Чтение онлайн

Даже в далекой Британии Лондиний (Лондон) вырос до размеров большого торгово-ремесленного поселения, насчитывавшего до 45 тыс. жителей.

Во II в. начало появляться много новых городских центров, образовавшихся вокруг постоянных римских военных лагерей на границах (главным образом на рейнско-дунайской). Эти лагеря привлекали местных торговцев и ремесленников, которые селились вокруг них. В этих же поселках часто оседали солдаты, вышедшие в отставку, вместе со своими семьями. Если прилагерный поселок достигал значительных размеров, он продолжал существовать и после того, как лагерь, давший ему жизнь, переводился в другое место. Поселок получал права колонии или муниципия.

Много таких новых городов было оформлено на Рейне и на Дунае императорами из дома Флавиев и Антонинов. Среди них отметим Бонну (Бонн), Могунтиак (Майнц) и Аргенторат (Страсбург) на Рейне, Виндобону (Вена), Аквинк (Будапешт) и Сингидун (Белград) на Дунае.

Города римской империи с точки зрения их политического устройства были отличны от старых греко-римских полисов. Последние являлись городами-государствами, обладавшими полной политической самостоятельностью. Империя принесла с собой окончательное крушение полисной системы и переход к «территориальному государству». Однако, как указывалось выше, это государство было весьма несовершенным, сохранявшим ряд пережитков полисной организации. Одним из таких пережитков являлся муниципальный строй италийских и многих провинциальных городов.

Муниципии состояли из главного города и зависимых от него деревень и местечек. Правами муниципалов пользовались свободные уроженцы данного муниципия (не иностранцы). Муниципалы делились на три сословия: декурионов, августалов и плебса. К первому, соответствовавшему сенаторскому сословию в Риме, принадлежала местная знать: землевладельцы, крупные торговцы, отставные военные и пр. Августалы соответствовали римским всадникам и, как правило, состояли из вольноотпущенников. [474] К плебсу принадлежала остальная масса свободного населения.

Политический строй муниципиев подражал римскому республиканскому устройству. Органами управления были народное собрание (комиции), сенат (курия) и магистраты. Функции народного собрания, состоявшего из всех граждан муниципия, сводились к выборам магистратов, вотированию петиций в сенат и утверждению его декретов. С конца II в. народные собрания исчезли, и их полномочия перешли к сенату.

Муниципальный сенат обычно состоял из 100 человек, избиравшихся из декурионов в возрасте не моложе 25 лет и обладавших цензом не меньше 100 тыс. сестерциев. В более старых городах греческого Востока римляне сохраняли местные традиции; так, например, в советах Александрии и Антиохии было по несколько сот человек. Магистраты, выбиравшиеся ежегодно, состояли из двух высших должностных лиц, соответствовавших римским консулам (duoviri или duumviri), двух эдилов и двух квесторов. Раз в пять лет дуовиры производили перепись (ценз) и составляли список сенаторов. Тогда они принимали титул квинквенналов (duoviri quin quennales) или цензоров.

С конца I в. центральное правительство стало назначать в некоторые муниципии особых должностных лиц, городских кураторов для наблюдения за финансами. В дальнейшем кураторы появились во многих городах. Эта должность стала постоянной, и сфера ее компетенции расширилась. Таким путем правительство начало вмешиваться в местные дела.

Важным элементом городской жизни были коллегии (collegium, sodalicium). Возникнув еще в глубокой древности, они особенного развития достигли при империи. «Коллегиями» назывались местные объединения людей одной и той же профессии или союзы, ставившие перед собой какую-нибудь общую цель. В коллегию должно было входить не меньше 3 человек (tres faciunt collegium). Нам известны самые различные коллегии: купцов, ремесленников, судовладельцев, ветеранов, рыбаков, глашатаев и т. п. Существовали чисто религиозные союзы и коллегии типа клубов. Были похоронные коллегии, или коллегии «маленьких людей» (collegia tenuiorum), ставившие целью устраивать своим членам приличные похороны.

С точки зрения юридической коллегии делились на дозволенные (collegia licita) и недозволенные (illicita). Первые были официально разрешены и со времен империи являлись юридическими лицами, организация вторых преследовалась законом. В некоторые коллегии допускались и рабы с согласия их господ.

