Чтение онлайн

Потребовалось полчаса, чтобы процессия завершилась и поток призраков больше не возобновлялся. Я закончил считать на четырехсот пятидесяти и сглотнул. Это не было стадо призраков. Это была кровавая орда. Если бы один из них решил, что хочет съесть меня, ему пришлось бы совершить чудо, чтобы разделить меня на достаточное количество кусков и накормить всю их ужинающую компанию.

Моя завеса, казалось, препятствовала заметить меня, но это так же легко могло быть следствием заклинания-маяка. Вероятнее всего, как только маяк будет выключен, они должны будут развернуться и броситься на меня как гончие, спущенные с поводка. Тогда надо быть воистину глупцом, чтобы отправиться бродить туда, в узких туннелях и тесных помещениях, рядом с такой опасностью.

— И я, Гарри Дрезден, и есть этот глупец, — провозгласил я.

Я подождал, пока пройдёт последний призрак, и сосчитал до двадцати. Во рту пересохло. Страх вскипел в моём животе и заставил колени ослабнуть. Мои пальцы дрожали.

Я сказал им всем, что они всего лишь остаточные воспоминания из прошлого, и я не потерплю их пустой болтовни.

Затем я стиснул зубы и последовал за ордой.

Я проскользнул через стальную дверь и оказался в темноте с другой стороны. Я игнорировал темноту, пока глаза не привыкли, а затем начал красться вперёд.

Я замер в позе Скуби-Ду через пару футов и только тогда перешёл на шаг. Если честно, до сих пор я крался. Это было ни к чему, я же не мог наступить на ветку или случайно пнуть жестяную банку и издать какой-то звук, не так ли? Когда ты призрак, проблема не в том, чтобы быть скрытным — а, в первую очередь, в том, чтобы дать о себе знать.

Кроме того. Из всех, кто хотел бы обнаружить моё присутствие, никто не стал бы использовать уши, чтобы почувствовать, что я пришёл.

Я сосредоточил своё магическое чутьё на том, что ждет меня впереди.

Когда я сказал магическое чутьё, я имел в виду нечто вроде паучьего чутья. Обострённые чувства Спайдермена обнаруживали, что он в опасности, и предупреждали, что она приближается. Чародейское чутьё не такое (хотя по правде говоря, я думаю, что, если сильно постараться, кто-то мог быть близок к этому). Что оно делает, так это предупреждает о присутствии магии, как в её естественном состоянии, так и в форме заклинаний. Вам не нужно сосредотачиваться, чтобы оно заработало — это естественно для каждого практикующего магию.

В теории, которой придерживается большинство, возможность чувствовать эти энергии позволяет обычному человеку стать чародеем, при условии, что будет сенсорная обратная связь. Он должен будет постепенно работать с всё большим и большим количеством энергии. Таким образом, обычный человек, не имеющий магического таланта, технически, может научиться использовать магию, но процесс обучения будет таким сложным, как научить рисовать того, кто родился слепым.

Я сосредоточился на ощущениях внутри себя, частично блокируя свои менее важные, физические чувства, чтобы уделить больше внимания присутствию магии вокруг меня. Здесь всё было довольно смутно. Дверь вела к бетонной лестнице, уходящей в землю, и каждую ступень густо покрывали магические символы, а в углублениях горели свечи. Скрытые энергии в краске почти лишились магической силы. Еле уловимая, но она там была, и я видел её слабое свечение. Энергия заклинания маяка оставалась сильной. Где-то в моей голове, я, видимо, решил интерпретировать это, как звук, потому что мог слышать медленный ритм, как у басов из больших динамиков.

Я начал спускаться вниз по лестнице, настроив свои чувства на землю под ногами. Что-то вроде ещё одной небрежной надписи могло скрывать нечто более мощное и опасное, но не скрывало. Я спокойно спустился ещё на два пролёта.

