Чтение онлайн

Широкий общественный резонанс получили действия нового первого секретаря Московского горкома Б. Н. Ельцина, который провел настоящую чистку горкома и райкомов столицы от прежних кадров. Ельцин изначально выделялся из горбачевских выдвиженцев своей решительностью. В декабре 1985 г. он выступил с остро критической речью в Ташкенте о ситуации в Узбекистане, ставшим одним из первых полигонов для разоблачений коррупции, расцветшей в брежневскую эру.

На смену, как правило, пожилым, утратившим динамизм руководителям, часто подолгу «сидевшим» на своих местах, приходили люди молодые, энергичные, стремящиеся «развернуться». Это отражало давно назревшую общественную потребность уйти от «геронтократического» правления. Со временем, однако, темпы и масштабы перемен начали вызывать настороженность. Их стали называть «кадровой чисткой», сопоставимой со сталинской «кадровой революцией». При очень быстрой смене кадров нарушается преемственность в работе, дестабилизируется система управления.

Благотворное воздействие на атмосферу первых лет горбачевского правления оказало расширение информированности общества. Этот процесс разворачивался постепенно, шел по нарастающей, ни у кого не вызывая протеста. Люди стали больше узнавать об экономических и социальных проблемах, замалчиваемых ранее страницах прошлого.

Определенные итоги первого «послеапрельского» года были подведены в материалах XXVII съезда КПСС (конец февраля 1986 г.). В принятых им новой редакции Программы КПСС и директивах на двенадцатую пятилетку был отчетливо обозначен курс на ускорение социально-экономического развития советского общества.

Поиск путей совершенствования экономики.В 1985–1987 гг. назревшие в стране хозяйственные проблемы пытались решать преимущественно административными методами, вопрос о создании экономических механизмов реализации поставленных задач звучал в самой общей форме.

Чрезвычайно показательным для первого этапа реформ является антиалкогольная кампания — первое крупное комплексное мероприятие новых лидеров, последовательно осуществлявшееся в 1985–1987 гг. Кампания имела большой политический смысл. Речь шла не только о хронической, но и о постоянно прогрессировавшей социальной болезни. «Пьяные» деньги давно и активно использовались бюджетом, а предпринимавшиеся ранее попытки «борьбы против пьянства и алкоголизма» фактически носили лицемерный характер: государству катастрофически не хватало средств, и отказываться от надежных источников финансовых поступлений оно не решалось. Упор на «пьяные» деньги, паразитирование на теневых чертах человеческой натуры были результатом неспособности добиваться бюджетного успеха более «квалифицированным» путем.

Начатая в мае 1985 г. борьба против пьянства и алкоголизма свидетельствовала о серьезности намерений нового руководства взяться за решение сложнейшей проблемы. В целом она была встречена доброжелательно, хотя многие сомневались в возможности ее успешного завершения. Кампания велась преимущественно административными методами. Некоторые члены нового руководства изначально предупреждали о ее бессмысленности, указывая прежде всего на риск недополучения денег в бюджет. Однако победила позиция сторонников более широкого взгляда на проблему, которые помимо политических приводили также экономические доводы. По их расчетам, сокращение потерь от пьянства на производстве (а они оценивались в 80- 100 млн руб. ежегодно) вместе с постепенным свертыванием выпуска спиртного должны были если не свести на нет, то по крайней мере минимизировать неизбежные поначалу бюджетные потери.

Проведенные мероприятия имели определенный положительный эффект: сократился травматизм, снизилась смертность людей, потери рабочего времени, хулиганство, разводы по причинам пьянства и алкоголизма. Но, как писал позже Горбачев, «негативные последствия антиалкогольной кампании намного превзошли ее плюсы». К числу издержек кампании относят: спешное закрытие магазинов, винно-водочных заводов; вырубку виноградников; свертывание производства сухих вин; сокращение выпуска пива; массовое развитие самогоноварения, повлекшее исчезновение сахара. Нехватка сахара потянула за собой резкое сокращение ассортимента кондитерских изделий; с прилавков стали исчезать недорогие одеколоны, употреблявшиеся вместо водки, а использование других ее «заменителей» привело к росту заболеваний, озлобленности значительных масс населения. По данным Горбачева, в результате массированной антиалкогольной кампании бюджет недополучил 37 млрд руб. Современники приводили и большие цифры: 67 (Н. И. Рыжков) и 200 млрд (В. С. Павлов). Уже в 1989 г. доходы от торговли спиртным вновь пошли вверх и достигли 54 млрд руб., на 1 млрд превысив уровень 1984 г. Тревожная информация о «перегибах» по разным каналам доходила до руководства, но «наверху» не считали необходимым корректировать курс. «Уж очень велико было наше стремление побороть эту страшную беду», — писал позже Горбачев. Стремление «быстрее побороть беду» определяло характер многих решений, принятых в сферах экономической и социальной политики в 1985–1986 гг.

