Чтение онлайн

Городень. Морозов. Той же зимой месяца марта в 19 день, в день воскресный, князь Александр Иванович тверской снова заложил Городень и собрал людей множество, и тверичей, и кашинцев, и срублен был вскоре. Той же весною вышел из Орды князь Иван Михайлович тверской, отпущен от хана Керим-Бердея Большой орды с честию и с пожалованием и пришел во Тверь во свое отечество на княжение Тверское месяца апреля в 9 день ранним утром. Епископ же тверской Антоний и весь священнический чин встретили его с крестами с честию и со многою радостию. В тот же год в Новгороде Великом поставили Церковь каменную святого Николы в Порхове при князе Юрие. В тот же год владыка Иоанн новгородский с воеводами новгородскими поставил церковь каменную, собор святого архангела Гавриила, на Хревковой улице, и освящал ее владыка сам на праздник ее. В тот же год в Новгороде Иван Морозов поставил церковь каменную Зачатия святого Иоанна Предтечи. [В тот же год от Можайска 15 верст в вотчине князя Андрея Дмитриевича, внука Иванова, правнука Иванова ж, праправнука Даниила московского, явилось знамение. Некий человек, именем Лука, из простых людей, ратников убогих, последний в нищете, на неком древе в неком месте нашел икону пречистой Богородицы, держащую на руке младенца, Господа нашего Иисуса Христа, с одной стороны иконы той на затворке Николай чудотворец, а с другой Илья пророк; и, взяв, целовал с верою многою, и поставил ее у нивы своей на месте простом, на дереве. И пришел иной некий человек, и взял ее у него. Лука ж умолив его, дал ему хлеб овеянный, и взял к себе снова икону, и пошел с нею в дом свой. И был в дому его расслабленный человек, лежавший много лет. Лука ж показал ему икону и как нашел ее поведал ему все. Человек же он расслабленный удивился и молил Луку, да принесет к нему икону ту. Лука ж принес к нему, расслабленный же приложил чело, очи и устье ко святой иконе Божией матери и в тот час встал весь здрав, словно никогда не болел. И сие слышано было от всех там живущих, и стеклись многие, и приносили болящих и недужных, и все здравые становились. И начали приходить отовсюду людей множество, приносили недужных и расслабленных, и исцелялись, и чудеса многие бесчисленные бывали; и начали Луку чтить все люди, как пророка или апостола его имели в великой чести и славе. Лука ж пошел с иконою из Колочи ко граду Можайску; и как приблизился ко граду, и вышел для встречи его князь Андрей Дмитриевич с боярами своими и весь град от великих и до малых, даже и до сосущих молоко. И были знамения и чудеса многие от иконы Божией матери. А затем оттуда пошел Лука с иконою к Москве, и встретили его с крестами митрополит с епископами и со всем священным собором, а также и князи, и княгини, и с детьми своими, и бояре, и воеводы, и все вельможи, и все православного христианства множество. И было чудес бесчисленно много: слепые прозревали, хромые ходили, расслабленные восставали, немые говорили, глухие слышали, и во всяком недуге бывшие здоровыми становились; и что много говорить, сколько не может ум человечий изречь беспрестанно тогда бывавших тьмы тьмами бесчисленных несказанных чудес. И ходил Лука от града во град с иконою Божией матери, и везде чудеса бесчисленные несказанные бывали от иконы Божией матери, и все давали Луке, князи, и бояре, и все православные христиане, имения много в милостыню, и в честь, и в дары, и чествовали Луку, как апостола. Лука ж был вовсе простой человек, от последних поселян, но добродетель законную имел в себе, и возвратился снова в первое место свое, в Колочу, с чудотворною иконою, и богатство многое и бесчисленное собрал. И поставил двор себе, как некий князь, храмы светлые и великие, и слуг много собрал, предстоящих и проходящих пред ним отроков много имел во утварях украшенных, и трапеза его много кушаний имела обильных и дорогих, и напитков благовонных много; и ели и упивались с бывшими там его служащими, и на ловы ездил с ястребами, и с соколами, и кречетами, и псов множество имел, и медведей имел и сими утешался. От иконы ж Божией матери многие чудеса бывали, которую Лука поставил в церкви, которую сам создал, там где ныне монастырь стоит Колочский, и приходящие отовсюду болящие всякими недугами исцелялись. Сделался же Лука напрасен и бесстыден: когда же ловцы князя Андрея Дмитриевича с ястребами или с соколами повелением князя Андрея Дмитриевича на лов выезжали, он же сокольников бил и грабил и ястребов и соколов себе взимал; и сие не единожды, но многократно и всегда бывало. Князь Андрей же Дмитриевич терпел все сие; иногда ж и посылал к нему, он же к нему жестоко и сурово отвечал, князь Андрей же Дмитриевич со смирением и терпением умолчал. Затем начал и ловчих князя Андрея бить и грабить, и медведей и с ларями взимал к себе, и с ними веселился и утешался. После сего же некий жесток был ловчий у князя Андрея Дмитриевича, и выгадал время, и уловил медведя, что весьма зол и лют был, и повелел его вести близ двора Луки. Лука ж увидел медведя и вышел сам из хором своих со служащими его к медведю, и повелел ловчему князя Андрея у себя пустить его на дворе. Ловчий же князя Андрея лукавство сотворил над Лукою и в тот час пустил медведя, когда Лука еще не отошел. И пришел медведь на Луку, и едва отняли Луку от медведя, едва дыхание в ноздрях имел. И в тот час прибежал к Луке князь Андрей Дмитриевич, и видел Луку на последнем издыхании, и сказал к нему: «Почему ты бесовское позорище и плясание возлюбил и пьянству предался? Так тебя Бог прославил своей матери Богородицы образом чудотворным, ты ж сие ни во что ж положил, к не полезному мирскому житию сошел ты». Он же плакал, и слезы источал, и молился ему полезное устроить по его словам. Князь Андрей же Дмитриевич многим его и бесчисленным имением на том месте монастырь поставил во имя пречистой Богородицы, называемый Колочский, и чудотворную икону Божией матери в нем поставил, и чудеса сотворялись и до сего дня с верою приходящим. Лука ж в нем и постригся, и прожил несколько лет во умилении и во слезах, до тех пор, пока не преставился ко Господу.] В тот же год погорел град Тверь весь.

