Чтение онлайн

Было немало стран — только в одной Африке около 30, — где Израиль после установления дипломатических отношений открывал посольства и проводил различные программы помощи. Как и в любой другой стране, агенты «Моссада» использовали посольства своей страны в качестве прикрытия для разведки.

Там, где не было официальных отношений или они были прерваны вследствие обострения обстановки, альтернативным израильским дипломатам приходилось выполнять функции, обычно не свойственные спецслужбам. Это было особенно характерно для Африки, где Амит убедил американцев выделить Израилю несколько миллионов долларов на финансирование деятельности израильской разведки. Считалось, что это отвечает интересам Запада. В документах ЦРУ эта операция имела кодовое название «КК Маунтин».

Выдвинутая первым директором «Шин Бет» Рувеном Шилоем концепция «периферийной зоны» нашла горячего приверженца в лице Амита. Укрепились тайные связи Израиля с Эфиопией, Турцией и Ираном. Израиль и Иран помогали мятежным курдским племенам бороться с центральной властью Ирака. В Йемене израильтяне помогали роялистам бороться с египтянами. В Южном Судане сбрасывали с парашютами продовольствие мятежным христианам. В Центральной Африке Израиль помогал Иди Амину свергнуть президента Милтона Оботе.

Совместно с «Шин Бет» «Моссад» установил связи с большим количеством иностранных спецслужб, став членом «Киловатта», секретного объединения представителей различных спецслужб, занимающихся борьбой с международным терроризмом. В этом объединении были представлены шпионские службы Италии, Бельгии, Западной Германии, Великобритании, Голландии, Швейцарии, Дании, Франции, Канады, Ирландии, Норвегии и, конечно, Израиля. «Моссад» также имел связи с некоторыми другими европейскими странами, в частности с Португалией, Испанией и Австрией.

В большинстве из этих стран «Моссад» имел свои зарубежные резидентуры. Обычно такая резидентура действует под прикрытием посольства, но резидент не информирует посла о своей деятельности и подчиняется непосредственно Тель-Авиву. В каждой резидентуре есть представители двух основных направлений деятельности «Моссада»: информационного и внешних связей. Работа каждого представителя «Моссада» за рубежом строго законспирирована, и работники одного направления не знают, чем занимаются их коллеги из другого. В их задачу входит поддержание контактов с представителями секретных служб страны пребывания, но они также руководят работой собственных разведывательных сетей, разумеется, не информируя об этом спецслужбу страны пребывания.

Амит сосредоточил деятельность своих квазидипломатических представителей на двух континентах: в Азии и Африке.

Новые государства в Африке, недавно получившие независимость, смотрели на Израиль широко открытыми глазами — они видели в нем пример для подражания. Соединенные Штаты и Советский Союз считались экспансионистскими сверхдержавами. Великобритания, Франция и другие европейские государства все еще вызывали неприязнь как колониалисты, но Израиль был молодой нацией, которая нашла путь для быстрого развития в современном мире.

Около дюжины африканских стран пригласили израильских советников по вопросам сельского хозяйства, промышленности, торговли и обороны. Сотни экспертов работали над различными проектами, а вслед за ними шли израильские разъездные политики. По всему континенту ездила министр иностранных дел Голда Меир, премьер- министр Леви Эшкол также был почетным гостем в ряде стран Африканского континента.

Число израильских советников нарастало лавинообразно, и в их числе, естественно, было немало агентов «Моссада». Правительства принимавших стран относились к последнему обстоятельству вполне благосклонно, и вскоре Израиль установил тесное сотрудничество в области разведки с Кенией, Заиром, Либерией и Ганой. В каждой из этих стран Израиль готовил кадры для спецслужб и оказывал помощь в их деятельности.

Ведущей фигурой «Моссада» в Африке был Дэвид (Дэйв) Кимче. Кимче происходил из восточноевропейской семьи, которая через Швейцарию и Англию в 1946 году приехала в Палестину. Но он сохранил свои британские привычки. Этот спокойный и воспитанный человек в очках в толстой роговой оправе, с умным приветливым лицом, обрамленным темными волосами, не был похож на израильтянина, так как безупречно говорил по-английски с акцентом, который мог убедить любого, что перед ним английский джентльмен.

Кимче пришел в «Моссад» в 1953 году после нескольких лет научной работы и быстро приобрел в разведсообществе репутацию проницательного аналитика и человека, склонного держать свои чувства при себе. Это был подлинно израильский эквивалент созданного Джоном Ле Карре образа английского шпиона Джорджа Смайли. Его главный интерес лежал в сфере отношений с неарабскими и неисламскими меньшинствами Ближнего Востока и особенно Африки.

Он работал по всему Африканскому континенту под различными прикрытиями, в том числе как израильский дипломат Дэвид Шарон. Кимче всегда был доброжелательным и надежным источником информации для иностранных журналистов и всегда снабжал их последними сплетнями об африканских режимах в самых неожиданных уголках этого континента.

Одним из таких мест был небольшой остров Занзибар в Восточной Африке. До 1964 года он управлялся султаном, двор которого состоял из потомков арабских работорговцев. Основное население было темнокожим. В тот год в Занзибаре произошла кровопролитная революция, и темнокожее большинство вырвало власть из рук арабского меньшинства. Султан был убит, а его сторонники бежали.

В Израиле никто не стал проливать слез по поводу свержения султана. Еще один опорный пункт арабов в Африке пал, и еще одно государство открылось для Израиля. Случилось так, что как раз во время переворота Кимче был в Занзибаре. Его присутствие заметно укрепило репутацию «Моссада» среди западных разведывательных и дипломатических служб — для него, похоже, не было ничего невозможного.

Амит также позаботился о том, чтобы влияние «Моссада» распространялось и в восточном направлении, открыв резидентуру в бывшей британской колонии — Сингапуре, который стал частью Малайзии и вскоре превратился в процветающий город-государство. Руководящая верхушка Сингапура, состоявшая из этнических китайцев, опасавшаяся соседней Малайзии, а также собственного малайского меньшинства, приветствовала помощь Израиля в военной области.

«Моссад» создал в Сингапуре постоянную военную миссию, которую возглавил полковник Биньямин (Фуад) Бен-Элизер, очень опытный офицер специальных войск, который впоследствии стал бригадным генералом. Бен-Элизер и его миссия оказывали сингапурцам советническую поддержку, помогали в подготовке кадров, снабжали их оружием. Маленький Сингапур с населением, не превышавшим 2 млн. человек, стал трамплином для распространения альтернативной дипломатии «Моссада» по всей Азии. Первым крупным успехом в этом направлении стала Индонезия с ее 180-миллионным населением, 90 процентов которого исповедовало ислам.

Президент Сукарно, который после второй мировой войны возглавил борьбу с Нидерландами за независимость своей страны, был одним из лидеров антизападного Движения неприсоединения и был твердым противником Израиля. Однако в 1965 году в результате государственного переворота он был отстранен от власти. Его преемник, генерал Сухарто, уничтожил около 300 тыс. коммунистов и стал президентом. Ради консолидации своей власти он был готов на все. Сокрушительное поражение, которое Израиль в ходе Шестидневной войны нанес превосходящим силам арабов, произвело на Сухарто большое впечатление, и он установил контакт с израильтянами. «Моссад» направил в Джакарту группу советников из Сингапура, где состоялась весьма продуктивная дискуссия о путях возможного сотрудничества двух стран.