Члены союзов должны были делать взносы (единовременные и регулярные) в свою кассу, у коллегий были помещения, где устраивались собрания, они имели свое имущество, выборных должностных лиц, свое знамя, свои праздники и уставы. У каждой коллегии имелся свой бог-покровитель и патрон из числа влиятельных лиц.

Несмотря на то, что многие коллегии носили религиозный или увеселительный характер, что в их жизни огромную роль играли празднества, попойки, похороны, поминки и проч., мы не должны упускать из виду их социально-политической основы. Часто под религиозной оболочкой коллегии скрывалось политическое содержание. Не случайно расцвет коллегий приходится на эпоху империи, уничтожившей открытую политическую жизнь. Мы знаем, какую роль играли коллегии в избирательной борьбе в италийских и провинциальных муниципиях. Коллегии в своих избирательных воззваниях, начертанных на стенах, горячо рекомендовали кандидатов на ту или другую муниципальную должность, расхваливая их честность, щедрость и другие качества, или требуя от них определенных затрат в пользу города. Участие коллегий засвидетельствовано во многих народных движениях эпохи империи.

Не следует также забывать, что коллегии давали форму объединения, полупрофессионального, полубытового, полурелигиозного, людям, у которых не было иных форм связи. Полис распался, политическая жизнь замерла, общество атомизировалось, нивелирующий гнет империи все тяжелее давил на людей. Где же было укрыться «маленькому человеку»? Коллегия заменяла ему и семью, и государство, и политическую партию. В коллегии можно было отдохнуть от тяжести и скуки жизни, развлечься, отвести душу за веселой беседой, хоть изредка попить и поесть вволю. В коллегиях религиозного типа находило выход все растущее чувство неудовлетворенности настоящим, тоски по неведомому, та жажда религиозного, которая с огромной силой вспыхнула в эпоху империи и вызвала широкое распространение восточных культов, в том числе и христианства, скоро превратившегося в мировую религию.

Картина городской жизни империи была бы не полна, если бы мы не остановились на бытовой стороне как высших, так и низших слоев римского общества. Начнем со столицы.

Хотя с установлением империи старая республиканская аристократия в значительной степени потеряла свое политическое влияние, в области быта и нравов картина жизни высшего римского общества в общем мало изменилась по сравнению с временами поздней республики. А если и изменилась, то скорее в худшую сторону. При Августе упадок политической жизни и наступление длительного гражданского мира создали обстановку беспечного прожигания жизни. Мы видели выше, как Август пытался бороться с распущенностью нравов, с падением семейных устоев, с развитием роскоши. Мы видели также, что борьба эта была малоудачной.

Наступление террористического режима при Тиберии изменило эту обстановку. Под ударами императорского террора погибли многие представители старой аристократии. Аграрный кризис в Италии затронул и крупное землевладение. Немало богатых семей впало в долги еще в эпоху Августа и теперь стояло накануне разорения. Высшему обществу было не до развлечений. Мрачный характер Тиберия и простота жизни его двора отнюдь не способствовали росту жизнерадостности среди высших классов.

Время Нерона принесло новые перемены. Хотя террор достиг при нем высшей точки, но двор своей распущенностью, изысканной роскошью, культом зрелищ служил примером для гибнущей старой знати, которая старалась забыться в вихре удовольствий. Это был поистине «пир во время чумы».

С гибелью последнего представителя дома Юлиев — Клавдиев этот трагический карнавал кончился навсегда. Старая аристократия почти целиком исчезла. На смену ей пришла новая знать из италийских и провинциальных муниципиев, более деловая, расчетливая и скромная. Скупой Веспасиан резко изменил весь образ жизни императорского двора, придал ему более скромный характер, который он сохранял и при последующих императорах.

Во II в., в эпоху Адриана, на высшее римское общество вновь стало усиливаться влияние греческой культуры и греческих мод. Так, по греческому обычаю, римляне начали увлекаться путешествиями. Сам император подавал этому пример своими бесконечными поездками по провинциям, в которых административные задачи переплетались с увлечениями туриста. [475] Следуя императору, богатые провинциалы массами стекались в Рим знакомиться с его достопримечательностями, тогда как римляне с путеводителями в руках посещали Грецию, Египет и Малую Азию.