1414. В год 6922 (1414) месяца сентября в 3 день было знамение на небе.

На митрополита жалобы. Обвинение литовское. Собор в Литве. Епископы литовские. Епископов принуждение. Епископы отрекаются. Принуждены. Просьба епископов. Фотий ограблен от литвы. В ту же осень восстали неблагие люди на Фотия, митрополита киевского и всея Руси, и сотворили на него клеветы к великому князю Василию Дмитриевичу, возлагали на него, что ищет власти над князями более, нежели по достоинству будет ему, собирает дани великие и волости многие, чего не повелось и не бывало, вымучивая у людей налогами и клятвами. Много же клевет нанесли и Фотию митрополиту на великого князя, и ссорили, и сотворили нелюбовь. Затем после сего и в Литве наветы многие сотворили на Фотия митрополита к Витовту, великому князю литовскому, говоря: «От начала митрополиты всея Руси престол имели Киев и в нем сидели на престоле митрополитском всея Руси, ныне ж Киев ни во что же положили и все из него переносят в Москву. И вот ныне Фотий митрополит все драгоценно украшенное церковное и сосуды переносит в Москву и весь Киев и всю землю пустой сделал тяжкими пошлинами и данями великими и неудобоносимыми». И князь великий литовский Витовт, подущаемый латинниками, весьма рад сему обвинению был. Желая упразднить веру благочестивую, собрал епископов области своей, Исакия черниговского, Феодосия полоцкого, Дионисия луцкого, Герасима владимирского, Ивана галицкого, Севастьяна смоленского. Харитона холмского, Павла червенского, Евфимия туровского, и сказал к ним: «Слышали ли, что сотворил Фотий митрополит? Соборную церковь киевскую, престол митрополитский изначальный, что всея Руси глава, и слава, и честь, истощил и пограбил и уносит все на Москву. И вот подобает вам, избрав, поставить митрополита в Киеве, да соблюдает все по старине, и престол митрополитский Киевский начальный не рушится, и мы о сем без смущения и без печали будем». Епископы же о сем недоумевали, что сказать. Витовт же повелел им жалобу написать к себе на Фотия. «Что слышали от меня, сказал, что грабит и истощает великую соборную митропольскую киевскую церковь, главу всея Руси». Епископы же не хотели сего сотворить на отца своего и на господина Фотия митрополита, Витовт же со властию приказал им; они ж, иное желая, написали, так говоря: «Много же скорби и смущения слышим о великой церкви киевской, поскольку видим ныне вовсе запустеваемой и презираемой от Фотия, митрополита московского, и паству Христову без надзора и в погибели. И того ради во многой скорби были и печали, как овцы, словами только, а не делом, имея пастыря и учителя. Ибо не хочет даже видеть великую соборную митропольскую церковь, матерь и главу всея Руси, данные ему от Бога и от патриарха по священным правилам, ни же снова не хочет править людьми Божиими, как по достоинству будет и как подобает митрополиту, но скорее только приходы и прибытки церковные собирает и всякое драгоценно украшенное, старое устроение, и вещи дорогие, и всю честь великой киевской церкви на иное место переносит, куда ушел и где живет, то есть во называемый там град Москву. И вот ныне окончательно киевской церкви престол митрополитский запустел, и потому нам скорбь и печаль великая о великой соборной церкви киевской и о людях Божиих. Просим же тебя, великий князь Витовт, потрудись Господа ради дать нам руку помощи». Витовт же, видев сие, возрадовался весьма, получив свое желаемое, и повелел киевскую церковь досмотреть и переписать в ней все, также и грады, и волости, и села митропольские повелел переписать. И пришла весть к Фотию митрополиту из Киева на Москву, что клеветы многие сотворили на него лукавые люди, которые бежали от Фотия с Москвы, свои его бывшие там, к черниговскому владыке, а оттуда в Литву к Витовту. И так ссорили его с Витовтом, и брань великую воздвигли, и святой Божией церкви смущение и мятеж великий был. Фотий же митрополит тогда восхотел идти в Цареград; но уведал, что Витовт хочет на престол митрополитский в Киев поставить другого митрополита, и восхотел идти прежде в Киев, и уведать истину, и примириться с Витовтом, если возможно; если же нет, то пойдет в Цареград к патриарху, чтоб возбранил Витовту патриарх другого митрополита поставить в Киев. И так пошел с Москвы в Киев. И когда дошел до Литвы, взял его Витовт, и не дал ему пути идти в Цареград к патриарху, но ограбил его и возвратил к Москве; а грады митропольской киевской церкви великой соборной, и волости, и села раздал епископам своим, а наместников Фотиевых, ограбив, отослал на Москву. В тот же год погорел град Москва. И на Савву Авраамиева, который из оных клеветников, что клеветали на Фотия митрополита, огонь, как облако, сошел от горницы Фотиевой и поглотил его живым. В тот же год июня в 7 день тьма была в пяток перед обеднею; было же сие немного, только один час или чуть больше; видно ж было тогда звезды все, как и в ночи. Тогда ж некто гость с торгом пришел из Литвы и припал к Фотию митрополиту, говоря: «Прости меня, святитель Христов, когда мало прежде сих дней погорел град Москва и мое богатство много сгорело, и я скорбен стал весьма и в печали многой был; и снова ныне тьма была, и пришел на меня страх и трепет, и все внутри меня содрогнулось, и все узы мои злыми сотворились. И вот видишь меня ныне в великой беде, я разумел, что согрешил к тебе: ибо был в Литве с клеветниками, которые на тебя клеветали, злословили тебя, и пришел вот на Москву, и снова злословил тебя здесь; согрешил же ко Господу и к тебе, прости меня, святитель Христов». Фотий же удивился о бывшем с ним, и простил его и благословил, и повелел ему ко Христу Богу о грехах своих с чистою мыслию и смиренным сердцем молиться, и поститься, и милостыню творить. Человек же сотворил сие все, и так здрав был благодатию Христовою. Было же имя ему Фома Лазарев.