Основание лестницы вывело в прямоугольную комнату, которая была когда-то своего рода электрощитовой. Но, очевидно, уже отслужила своё. Большие стальные коробки и стёклышки приборов были покрыты ржавчиной и пылью. Здесь было больше оккультных надписей — бессвязных и фантастически бессмысленных, словно кто-то сочинял стихотворение на чужом языке, случайно выписывая слова из словаря.

Всё это носило тот же магический отпечаток, как и письмена на лестнице. Большие Капюшоны, очевидно, имели много скрытых талантов, которые, казалось, хорошо сочетались с идеями Серого Призрака, вербующего смертных слуг для помощи в...

...В любой чертовщине, которую он или она пытается сделать.

Что он или она пытается сделать?

Я имею в виду, я знаю, что Серый Призрак атаковал дом Морта. Но зачем? Зачем похищать Морта? Возможно, маленький эктомант мог быть занозой в заднице для любого слишком амбициозного призрака в Чикаго, но амбиции Серого Призрака, похоже, были ограничены пальбой по Морти. Какую же наиболее вероятную цель он мог преследовать?

В дальнем конце электрощитовой была зияющая, рваная дыра в стене, явно пробитая кувалдами. Она вела в грубый тоннель — начало настоящей Присподней.

Оттуда донесся мужской крик, полный муки.

Я чуть не сорвался на бег, но остановил себя. Бездумная беготня — хороший способ быть убитым. Вместо этого, я пошёл вперёд вдоль необтёсанного коридора. Было холодно и сыро, повсюду была слизь и плесень. Невообразимо сильный, затхлый запах заполнил мой нос и я шагнул вперёд, высматривая ловушки и прилагая большие усилия, чтобы мои ноги не двигались в ритм пульсирующего заклинания-маяка.

Я прошёл мимо множества ниш в коридоре. Они, по-видимому, служили Большим Капюшонам личными комнатами. Каждая имела обычный или надувной матрац, и что-то похожее на постельные принадлежности, только покрытые грибком и плесенью. В каждой была коробка или несколько сумок, содержащих, по моим предположениям, личные вещи. Стены покрывало множество загадочной тарабарщины, наряду с лозунгами вроде: «ЛЮДИ-ЯЩЕРИЦЫ УЖЕ ЗДЕСЬ! СЛЕДИ ЗА ИХ ГЛАЗАМИ!» Некоторые из комнат выглядели обитаемыми, с многочисленными, громоздкими очертаниями, храпящими под отвратительно грязными одеялами.

Минуту или две спустя, проход вывел меня в освещённую факелом комнату, размером с хоккейный каток. Вход был высоко на стене, так, что моя голова находилась на уровне потолка той большой комнаты. Под моими ногами была вырезана лестница, поэтому я мог спуститься в эту большую комнату — чего я не сделал, потому что она была полностью забита плохими парнями. Я сглотнул и убедился, что моя завеса всё ещё довольно сильна.

Басовый ритм маяка здесь стучал громче, исходя из люка, прорезанного в полу. Он был, должно быть, десять футов в диаметре, и я не мог сказать, насколько глубоко там было. Он был окружён начертанными формулами, бывшими намного менее бессмысленными других, и они испускали вспышки тусклого красного света в ритме пульсации маяка.

Яма была полна привидений.

Они кружились со всех сторон, в плавном, бессмысленном движении, каждое из них накладывалось на дюжину других, так, что это выглядело не как группа существ, движущихся по кругу, а как нечто причудливое, беспокойное, со случайно узнаваемыми частями человеческого тела, появляющимися из мешанины. Голодное завывание привидений с пустыми глазами было громким и отвратительным звуком, пульсирующим в такт с маяком.

Около двух дюжин лемуров были рассредоточены вокруг комнаты. Они опустили свои капюшоны, и, без этой пугающей безликости, пока вновь их не наденут, они выглядели, как обычные люди. Некоторые стояли. Некоторые сидели. Одна из групп играла в карты. Остальные просто смотрели в пустоту, погрузившись в свои мысли.