Чтение онлайн

Нейтралитет Пия XII нельзя сравнивать с нейтралитетом Бенедикта XV во время первой мировой войны: тогда два блока противостоящих империалистических держав вели несправедливую с обеих сторон империалистическую войну, в которой папство и не могло заявить о своей позиции. Однако теперь речь шла совершенно о другом. Эта война со стороны фашистских агрессоров была направлена на уничтожение и порабощение народов, в то время как сражавшаяся против них антифашистская коалиция вела справедливую борьбу, заслуженно ожидая моральной поддержки со стороны папы. Однако Пий XII отождествлял борьбу народов против фашизма, представлявшего угрозу для их существования, с нападением агрессоров. Это было глубокое заблуждение.

В историю папства новейшего времени вошел обычай, согласно которому папа при вступлении на престол в своей программной энциклике излагает основные принципы своего правления. В понтификат Пия XII этого заявления пришлось ждать восемь месяцев, пока 20 октября 1939 года он не опубликовал апостолический циркуляр, начинавшийся словами «Summi pontificatus». Он констатировал, что люди изо дня в день во все большем количестве отворачиваются от веры в Иисуса Христа и даже порывают с признанием ее законов, не следуют им. Эта дехристианизация, религиозный и моральный агностицизм, подрыв или отказ следовать моральным нормам, кодифицированным католическим учением, является источником бед сего мира. Несомненно, что в программной энциклике нужно было изложить позицию и по самым актуальным вопросам эпохи, имеющим судьбоносное, решающее значение для католической церкви, так как шла вторая мировая война. Следовательно, было далеко не безразлично то, что новый папа подтвердил Латеранские соглашения, достигнутые между Ватиканом и правительством Муссолини, которые он расценил в полной мере соответствующими интересам церкви, и объявил, что достигнуто полное примирение между фашистским государством и церковью.

Папа подверг анализу возникший кризис и приведшие к нему «заблуждения», а также источники заблуждений. Пий XII считал современную концепцию о государстве наиболее опасным для католицизма лжеучением. «Таким образом, отвергая божественный авторитет и обязующую силу законов, неизбежно приходят к тому, что государственная власть оказывается безграничной и приписывает себе права, не отвечающие ни перед кем». Церковь проповедует и провозглашает уважение законов и повиновение земным властям, которые получили свое начало от Бога. Следовательно, Бог и выражающая божественную волю церковь дает власть государству и руководителям государства, но одновременно определяет и границы этой власти. Задачей государства является «контролировать частную и индивидуальную стороны национальной жизни, сдерживать и развивать, гармонично направлять их на общее благо каждого».

Государство как таковое — не самоцель, а именно средство осуществления общественного блага (bonum commune). Из этого также явствует, что интересы общественного блага устанавливают пределы государственной власти. Следуя за ходом мыслей, изложенных в апостолическом циркуляре, приходишь к выводу, что и в этом отношении Пий XII опирается на представления своих предшественников, на энциклики Льва XIII «Immortale Dei» (1885) и Пия XI «Quas primas» (1925). Однако Пий XII трактует предназначение Матери-церкви в значительно более усеченном виде, чем его известные предшественники; так как он считает, что призвание церкви заключается лишь в том, «чтобы осуществить возрождение души, с учетом изменившихся условий времени и отнюдь не новых человеческих потребностей». Церковь по-прежнему не отказалась от того, что католицизм должен намечать идейные и моральные основы государства. Это требование существует относительно любой светской власти, именно поэтому церковь осуждает тоталитарные государства точно так же, как и социалистические государства, — ведь они с ролью церкви, по сути, не считались.

Чтобы избежать неправильного толкования, мы должны подчеркнуть, что очевидной целью политического поведения Пия XII и его заявлений во время войны была защита интересов римско-католической церкви и через это, прежде всего, защита христианской цивилизации. Эта естественная задача была сформулирована, в частности, папой в период войны во время рождественских радиовыступлений, обративших на себя серьезное внимание.

На рождество 1939 года Пий XII подверг критике прошлую либеральную эпоху Европы, которая характеризовалась дехристианизацией. А в выступлении 1940 года он определил основные принципы, на которых может основываться новый порядок в Европе. Согласно утверждению папы, действительным, историческим и интеграционным духом Европы является католицизм, хранителем и гарантом которого выступает Рим. В завоеванной немцами половине Европы в то время фашизм знаменовал собой новый политический строй, с которым не могли быть совместимы христианские моральные устои. В рождественской речи 1940 года Пий XII заявил, что божественные законы в равной степени обязательны для личностей и народов и являются настолько общими, что предоставляют широкое поле деятельности и свободу различным политическим формам, если они не противоречат законам.

Отношение Пия XII к итальянскому фашизму на первых порах было спокойным. Целью папской дипломатии было удержать Италию от войны. Когда это не удалось, папа занял позицию строгого нейтралитета. Несмотря на то что вступление Италии в войну ограничило дипломатические возможности папы, это нисколько не помешало ему свободно маневрировать. Так, например, отношения между Ватиканом и Англией складывались хорошо, правительство Черчилля поддерживало постоянную связь с папой. Отношения с Соединенными Штатами были не столь безоблачными; американцы проявляли недовольство нейтралитетом папы. Между Соединенными Штатами и Ватиканом дипломатические отношения не поддерживались. После того как и Соединенные Штаты вступили в войну, возникла необходимость в установлении систематических связей. Ватикан — в самой середине войны — принял личного представителя президента Рузвельта, Майрона Тэйлора, остававшегося в Ватикане вплоть до освобождения Рима.