Избрание митрополита. Григорий Цамблак. Послан в Цареград. Патриарх отказал. В тот же год Витовт Кестутьевич собрал епископов области своей и сказал им: «Изберите, кого хотите, митрополитом на Киев, да идет в Цареград к патриарху, да поставлен будет на Киев». И избрали Григория Цамблака, родом болгарина. Иные ж епископы не восхотели, говоря: «Лучше будет примириться с Фотием». Витовт же властью запретил им, они ж умолчали. И послал Витовт в Цареград к патриарху жалобы многие на Фотия митрополита, послал также Григория Цамблака, чтобы поставил его в митрополиты: «Ибо иначе, сказал, невозможно избавиться от Фотиева насилия, если на Киеве не будет поставлен митрополит другой». Послал же грамоты и ко царю. Царь же с патриархом сие слышали и не восхотели сего. Витовт же повелел епископам своим вины писать на Фотия митрополита и послать в Константиноград ко царю и к патриарху, и чтоб поставили им Григория Цамблака в митрополиты на Киев. Царь же и патриарх не восхотели сего.

Мир новгородцев с Витовтом. Война литвы с немцами. В тот же год новгородцы посылали к Витовту Юрия Анцифоровича бить челом о мире. И пожаловал их Витовт, отдал им нелюбовь и сотворил с ними мир по старине; а к немцам не сложили целования, и Витовт к немцам мира не сотворил. В тот же год Витовт немцев воевал и много зла сотворил земле их. В тот же год в Новгороде Великом погорел монастырь на Деревяницах, и церковь каменная пречистой Богородицы огорела, и 3 человека в ней сгорело.

Засуха. В тот же год болезнь была христианам тяжкая очень, костолом, по всей земле Русской. В тот же год в Новгороде погорел Неревский конец от святого Владимира и до Згеня, церквей каменных огорело восемь, а деревянных пять сгорело. В тот же год была засуха великая и громы великие и страшные весьма.

6923 (1415). Татары на Рязань. Елец взят. В сентябре пришли татары многие, и воевали по Задонью по реке волости Рязанские, и много зла сотворили, и град Елец взяли, и елецкого князя убили, а иные в Рязань убежали. И много воевав, татары возвратились со многим полоном и богатством восвояси. В ту же осень погорел град Москва. В ту же осень в Новгороде завершили церковь каменную святой мученицы Евфимии в Плотническом конце.

В ту же осень Иоанн, архиепископ новгородский, постригся в схиму великого ангельского образа месяца ноября в 15 день, а января в 20 день и со двора сошел епископского, сидев на епископском престоле новгородского владычества 30 лет без трех.

Кн. Ярослав в Литву. Родился Василий IV. Затмение солнца. Той же зимой князь Ярослав Владимирович, внук Андреев, правнук Иванов, праправнук Иванов же, праправнук Даниила московского, отъехал в Литву. Той же зимой в Великое говенье преставился новгородский посадник Кирилл Дмитриевич. В ту же весну в Великое говенье месяца марта в 10 день по нефимоне родился великому князю Василию Дмитриевичу сын Василий. Так же было рождение его. Когда пришел день тот, в который родиться ему, начала мать его весьма изнемогать, как и к смерти приближаться ей. Великий же князь Василий о сем в скорби великой был. Был же в то время некий старец святой в монастыре святого Иоанна Предтечи под бором за рекою Москвою, известен же был и великому князю Василию Дмитриевичу, к нему ж послал князь великий, да помолится о княгине его. Он же отвечал посланному к нему, сказал так. «Иди, скажи великому князю, да помолится Господу Богу и пречистой его матери Богородице, великому мученику Лонгину Сотнику, поскольку тот дан был помощником от Бога всему роду вашему обо всех, которых требуете благах; о княгине своей не скорби, здрава будет, родит тебе сына в вечер сей, наследника тебе». Что и было. Когда же родился, в тот час священник, духовник великого князя, сидел в келье своей в монастыре Преображения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и пришел некто, ударил во двери кельи его и сказал: «Иди, нареки имя великому князю Василию». Он же, вскоре встав, взял на то потребное и ушел из кельи своей. Не увидел же никого посланного за ним, и удивился сему, как быстро отошел от него звавший его, пошел на двор князя. И встретил его посланный за ним, говоря, да идет и наречет имя рожденному сыну великого князя Василия Дмитриевича. Священник же вопросил его, есть ли он тот, что прежде приходил за ним. И сказал: «Не я». И придя, нарек имя отроку Василий, как прежде слышал. И потом много всех пытал, кого прежде послали за ним или кто есть приходивший и звавший его. И никого ж не нашел нигде. Священник же дивился о сем и поведал сие великому князю и великой княгине, и многим сие поведал и удивил всех. В ту же весну на Святой неделе в Новгороде вода шла назад в Волхове. В ту же весну Москва и Смоленск погорели. Июня в 7 день было знамение в солнце: мрак зеленый, а также был помалу мрак, как кровь, и друг друга люди не видели, как в крови стояли все. В тот же год в Новгороде преставился посадник Феодосий в монашеском чину. В тот же год в Новгороде поставили церковь каменную пресвятой Троицы в монастыре на Видогощи.

