Чтение онлайн

Основным источником политических и правовых учений Арабского Востока (как и мусульманского права) является Коран. Существует несколько основных школ толкования Корана.

Отцом арабской политической философии часто называют ученого-энциклопедиста Мухаммеда аль-Фараби (870-950) (трактаты «О взглядах жителей добродетельного города», «Афоризмы государственного деятеля», «Гражданская политика», «Геммы премудрости»). Аль-Фараби на Востоке называли Вторым учителем (после Аристотеля, которого аль-Фараби активно комментировал). Аль-Фараби жил в Багдаде, Алеппо и Дамаске.

«Добродетельный» город-государство от «невежественного» аль-Фараби отделял с учетом царящего в нем порядка, высоких моральных качеств его жителей, в первую очередь благочестивых правителей.

Близкой к идеям аль-Фараби концепции (о связи политического устройства с религиозной нравственностью) придерживался и ибн Сина (Авиценна) (около 980-1037).

Именно на мусульманско-правовой религиозной доктрине строилось политическое устройство Арабского халифата – могущественнейшего мусульманского государства Средневековья, занимавшего обширные пространства на Ближнем и Среднем Востоке, в Северной Африке. Цельная мусульманская концепция государства сложилась здесь в основном в XI–XIV вв. и развивалась в рамках мусульманского права. Халифат воспринимался не просто как государство, но и как продолжение благочестивого царства пророка Мухаммеда, на него возлагались религиозные функции: «суть преемство пророческой миссии в защите веры и руководстве земными делами» (аль-Маварди).

Верховным носителем суверенитета в халифате полагался Аллах, представленный халифом. Последний несет личную ответственность за осуществление власти над мусульманской общиной. Лишь муджтахиды, составляющие консультативный совет при дворе, были, формально вправе критиковать халифа.

Суннитское направление мусульманской политико-правовой теории признает главу государства (имама) лишь первым среди мусульман; шииты, напротив, обожествляли имама, ставили его однозначно выше общины, признавали священным и непогрешимым.

Для киевского периода древнерусской политико-правовой мысли (конец X – конец XIV вв.) характерно активное изучение византийской литературы, приспособление византийских идей к условиям древнерусского политического быта.

Творчество митрополита Никифора позволяет понять, как изменялись теоретические воззрения митрополита в зависимости от условий политической жизни современной ему Руси. До нас дошли пять посланий Никифора, особенно интересны два его послания киевскому великому князю Владимиру Мономаху – послание о посте и послание о вере латинской, датируемые нач. XII в.

Никифор впервые в русской политической литературе выразил органические представления о государстве. Никифор, как и Платон, придерживался учения о трехчастности души: эта триада состоит из воли, разума и чувства, причем главенствующая роль принадлежит разуму. Никифор сформулировал концепцию доброго разума: разум может быть как средством познания Бога (доброе употребление разума), так и средством отвращения от Бога (злое употребление разума). Воля нужна, чтобы иметь ревность к Богу и месть к его врагам.

Государство уподобляется человеку, причем князь является душой этого организма. Никифор подчеркивает Божественное происхождение княжеской власти. Главная обязанность князя как светского правителя – нелицемерное отправление правосудия. При этом он обязан быть милостивым и снисходительным к подданным. Эта мысль была впоследствии воспринята Владимиром Мономахом. Князь призван содействовать распространению христианской веры.

Никифор не упоминает о принципе монархического самодержавия (автократии), утверждает спартанский личностный образ правителя, утверждает широкие пределы полномочий князя в религиозной сфере.

Важным древнерусским политико-правовым трудом является также «Поучение» Владимира Мономаха (составлено в нач. XII в. в форме духовного завещания этого великого князя детям). Впервые в русской политической литературе В. Мономах сформулировал патриархальные представления о государстве и власти: государство уподобляется большой семье, дому, вотчине, управляемой князем-домовладыкой.

Владимир Мономах наставляет князей лично отправлять правосудие, ведь именно князь является хранителем и гарантом высшей справедливости. При этом Мономах отрицает смертную казнь как проявления первобытной родовой мести.

В «Повести временных лет», древнерусском летописном памятнике XII в., впервые в отечественной политической литературе излагается учение о тиране. Князья могут быть как праведными, так и неправедными. Лишь народы, правые перед Богом, получают себе праведного князя, любящего правду. В свою очередь, неправедный князь является Божественным наказанием народу за его грехи, настоящим национальным бедствием. Этот тиран слабоволен, окружает себя случайными советниками.

В XI в. на Руси появляются многочисленные пасторские поучения, среди которых особое место занимало «Слово о законе и благодати» (середина XI в.) митрополита Илариона. Многие его идеи были впоследствии развиты русскими мыслителями. Иларион был первым киевским митрополитом (с 1051 г.), русским по национальности. «Слово о законе и благодати» – первый опыт христианского осмысления русской истории. Иларион стремился показать место Руси во всемирной истории, интерпретировать факты русской истории с точки зрения христианского представления об истории. Иларион делит мировую историю на 3 периода: языческий («идольский мрак и бесовское служение»), иудейский («действие Моисеева закона») и христианский («утверждение закона и благодати»). В истории действует Божественный Промысел, направляющий народы к истинному познанию Бога. Божественная милость ниспослана также и на русский народ, который благодаря принятию христианства включился в общий ход мировой истории.

Иларион обосновывает концепцию единодержавной наследственной княжеской власти, которая единственно возможна, т.к. как только законный наследственный правитель способен сохранить территориальное единство Руси, князь-наследник с детства специально подготавливается к правлению, династический принцип передачи верховной власти (от отца к сыну) религиозно обоснован. В этом еще раз проявляется влияние византийской политической традиции.

Власть должна быть не только законной, но и праведной, князь должен править в соответствии с Божественными заповедями и человеческими законами. Князь обязан заботиться о распространении истинной веры, создавать условия для благочестивой жизни подданных, заботиться о благосостоянии церкви. Иларион впервые сформулировал идею власти как священного служения. На князе, помимо личной, лежит ответственность перед Богом за грехи всего народа. Идеальный христианский правитель у Илариона должен обладать такими качествами, как правоверие и благочестие.

«Закон – лишь тень истины, а не сама истина». Благодать воспринимается человеком также благодаря закону. Закон – установление государственной, но не Божественной власти, обладающее юридическим, но не нравственным содержанием. Закон содержит нормы, внешние по отношению к человеку, которому они преимущественно адресуются, авторитетно предписывающие ему определенное поведение, прежде всего с помощью запретов. Исполнение закона не делает людей свободными в полном смысле этого слова, ведь, следуя законам, мы подчиняемся чужой воле. Истинную свободу человек обретает, только следуя благодати. Для русской правовой традиции со времен Илариона характерно признание ограниченности регулятивных возможностей права по сравнению с моралью, в этом кроется одно из принципиальных теоретических расхождений между русской и западной традициями правопонимания.