Чтение онлайн

Настоящая же гроза пришла с востока. Там, примерно в XVI в. до н. э. случилось то, что позже будет происходить неоднократно и всегда приводить к одному результату – походу на запад. Объединились в одно государство южносибирские племена от Байкала до Енисея с центром на Алтае. Создателями государства были племена европеоидного типа, возможно, потомки ямников, возможно, часть тохаров/гетов, а возможно и автохтоны Алтая гаплогруппы R1, как считает Клёсов, сейчас называемые «афанасьевцами» (весьма таинственная культура), которые затем вобрали в свою среду и монголоидов (сибиряков). Видимо, это была лишь часть афанасьевцев, создавшая некую военную корпорацию или орду. Эти люди научились изготавливать прекрасное оружие тонкостенного бронзового литья, хотя использовали и очень хорошее каменное оружие, создали сильную государственную структуру. Эта орда, которую в науке называют Сейминско-Турбинским феноменом, была представлена молодыми мужчинами, которые выделились из своих племён, покорили таёжные монголоидные племена, захватили у них женщин, создав семьи, освоились на новых местах, создав свою новую культуру, а затем двинулись на запад, по пути покоряя и включая в свой состав различные племена, за счёт чего постоянно усиливаясь. Анатолий Клёсов, кажется, считает, что как раз там и тогда собиралась группа новых племён, носителей гаплогруппы N1c, которая с ними через Сибирь и Урал проникла в Европу.

Сейминско-турбинский воин

Интересно, что эта сейминская орда двигалась не по степи, а по тайге, обходя с севера земли своих предков и родственников, вероятно, летом по рекам на лодках, а зимой на лыжах. И, может быть, не случайно, современники назвали этих захватчиков весьма узнаваемо. Так, в «Авесте» говорится о том, что власть у истоков Ранхи (Волги) захватили правители из народа «таожья».

В китайской мифологии из сборника «Юань Кэ» говорится о «великанах из восточной страны Тяожэнь». Действительно, оружие сейминцев-тяожэныдев встречается в Китае, но о них там быстро забывают, поскольку последние уходят на запад.

Так вот. Термин «Таожья», несомненно, имеет корни в алтайском «Высокие горы» и сибирско-монгольском «Густой лес/Тайга». Говоря по-русски, этот протонарод можно назвать «таёжниками».

Эти самые таёжники в XVI–XV вв. до н. э. дошли до Уральских гор, перевалили их и вторглись в современную Башкирию и Пермский край, где покорили и включили в свой состав потомков абашевцев.

Вряд ли таёжников было очень много, особенно афанасьевцев, но они были прекрасно вооружены и организованы. Их главным оружием были тяжёлые колюще-режущие копья с листовидными наконечниками до 44 см длиной. У них были заточены кромки и копья могли прекрасно колоть, резать и рубить незащищённых доспехами людей. Другим оружием таёжников были литые бронзовые топоры. У сейминской знати были распространены ножи с длиной клинка до 22,5 см, изогнутые наподобие поздней греческой махайры. Защищались таёжники плетёными щитами и, главное, пластинчатыми костяными панцирями, поножами и наручами. Ничего подобного у их противников тогда не было. Применяли таёжники и двухколёсные колесницы.

В общем, таёжники прошли от Алтая до Финляндии, как нож сквозь масло. В своём бегстве от них северные уральские племена и абашевцы в XVIII–IX веках до н. э. навалились на русов-балановцев. А потом и сами таёжники тоже.

Анатолий Клёсов различает два потока носителей гаплогруппы N1c1. Один, после перехода Уральских гор, начал сворачивать на юг. Это и были сами европеоидные создатели Сейминско-Турбинского феномена. Они смешались с абашевцами, а потом балановцами и фатьяновцами, результатом чего стало появление мутации Y-хромосомы, называемой субкладом N1c1-L550. Потомки этой группы за несколько веков размножились и двинулись по южному берегу Балтики в Европу уже в составе праславян. Так праславяне получили в свой состав новый субклад N1c1-L550. Клёсов называет его «Южнобалтийским». Летописные варяги, например, имели в своём составе большое число носителей этого субклада. В том числе Рюриковичи. И прабалты, кстати, тоже получили тогда этот субклад и сегодня он составляет 40 % их мужского населения, только не стоит обращать внимание на чушь, которую успел выпалить норманист из Томска Волков. Он брякнул, что «все этнические славяне из южно-балтийской ветви N1c1 стали славянами не ранее, чем 1000 лет назад, первоначально будучи балтами». Вот прямо так и написал, что заставляет подозревать этого музейного сотрудника в отсутствии дальнейшего образования после окончания школы. Это как это минорная группа балтов стала большой группой славян? А германцы почему не стали саамами? Гражданин Волков! На самом деле балты выделились из большой группы праславян R1a-Z280, когда смешались с пришельцами N1c1. Предки балтов были периферийной группой праславян, однажды решившей поискать счастья в симбиозе с восточными пришельцами или завоёванные ими, но так и оставшиеся периферийными группами племён.

Северная же часть сейминско-турбинских племён, составленная, в основном, из азиатов угров, пермяков и сибиряков, пошла северным маршрутом в Финляндию и Скандинавию. Правда, пошла не сразу. Они надолго задержались в северном Предуралье и пошли на запад только в V веке наше эры. У этих людей не возникло никакой мутации, и они по сей день являются носителями изначальной гаплогруппы N1c1.