Избрание епископа новгородского. Еп. Самсон новгородский. В тот же год новгородцы вздумали вечем на Ярославовом дворе и пришли со всем вечем к церкви святой Софии, положили три жребия на престоле, написав имена каждого из трех: первое Самсона, инока от святого Спаса с Хутыни, второе на Михаила, игумена от святого Михаила Сковородки, третье на Льва, игумена пречистой Богородицы с Колмова. И пал жребий на Самсона, и возвели его новгородцы честно на двор архиепископов месяца августа в 11 день в воскресенье, на память святого мученика Евпла дьякона. В тот же месяц август в Новгороде освящена была церковь святого Воскресения Христова на Красной горе у Плотнического конца и монастырь устроили общий. В месяце сентябре завершили в Новгороде две церкви каменные, святого Воздвижения и святого Луки в Людиновом конце.

1416. Раздел митрополии. Витовт велит митрополита поставить. Епископы отказали. Повеление Витовта. Прение. Право государя над епископами. Утверждение митрополии киевской. Вины Фотия. Новгородок. Витовтово объявление. Пример древней русских. Болгары. Сербы. Снова епископы. В год 6924 (1416) разделилась митрополия русская надвое, как сказано. В предыдущее лето прогневался князь великий литовский Витовт, на преосвященного Фотия митрополита вознегодовав, повелел избрать Григория и послал в Цареград. Он же возвратился не поставленным, так как патриарх не хотел разделить епархию церкви русской. И тогда Витовт, князь великий литовский, собрал всех области своей православных епископов, Герасима владимирского, Севастьяна смоленского, Исакия черниговского, Феодосия полоцкого, Дионисия луцкого, Иоанна галицкого, Харитона холмского, Павла черниговского, Евфимия туровского, и сказал к ним: «Поставите мне в митрополиты на Киев Григория Цамблака». Они же не хотели сего сотворить, боясь Бога и завещанных священных божественных правил, все на соборе говорили к Витовту: «Боимся Бога и священных его правил завещанных повеление твое сотворить». Он же сказал к ним: «Что сказано в завещанном, изъявите мне». Они ж сказали: «Писано во священных правилах в 1 грани, в 20 главе, и в Халкидоне собора в 12 главе, что не подобает быть во одной области двум митрополитам». Витовт же сказал к ним: «Ведаете же все, что Киев и вся страна Киевская в моей области есть, а Фотий есть митрополит в Белой Руси, и так двум областям по достоинству будет иметь двух митрополитов». Ибо так советовали ему латинские попы, надеясь удобнее всеми ими обладать и с собою соединить. Епископы же сказали к нему: «Хотя ныне разделились, но прежде была область одна». Он же сказал к ним: «Ныне моя область есть, и вы ныне в моей области поставите митрополита на Киев». Епископы же сказали к нему: «Если ты ныне и принял недавно Киевскую область, и сия твоя есть, но земская власть, а не церковная святительская; ибо одно есть власть святительская церковная, а другое есть власть царская земная; и ты своими земскими вещами управляешь как царь, епископ же своими святительскими вещами управляет как святитель. И во всей области Русской один митрополит есть, и хотя ныне из-за нашествия татарского на Москве пребывает, но киевский есть, и один во своей области, и киевским именуется и славится. И тебе нет от сего никакой укоризны, ни убытков, но более похвала и приобретение, так как древние обычаи и законы соблюдаешь». Он же говорил им: «Если не поставите мне митрополита в моей земле на Киеве, то я имею власть ваши все волости взять и доходы от земли, так как сие копьем достал. Епископы ж не имеют власти никакой на мне, но я по слову Господню имею власть над епископами настолько, что все чинно и по правилам устраивают». Епископы ж вышесказанные всем собором и неволею поставили Григория Цамблака болгарина митрополитом на Киев месяца ноября в 15 день. И повелел им Витовт написать оправдательную грамоту. Они ж от Витовта принуждены были и сели с Григорием, митрополитом своим, которого сами