Курс на ускоренное внедрение достижений научно-технического прогресса нашел отражение в создании ряда структур. Было создано Бюро Совмина СССР по машиностроению, образован Государственный комитет по вычислительной технике и информатике, принято решение о создании межотраслевых научно-технических комплексов, организовано Главное управление по созданию и использованию космической техники для народного хозяйства и научных исследований. Административный ресурс управления активно использовался и в других сферах. Стремлением ликвидировать бюрократизм и ведомственность было продиктовано создание 22 ноября 1985 г. Госагропрома — структуры, поглотившей пять министерств и один госкомитет, отвечавших за производство сельхозпродукции, ее хранение и переработку. Неповоротливость и неэффективность нового управленческого гиганта постепенно становилась очевидной (он был ликвидирован в 1987 г.). Однако в 1985 г. идея единого управления всей сферой агропромышленного производства была новаторской и выглядела перспективной.

Повысить эффективность использования новой техники были призваны решения о проведении аттестации рабочих мест и о переводе предприятий, обладавших высокопроизводительным современным оборудованием, на трехсменную работу. Улучшения качества производимых изделий предполагалось добиться через использование оправдавшего себя в отраслях оборонной промышленности опыта государственной приемки продукции. Майским решением 1986 г. она вводилась с января 1987 г. С идеей наведения порядка было связано и принятие постановления Совета министров СССР «О мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами» от 15 мая 1986 г. Стремление более активно использовать не административные, а экономические стимулы наметилось лишь в середине — второй половине 1986 г.

«Революция ожиданий».1985–1986 гг. связаны с попыткой проведения активной социальной политики — государство широко формулировало задачи в области образования и здравоохранения, социального обеспечения и заработной платы, в сфере жилищного строительства.

Уже 14 мая 1985 г. были приняты постановления о первоочередных мерах по улучшению материального благосостояния малообеспеченных пенсионеров и семей, усилению заботы об одиноких престарелых гражданах, а также распространении льгот участников Великой Отечественной войны на ленинградцев, работавших в городе в период блокады. Через неделю, 22 мая, был принят документ, предусматривавший улучшение пенсионного обеспечения рабочих, служащих, членов колхозов и их семей. В январе 1986 г. были повышены пособия на детей военнослужащих и выплаты вдовам, а также пособия для одиноких матерей. Тогда же вводились надбавки к зарплате работникам ряда регионов. В мае 1986 г. были повышены пенсии пенсионерам, постоянно проживающим в сельской местности, а в сентябре введены дополнительные льготы участникам Великой Отечественной войны и семьям погибших военнослужащих.

Намечалось осуществить ряд мер по повышению заработной платы. В мае 1985 г. было принято постановление по совершенствованию оплаты труда научных работников, конструкторов и технологов промышленности, а в июле — о повышении материальной заинтересованности некоторым категориям работников аграрной сферы. Решением от 12 декабря 1985 г. улучшалось материальное стимулирование мастеров, начальников цехов и участков предприятий. И наконец, постановление от 17 октября 1986 г. предусматривало введение новых тарифных ставок и окладов, а также снятие ограничений на фонд заработной платы в производственных отраслях.

Предполагались радикальные изменения в деле строительства школ, детских садов, больниц и поликлиник. Специальное постановление касалось поощрения садоводства и огородничества. Комплексная программа развития производства товаров народного потребления и услуг на 1986–2000 гг. обещала прорыв на этом направлении. Пожалуй, наиболее грандиозной была программа «Жилье-2000», которая предусматривала решение одной из наиболее болезненных социальных проблем в СССР. Согласно документу каждая семья к 2000 г. должна была иметь квартиру или жить в собственном доме.

Все эти и другие решения по социальной сфере породили «революцию ожиданий», связанную с надеждой на быстрое решение накопившихся проблем. Первоначально казалось, что для этого будет достаточно политической воли нового руководства. «Революция ожиданий» сыграла злую шутку с инициаторами апрельского курса. К 1989–1990 гг. оказалось, что большую часть обещаний выполнить не удалось.

Решение задач по техническому перевооружению экономики и реализации социальных программ требовало больших ассигнований. Между тем ресурсы государства значительно сократились в связи с неблагоприятной международной конъюнктурой. В 1985 г. резко упали цены на нефть, и союзный бюджет лишился многомиллиардных долларовых поступлений, которые в 70-х — начале 80-х гг. во многом компенсировали недостатки прежней советской экономической системы, позволяя закупать за рубежом недостающие стране продукты питания, изделия легкой промышленности и высокотехнологичное оборудование. Взятый в 1985 г. курс на ускоренное развитие машиностроения повлек увеличение технических приобретений за рубежом, сокращая возможности трат на социальные нужды. Позднее, в 90-е гг., инициаторы реформ признали ошибкой начало реформирования экономики со сферы тяжелой индустрии. Концентрация внимания на сельском хозяйстве и легкой промышленности позволила бы сохранять социальную стабильность и устойчивую политическую поддержку намечаемым крупномасштабным переменам.