Быстрые успехи немцев в войне против Советского Союза осенью 1941 года вызвали заметное облегчение в Ватикане. На первом этапе войны, ознаменовавшемся успехами фашистов, существовало полное молчаливое согласие между Пием XII и немцами. (Это находит свое подтверждение в отрицательном отношении Пия XII к Атлантической хартии.) Однако зимой 1942/43 года произошел неблагоприятный для фашистских государств поворот в ходе войны, хотя это еще далеко не означало поражения Германии. Эти месяцы были периодом молчания в Ватикане. Соответственно с этим в рождественском обращении папы по радио 1942 года уже заметен поиск дороги к миру, а также поиск общественного развития после достижения мира. В обращении уже излагались не только основные принципы обеспечения мира, но и основные католические принципы переустройства в послефашистский период. В этих принципах предлагались не контуры корпоративного общества, а оговаривалась необходимость восстановления буржуазных свобод.

2 февраля 1943 года немецкие армии капитулировали под Сталинградом, 13 мая сражавшиеся в Африке армии держав «оси» также сложили оружие. 10 июля союзники высадились в Сицилии, и тем самым война достигла итальянской земли. Папа после развертывания сил антифашистской коалиции и морально отягощенный антисемитизмом фашистских держав, перешедшим в геноцид, уже не мог устоять на позиции нейтралитета.

Пий XII, взяв в общем за основу гуманистические принципы христианской веры и руководствуясь обобщенными понятиями, осудил расовую теорию и расовые преследования, в том числе антисемитизм и преследования евреев. Тем самым он и в Италии, и в других странах способствовал тому, что католическое духовенство, церковные организации, а также верующие оказывали гуманитарную помощь жертвам преследований, помощь, о которой нельзя забывать и которую нельзя недооценивать. Однако папа не бросил на чашу весов весь свой моральный авторитет против геноцида, не отмежевался вместе с церковью от фашизма торжественно и открыто, не протестовал против депортации евреев в концентрационные лагеря и против их физического уничтожения.

Торжественный протест, который в других случаях так часто звучал, теперь был бы наиболее уместным.

Уже с того времени идет активное обсуждение причин молчания папы. В дискуссиях часто сталкивались эмоции, а не на фактах основанные аргументы. (О том, молчал ли папа или нет, смогут дать ответ недавно предпринятые поиски в Ватикане архивных документов.) Посвященные уже теперь утверждают, что Пий XII не молчал. Кажется вероятным, что Пий XII считал открытый и торжественный протест делом бессмысленным. Этим, по его мнению, он бы ничего не изменил, в то же время можно было ожидать, что в случае его выступления, которое Гитлер объяснил бы как нарушение конкордата, это привело бы к дальнейшим преследованиям католиков. Пий XII не хотел вмешательством в немецкие дела нарушать строгий нейтралитет даже в этом вопросе, затрагивающем общие принципы гуманизма.

С лета 1943 года Ватикан оказался вблизи зоны военных действий. 19 июля 1943 года был совершен первый американский воздушный налет на Рим. В результате бомбардировки оказалась разрушенной также церковь Сан Лоренцо фуори ле Муре. Пий XII немедленно поспешил на место разрушений. В полном торжественном облачении первосвященника он опустился на колени перед еще дымящимися обломками и совершил молитву, утешил пострадавших, раздал даяния среди жертв бомбардировки. 25 июля 1943 года пала фашистская диктатура Муссолини. Сразу же под воздействием изменившихся обстоятельств Пий XII способствовал тому, чтобы руководитель разгромленной фашистами Народной партии де Гаспери, который в период между 1929 и 1943 годом находился во внутренней эмиграции и был служащим Ватиканской библиотеки, приступил к созданию антифашистского, демократического католического движения «Христианская демократия». Однако нацисты не смотрели безучастно на развитие событий, а вошли в Рим. 13 сентября немецкий гарнизон окружил Ватикан, и папа практически стал пленником немцев. После таких событий папа Пий XII выступил на рождество с речью, которую он произнес в еще оккупированном фашистами Риме.

В конце 1943 года в Тегеране совещались Сталин, Черчилль и Рузвельт. Рождественская речь Пия XII, естественно, находилась под воздействием исторической по своему значению конференции. Тегеранская встреча закончилась компромиссом, в соответствии с которым с целью успешного завершения войны, по крайней мере, на том этапе была отвергнута возможность сепаратного мира с немцами, но многие вопросы, главным образом касающиеся послевоенного устройства, остались нерешенными. Папа хотя лишь косвенно, но решительно выразил свою симпатию к союзникам, ожидая от их быстрой победы достижения мира. Этому также способствовало участие католических организаций в антифашистском Движении Сопротивления. В итальянском Движении Сопротивления, добившемся серьезных военных успехов, сражались католические массы, и одним из руководителей этого движения был христианский демократ. Успехи Движения Сопротивления в значительной степени оказали влияние и на поведение Ватикана.