поставили, написали оправдательное слово так: «Всякое даяние благо и всяк дар совершен свыше сходящий от отца свет дающего и достигает нас смиренных, которого и мы держались. И ныне тем даром утешение приняли издавна бывшей великой скорби матери нашей церкви русской митрополии, и ныне утешимся таковым образом, последовав вещем смиренные епископы русских стран, православные возлюбленники и другие и братия по духу святому: смиренный архиепископ Феодосий полоцкий митрополии киевской, смиренный епископ Исакий черниговский, смиренный епископ Дионисий луцкий, смиренный епископ Герасим владимирский, смиренный епископ Севастьян смоленский, смиренный епископ Харитон холмский, смиренный епископ Евфимий туровский, поскольку видели стоящую в запустении и презираемую от митрополита Фотия церковь киевскую, что есть глава всея Руси, и паству Христову без надзора и в погибели, и того ради скорбели о том и в печали были, смущены, как овцы, не имеющие пастыря, ибо именем только имели, делом же пастыря и учителя не имели. Ибо не желая даже той видеть церкви киевской, данной ему от Бога и от патриарха, ни же, снова, не желая править людьми Божиими, как по достоинству будет и как подобает митрополиту, но скорее приходы и прибытки церковные собирая и всякие драгоценно украшенные вещи, старые устроения и честь киевской церкви на иное место переносит, там, где живет. Так нам, скорбящим о церкви и о людях Божиих, Бог же милостивый подвигнул великого князя Александра, называемого Витовт, литовского и многих русских земель государя, того же Фотия митрополита изгнал, и послали мы в Цареград ко царю и патриарху, просили дать митрополита, желая иметь людям Божиим на спасение достойного той церкви на утверждение. Царь же и патриарх не восхотели послушать прошения сего правого, неправедные прибытки деля. Он же с нами епископами совещался истинно и праведно, как правый и истинный государь великий князь, собрав всех князей Литовской земли, и русских земель, и иных стран, сколько ему были покорены нашей церкви, и бояр, и вельмож, архимандритов же, и игуменов, и благоверных иноков, и попов. Сих всех советом и волею и нашим собором и хотением сошедшись в Новгороде Литовском во святой церкви пречистой Богородицы по благодати Божией, данной нам от Святого Духа, поставили святой церкви киевской и всея Руси митрополита, именем Григория, по преданию святых апостолов и богоносных отцев. Фотия с престола киевской митрополии сослали мы и согнали. И послали мы в Цареград ко царю и патриарху, жалуясь на Фотия и так все дела являя им и киевской митропольской церкви запустение, и просили мы у них, чтоб нам поставили Григория митрополитом на киевскую митрополию. И они нам того также не учинили. И того ради мы разузнали о них, что хотят они того, чтобы по своей воле поставили митрополита своего по накупу, кто сам у них накупит посулы, и как они хотят. А то бы все было в их воле в таковой, что, здесь будучи, митрополит их, на Руси грабя, насилуя, попов места продавая, посулы принимая, дани тяжкие собирая, церкви пустыми делая, к ним бы носил в Цареград и все спровадил. Про то же мы созвали епископов, что есть в нашей области и в нашей земле, и погадали с нашими владыками, и со архимандритами, и с игуменами, и вопросили мы их о том, и сказали мы такое: „Что делать нам, поскольку царь и патриарх не желают нам дать такого митрополита, который да сидит на Киеве, о церкви Божией печется и строит. Так как, Божиим изволением, то место Киев, которым обладаем, и этот град Киев мать городам Русским, а эта киевская соборная церковь мать церквам русским, потому нам на то смотреть жалостно и плачевно; христиане со стороны говорят: „Государь Витовт не той веры, не заботится о церкви Божией, из-за того церковь оскудела и запустела“; тогда бы того слова на нас от людей не было, а митрополитовы дела явны есть, что от него грабление и церкви запустение и нестроение“. И тогда все владыки к нам