Чтение онлайн

Перед помещиками были открыты два пути развития:

постепенное вовлечение в предпринимательство, интенсификация производства в своих хозяйствах, слияние с буржуазными слоями, содействие либерализации режима (вариант, характерный для Великобритании);

сохранение сложившихся социальных структур, допускающее развитие новых отношений только в той степени, в какой оно возможно в их рамках (вариант, типичный для Восточной Европы).

В кругах российской аристократии были сторонники обоих путей, но в руководстве страны преобладали консерваторы, в число которых входил и Николай II.

Высокое положение дворянских семей в социальной иерархии сохранялось благодаря государственной службе. Основная масса дворян-чиновников хотя и не выступала с открытой критикой самодержавия, уже перестала быть его надежной опорой, часть дворянства увлекалась либеральными и даже более радикальными идеями.

Буржуазия формировалась из разных сословных источников: сначала в основном из рядов дворянства и купечества, затем все большую роль стали играть выходцы из мещанства и крестьянства, с учетом того что принадлежность к купеческому и дворянскому сословиям для занятия бизнесом с 90-х гг. стала необязательной. Характер российской экономики предопределял тесную связь буржуазии с чиновничеством и иностранным капиталом.

Новым социальным слоем XIX в., порожденным модернизацией, была интеллигенция. Индустриальное общество требовало большого числа образованных кадров. К концу XIX в. численность интеллигенции была незначительной – приблизительно 800 тыс. человек (с семьями – 2,2 % населения страны). Однако данный слой уже во времена разночинцев стал основной социальной базой элементов гражданского общества и общественного мнения страны. Это определяло его значение даже в большей степени, чем участие в технической модернизации страны.

Авторитарная политическая структура сужала возможности для самореализации образованного человека, что питало оппозиционные настроения. Также интеллигенция все более критично относилась к существующей социально-политической системе из-за ее тесной связи с церковью. Распространение рационального знания способствовало секуляризации сознания, его выходу из-под влияния традиционных, прежде всего православных, представлений.

Россия была многонациональной и разноконфессиональной страной. При населении империи 128,2 млн человек русские составляли 43 %. Многие народы находились в неравноправном положении. Однако это положение определялось не столько национальным происхождением человека, сколько его вероисповеданием. Опорой самодержавия считалось православное население, в меньшей степени – мусульманское, но не иудейское и католическое. Таким образом, социальные противоречия переплетались в России с национальными и даже цивилизационными конфликтами.

Модернизация обостряла их одновременно. С одной стороны, она способствовала политике национальной унификации (в данном случае – русификации), связанной с построением единого рынка, и в то же время – пробуждению национального сознания на периферии империи. С другой стороны, модернизация формировала социальные слои, само наличие которых подрывало существующие порядки. Прежде всего это относится к рабочему классу.

К 1861 г. вольнонаемные рабочие составляли 87 % от общего числа промышленных рабочих. Численность промышленного рабочего класса в начале 60-х гг. сложилась на уровне 700 тыс. человек. В начале XX в. общая численность рабочего класса была около 12 млн человек, из которых более 4 млн составляли сельские батраки (всего – 17,5 % населения). При этом значительное число рабочих не теряло связей с деревней, многие крестьяне занимались отходничеством, часть времени работая на селе, а часть – в промышленности. Из-за притока крестьян на городской рынок труда качество рабочей силы оставалось низким, а предприниматель мог диктовать рабочим свои условия труда – ведь он всегда мог нанять других людей из числа безработных.

В 1901 г. промышленный рабочий получал в среднем 197 руб. в год, в 1910 г. – 233 руб. При этом прожиточный минимум для рабочего в Петербурге составлял 242 руб. при условии, что он жил без семьи.

Условия труда рабочих были очень тяжелыми: рабочий день составлял 12–14 часов, жили, как правило, в казармах. Широко применялся труд детей, которым платили меньше, а работать заставляли почти как взрослых. Труд работника был прежде всего ручным и физически тяжелым, техника безопасности не соблюдалась, рабочие гибли и получали увечья в авариях, часто – по вине плохой организации труда предпринимателями.