Тогда же с юга на праславян-русов усилили натиск срубники, предки киммерийцев, о которых мы уже писали. Они считаются иранцами, однако это, конечно, не так. Предки иранцев – андроновцы, синташтинцы и другие, к этому времени ушли в Среднюю Азию, причём к моменту ухода практически не отличались от праславян, ведь жили они в одной языковой и культурной зоне, к тому же имели общее происхождение. Их субклады L657 и Z2124 происходят от катакомбного и срубного субклада Z93 и появились около 2800 г. до н. э. Долгие и не всегда враждебные контакты балановцев-русов со степняками привели к сильному взаимовлиянию народов. Судя по языковому сходству, праславяне были ближе именно к праиндусам и праиранцам, чем к большинству европейских народов. Например, слово «Бог» существует только у народов, происходящих от этих корней. Так же, как и «Сварог», «Даждьбог», «Индра», «Рарог», «Рарека» и так далее. Характерно у этих народов и отношение к правителю как к наместнику Бога на земле. Степные субклады сегодня редко встречаются у русских только потому, что потомки степняков за долгие столетия войн и нашествий были выбиты, ведь они жили на окраинах русского мира. Но свои культурные особенности и достижения они передавали праславянам и они стали частью менталитета русского народа.

Ещё один интересный момент. Надо признать, что праславянский язык был единым, ведь все славяне, включая венедов, склавинов и антов, в VI веке говорили на одном языке. А это значит, что их предки праславяне также говорили на одном языке. Учитывая размах славянского расселения, просто невозможно себе представить то, что их предки говорили на разных языках, а потом вдруг заговорили на одном. Ведь у них не было единого мощного государства, способного заставить все племена говорить на едином языке. Хотя, конечно, диалекты были.

Акцентируем. До появления славян, на их землях в Европе жили десятки племён и народов, многие из которых были сильнейшими народами своего времени. Потом все они куда-то делись и на их землях появились славяне, говорившие на одном языке, но имевшие существенные культурные отличия друг от друга по данным археологии и истории. И что же, нас хотят убедить, что большинство этих исчезнувших народов вымерли бесследно, а все их земли заняли неведомо откуда взявшиеся и стремительно расплодившиеся славяне? «Не верю!», как говаривал один театральный деятель.

Посмотрим снова на Великую Степь. За 700 лет пребывания протоиранцев в Средней Азии, они не могли не измениться. Мы не можем сказать, насколько отличались «авестийский» иранский язык и протославянский, поскольку не имеем образцов последнего. Но, вероятно, уже отличались, ведь даже скифы говорили на разных языках с иранцами, а они жили гораздо ближе к ним, чем европейские и даже балановские праславяне. Мы уже выяснили, что тогдашний праславянский был ближе к санскриту, чем к авестийскому иранскому.

Итак, иранцы стали сильно отличаться от праславян лишь со времени своего переселения в Иран из-за своей изолированности и смешения с восточными народами.

Но срубники-то никуда не уходили, а продолжали жить рядом и вперемешку с праславянами. И с чего бы им после этого быть больше похожими на иранцев, чем на славян? И чем дольше степные полукочевники жили рядом с лесными и лесостепными оседлыми праславянами, тем больше они сближались и смешивались. А ведь это продолжалось две тысячи лет! Зато от Ирана жители русских степей срубники были практически отрезаны и никак с ним не контактировали за исключением единичных случаев. Ну и какие же это «иранцы»? Чем дальше, тем больше кочевники русских степей становились всё ближе к славянам и всё дальше от иранцев, пока потомки киммерийцев, скифов и сарматов не стали северянами, антами, сербами, хорватами и так далее.

Мужчина срубной культуры

Смешение это началось очень давно. В частности, что касается балановцев, начало его можно датировать XV в. до н. э. Это прослеживается по началу изменения погребального обряда балановских русов. До трети захоронений русов стало производиться в невысоких курганах. Раньше балановцы хоронили своих людей на больших родовых кладбищах методом трупоположения на боку в бескурганной могиле.

К XIII в. до н. э. уже более половины балановцев хоронились новым способом, а к XI в. до н. э., почти все. И вместо трупоположения с XIV в. до н. э. стало всё чаще использоваться трупосожжение. На- Мужчина срубной культуры помним, что курганный способ захоронения и кремация тогда были характерны для степной зоны тех самых псевдоиранских полукочевников срубников. Принятие балановцами этого обряда может означать лишь одно – они приняли обряд сильного родственного народа, которому хотели подражать. Сначала к новому обряду перешла знать, а затем и рядовые общинники. Но обязательным условием принятия чужого погребального обряда является, конечно, его родственность. И здесь мы как раз наблюдаем процесс смешения родственных народов. В будущем именно славяне станут основными носителями таких погребальных обрядов. Курганы и кремация присутствовали также у скандинавов и тюрков, но формы их были другими. А уж иранцы-то точно этот обряд никогда не использовали.

Скорее всего, переход праславян к курганному погребению и кремации означает переход от матриархата к патриархату, к началу поклонения солнечным и огненным богам Сварогу и Даждьбогу.

Ещё одной особенностью балановских погребальных обрядов стало захоронение в мужских могилах женских тел. А ведь мы знаем описанный Маврикием и Ибн-Фадланом обычай русов класть в могилу мужа одну из его жён, причём добровольно и даже по конкурсу. Ни у одного европейского народа больше не было такого обычая. И вот мы видим истоки этого обычая у балановцев. А ещё раньше – у «шаровидных амфор».