отвечали и сказали: „Так и есть; а и сами не в первый раз слышим и видим, что церкви запустение и оскудение“. А царь и патриарх доброго строителя к церкви Божией нам не дадут. А по правилам нам и самим епископам годится собором поставить митрополита, как было и прежде сего на Руси, как пишется во священных правилах: 2 или 3 епископа рукополагают, говорится поставляют, митрополита; как и прежде нас на Руси сотворили епископы при великом князе Изяславе киевском, поставили сами Климента митрополита по правилам; и еще так, как и прежде нас крещеные болгары и нам по крещению братия по сути и сродники, также сотворили по правилам, своими епископами поставили себе первосвятителя; и еще также и сербского языка епископы, рассудив, как есть по правилам и по апостольскому уставу, сотворили себе своими епископами первосвятителя; даже и до сих пор, Бог поспешествовал, в Сербской земле первосвятитель имеет под собою многих епископов. Та же Сербская земля не такова и не настолько, сколько Русская земля величеством и множеством и пространством, которая в своей области великого князя Александра, нареченного Витовта, но есть Сербская земля мала и людьми и землею. Мы же, епископы, говорим что не от сербов и не от болгар, но от святых апостолов уставление таково было, равно на всех православных епископов благодать действует Святого Духа, даже и до нас смиренных епископов дошла. И тою благодатию имеем власть, как апостолов ученики, многим испытанием по правилам, сошедшись, собором поставлять своему отечеству пастыря учителя и первосвятителя достойного, которого Бог, избрав, даст. Также власть имеем от Бога, его ж если свяжем на земле, будет связан на небе, и его ж разрешим на земли, будет разрешен на небе, что да не скажут некие: „Отлучились от нас, поскольку митрополита сами себе поставили“. Да не будет того, так как ж не отлучаемся; ибо таково слово если кто скажет, неразумен есть. Но мы предания церковные от святых апостолов и святых отцев держим благочестно, апостольского и отеческого предания веру исповедуем, проклинаем же всякую ересь, и ложь еретическую, и раздоры, и сонмища, не от Бога бывающие; к сим же и симонитскую ересь анафеме предаем, продающую на золоте и на серебре дар Святого Духа, поставляющих в священничество мздою и посулами. Святейшего же вот патриарха константиноградского имеем как поистине патриарха и отца, и прочих патриархов, александрийского, антиохийского, иерусалимского, и тех митрополитов, и тех епископов имеем как отцов и братию по духу святому, и согласно с ними держим исповедание и обряд святой веры, что есть: „Верую во единого Бога»; и так же исповедуем и веруем, как и они, и так же учим и мудрствуем, как и они. Но только отвращаемся, не в силах терпеть, что есть на церковь Божию насилование царя цареградского, ибо святейший великий патриарх и божественный священный собор Константинограда по правилам поставить митрополита не могут сами, но кого царь повелит по посулам. Увы, отсюда продается и покупается дар Святого Духа, который в поставлении, как отец его царь сотворил на церковь киевскую во дни наши, как о митрополитах русских, о Киприане, и о Пимене, и о Дионисие, и оных многих, не смотрел на церковную честь и устроение, но смотрел на посулы, на золото и серебро и на многосбирание. Отсюда были долги великие и убытки многие, и молвы и смущения, и мятежи и убийства, и, что всех лютейшее, бесчестие церкви русской митрополии. Сего ради рассудили и рассмотрели и любомудрствовали так, что неправедно нам есть таковые оттуда принимать митрополитов, которые за деньги поставлены бывают от царя, который мирянин, а не по воле патриарха, ни же по преданию сущего собора апостольского и отеческого. Того ради мы все епископы сошлись по благодати, данной нам от Святого Духа, и поставили бывшего достойным первосвятителем Григория митрополита русской церкви и утвердили нашим подписанием и печатями, в лето 6924, индикта».