Рабочие были готовы трудиться в таких условиях, потому что жизнь в деревне была не легче. Миллионы людей стремились покинуть свои села и переехать от нужды в города. Большинство из них долго не могли устроиться на работу, пополняя армию безработных.

В этих условиях стало формироваться рабочее движение. В 1870 г. произошло 326 стачек, в том числе получившая широкую известность стачка на Невской бумагопрядильне в 1870 г. В 1872 г. крупная стачка произошла на Кексгольмской мануфактуре. Благодаря активности народников возникли первые рабочие организации: в 1875 г. в Одессе под руководством Е. О. Заславского был создан «Южнороссийский союз русских рабочих»; 1878 г. в Петербурге начал деятельность «Северный союз русских рабочих», возглавляемый С. Н. Халтуриным. Однако вскоре они были разгромлены.

В 1885 г. произошла Морозовская стачка рабочих текстильной фабрики С. Т. Морозова в г. Орехово-Зуево. В ней участвовали 8 тыс. человек. Возмущенные произволом предпринимателя (вычеты из зарплаты по любому поводу, штрафы даже за громкий разговор в казарме, в довершение всего – принуждение работать в Рождество), рабочие разгромили квартиры директора, некоторых мастеров и продовольственную лавку. Произошла схватка с воинским караулом. Руководители стачки были арестованы, но оправданы судом.

Вспышки недовольства рабочих заставляли правительство реагировать и репрессиями (стачки были запрещены), и развитием фабричного законодательства. В 1882 г. была введена должность государственного фабричного инспектора для контроля за отношениями рабочих и предпринимателей. В том же году издан закон, запрещавший труд детей до 12 лет и ограничивавший дневную работу подростков 8-часовым рабочим днем. В 1885 г. была запрещена ночная работа подростков и женщин в текстильной промышленности. Закон 1886 г. требовал обязательного заключения договора между работником и предпринимателем с перечислением условий труда и оплаты, регулировал штрафы, устанавливал наказание за участие в стачках до восьми месяцев тюрьмы. В 1897 г. после крупных стачек в столице в 1896 г. была впервые ограничена продолжительность рабочего дня (11,5 часа). Все эти законодательные акты распространялись только на часть рабочих и включали положения, которые позволяли фабрикантам обходить закон.

В условиях кризиса и без того невыносимое положение рабочих ухудшилось. Предприниматели пользовались любой возможностью, чтобы сэкономить на рабочих, урезать их заработки и удлинить рабочий день. Рабочие бастовали. Поскольку забастовки были запрещены, капиталисты вызывали полицию. Безвыходность положения толкала пролетариат на борьбу. 1 мая 1900 г. в ряде городов прошли политические демонстрации. 7 мая 1901 г. 3,5 тыс. рабочих Обуховского завода в Санкт-Петербурге несколько часов отбивали камнями атаки конной полиции. В 1902 г. в забастовке в Ростове-на-Дону приняли участие 30 тыс. человек. В 1903 г. стачки и столкновения с полицией и войсками охватили десятки городов юга России, включая Киев и Баку.

Консерватизм, отсутствие гибкости социально-политической системы вели к росту напряженности в обществе. Впервые с 60-х гг. возникли массовые социальные движения, охватывавшие сразу несколько регионов. В 1899 г. в ответ на новые бюрократические ограничения своей жизни студенты вышли на улицы столицы. Произошли столкновения с полицией. Последовали аресты, десятки студентов были исключены из университетов, призваны в армию. Наказывать студентов по политическим мотивам было небезопасно – в 1901 г. дважды изгнанный студент убил министра просвещения. Волнения продолжались два года. Теперь активная часть общества, и прежде всего интеллигенция, сочувствовала бунтующей молодежи.