престолом и Пруссией (но не Германской империей). И здесь к сближению его побудила необходимость сплочения против рабочего движения. В 1875 году в Готе была создана Социалистическая рабочая партия Германии в результате объединения лассальянцев и эйзенахцев. Объединение придало новые силы разобщенному до того времени германскому рабочему движению. С помощью рабочей партии развернулось профсоюзное движение, создавались различные кооперативы и рабочие просветительские общества. В рабочее движение включалась рабочая молодежь и женщины, что уже непосредственно затронуло церковь. В 1878 году Лев XIII в одной из своих первых энциклик, «Quod apostolici muneris», еще придерживаясь позиций своих предшественников, резко осудил социалистическое рабочее движение и назвал правильными выступления властей против него. В это время в Германии был принят и введен в действие исключительный закон против социалистов. Оба эти события совпали во времени не случайно. Политика объединения в Германии ознаменовалась успехом; Лев XIII на тайном заседании консистории 23 мая 1887 года с удовлетворением констатировал, что «Культуркампф» закончилась.

Рассматривая оборотную сторону политики Льва XIII, направленной на приобщение к эпохе, можно обнаружить непримиримое противостояние по отношению к буржуазной Италии, строгое соблюдение положений «Non expedit!» и попытки реставрации светской власти папы, Папского государства. В своей программной энциклике Лев XIII среди основных целей папства отметил восстановление светской власти папы.

Итальянские католики, принимавшие участие в государственной и муниципальной жизни, думали, что восстановление небольшой части Папского государства могло бы быть достигнуто внутриполитическим путем. Лев XIII отверг эту возможность; для него римский вопрос был вопросом внешней политики, который следует решать дипломатическим путем, при содействии великих держав. В уже упомянутой первой энциклике, а также в своем письме (от 5 июня 1887 г.), адресованном новому и очень способному государственному секретарю кардиналу Рамполла дель Тиндаро при вступлении его в должность, Лев XIII с помощью исторических аргументов обосновал право на существование Церковного государства. Конкретные аргументы он черпал, главным образом, из неогвельфовских концепций Росмини и Джоберти. Он не хотел реставрации всего Церковного государства, а лишь части его — от правого берега Тибра до моря, во главе которой он, как союзный князь, вошел бы в состав Итальянского королевства. Тем самым наступило бы примирение между папством и Италией. Для реализации своей концепции он хотел опереться на великие державы, и прежде всего на Германию и Австро-Венгрию, но те не пожелали пожертвовать своей великодержавной союзнической политикой (Тройственным союзом, заключенным с Италией) ради интересов Льва XIII. С 1898 года папа стал чаще смотреть в сторону Франции; приверженцем французской ориентации в первую очередь был Рамполла. (Ватикан одновременно с этим поддерживал хорошие отношения и с царской Россией.)

При решении принципиальных вопросов Лев XIII с успехом устранил те препятствия, которые стояли на пути примирения с государствами. Папа и его государственный секретарь развили активную дипломатическую деятельность, Ватикан вновь стал фактором международной политики. Однако даже им не удалось добиться того, чтобы папство смогло вернуться за стол международных переговоров и выполнять роль международного арбитра. Отчужденное отношение папы к Италии, его союз с русским царизмом и с императорской Германией, а также поддержка французского буржуазного государства, противостоявшего демократическому католическому движению, свидетельствуют о том, что его попытки примирения с современным государством и буржуазным прогрессом — что отчетливо видно в случае с Францией — носили тактический характер. Папа и папство по-прежнему, в основном из-за своей консервативной сути, стояли на зыбкой почве политики сближения.