Возражение Фотия. Преосвященный же Фотий, митрополит киевский и всея Руси, слышав сие, скорбен стал весьма и много усилий прикладывал, чтобы как-то разногласия те и расколы церковные отвратив, совокупить воедино, как изначала была едина власть церковная, один митрополит надо всеми епископами во всей Русской земле. И писал грамоты, возбраняя разногласия церковные, показывая, что не две начали быть киевские митрополии, но едина власть священная киевского митрополита всея Руси надо всеми епископами во всей Русской земле. И написал грамоту, послал в Киев к князям, и боярам, и ко всем православным христианам так: «Витовт великое насильство сотворил, разногласия и расколы единой церкви киевской и всея Руси не обсуждением соборным, ни рассуждением святых правил, ни рукоположением святого патриарха константиноградского, как изначально приняли, ни по преданию церковному, но самочиние, мучением, самозаконно, по своему хотению сотворил, как в тени или в ночи, угрожая страхом мирской власти и по хотению своему мирскому принудил епископов другого митрополита поставить в одной области киевской митрополии, чего священные правила не принимают, но отлучают и отметают. Так же и мы не принимаем, но отметаем надвое единую власть киевской митрополии разорвавшего и расколовшего. Так же и вам говорим, не принимать такового самочиния и разделения церковного, как двум митрополитам быть в одной области, но отлучаться от такового новозакония и самочиния, и милость Божия и наше благословение будет со всеми вами. Аминь».

Еп. Симеон новгородский. Месяца февраля в 23 день в неделю Мясопустную поехал из Новгорода Самсон на Москву к Фотию митрополиту ставиться в епископы в Новгород, а с ним послы новгородские: посадник Василий Аввакумович, тысяцкий Василий Осифович, Александр Игнатьевич. И приехал на Москву месяца марта в 9 день, на память святых 40 мучеников на Сборное воскресенье. И в тот же день во вторую неделю пресвященный Фотий, митрополит киевский и всея Руси, поставил Самсона в дьяконы, а в субботу третьей недели поста, того ж месяца марта в 21 день в попы поставил. А в неделю Крестопоклонную того ж месяца марта в 22 день, на память святого отца Василия, пресвященный Фотий митрополит поставил Самсона во епископы Новгороду и Пскову в церкви святого архангела Михаила и нарек его вместо Самсона Симеон. А на поставлении его было 5 владык: первый Григорий ростовский, 2-й Митрофан суздальский, 3-й Антоний тверской, 4-й Тимофей сарайский, 5-й Исакий пермский, при великом князе Василие Дмитриевиче и при брате его Юрие и Константине. И приехал в Новгород апреля в 17 день в Великий четверток, и встретили его с крестами весь священный собор Великого Новгорода, и посадник Иван Богданович, и тысяцкий Борис Васильевич, и великое множество народа, и была им всем радость о своем владыке. И вошел в церковь святой Софии, и служил обедню, и сел на своем священном престоле епископском, от Бога дарованием ему; и была радость во всем Новгороде. На ту же ночь преставился Наум, старший клиросник святой Софии. В тот же год месяца марта в 12 день в соборной церкви Успения пречистой Богородицы на Москве у гроба святого чудотворца Петра прощен был некий человек: была у него нога согнута и в тот день избавился от паралича, и отошел в дом свой здрав, радуясь, благодаря Бога, и пречистую его матерь Богородицу, и святого угодника Петра, митрополита киевского и всея Руси. Того ж месяца марта в 15 день во вторую неделю Великого поста у некоей инокини много лет руки сухие и изогнутые у святого гроба Петрова исцелились.

Татары у Киева. В тот же год татары воевали около Киева, монастырь Печерский пограбили и сожгли.

Нижегородские князи в Москву. В тот же год приехали к великому князю Василию на Москву князи Нижнего Новгорода, князь Иван Васильевич, внук Дмитриев, князь Иван Борисович; да сын его князь Александр наперед его приехал за два дня.

В тот же год град в Костроме заложен был.

Умер епископ Григорий ростовский. Мая в 10 день преставился Григорий, архиепископ ростовский; сидел на архиепископском престоле в Ростове 21 год, соблюдая законы церковные и уча людей слову Божию. Сей же второй архиепископ был в Ростове. Прежде были епископы, а не архиепископы в Ростове. В тот же год в месяце августе воевали татары литву и со многим полоном возвратились восвояси.