Чтение онлайн

— Ну, ты не умрешь от шлепков. Не может быть, чтобы тебя когда-нибудь не секли в детстве?

— Да, но…

— Посмотри на руки барыни, как они хороши. Разве тебе не было бы приятно, если бы она ими тебя пошлепала?

Последние слова, очевидно, под влиянием нарисованной его воображением сцены сечения, он произнес как-то особенно нервно и с горящими глазами.

Маша испугалась и отошла немного назад.

— Нет, я не согласна, я к этому не привыкла.

Мужчина пожал плечами с сердцем и повел свою подругу.

— Ну, как хочешь, дура! Ведь пять рублей получила бы за пустяки.

Последние слова произвели впечатление на девушку, и она нагнала пару. Те остановились.

— Господин, послушайте!..

— Ну, что?

— А после любовью не будем заниматься?

— Да нет! Я говорю тебе, что только отшлепают.

— По панталонам?

— Нет, по голой…

Все еще взволнованная, она колебалась и смотрела на даму, которая молчала как убитая, с совершенно равнодушным видом. В глубине души ее успокаивало, что она не будет одна с этим человеком. Женщина не станет, думала она, сильно ее мучить.

— Ну, хорошо, я согласна, но вы мне дадите мои пять рублей сейчас же.

— Нет, — резко ответил господин, — ты удерешь. Будь покойна, я сдержу свое слово, а если ты будешь послушна и мила, моя дама прибавит тебе два рубля.

Последние слова окончательно соблазнили Машу, и она в знак согласия кивнула головой.

— Куда же идти?

— Иди впереди нас, это совсем недалеко.

Они направились на улицу Пикадилли. Мужчина поддерживал свою даму левой рукой, а правой нервно щипал за ягодицы шедшую немного впереди Машу, которая вздрагивала и уклонялась.

На улице Р. они все вошли в один дом, где поднялись в квартиру на четвертом этаже. В комнате, в которую они вошли из передней, было уже освещено и топился камин. Немедленно дама, по-видимому, бывшая у себя дома, сняла шляпу, жакет, надела фартук из темного ситца с воланами и сделала Маше знак рукой:

— Разоблачайтесь!

Молодая девушка сняла шляпу и свое боа, потом, взявшись руками за корсаж, спросила:

— Нужно мне раздеваться?

— Не стоит.

Дама подошла к ней и надела на нее костюм из синего ситца, который обыкновенно носят ученицы городских школ.

Развалившись в глубоком кресле раздвинув ноги, мужчина, видимо, любовался всей сценой.

— Она просто прелесть, эта девочка, — пробормотал он сквозь зубы, прищелкнув от удовольствия язычком.

Черные волосы, спускавшиеся на лоб и завязанные сзади ленточкой из черного бархата, ситцевый синий костюм — все это придавало мастерице вид настоящей школьницы.

Господин взял со стола книгу и бросил ее даме, сказав: «Ну, теперь за урок!»

Женщина поставила стол, к нему два стула, на один сама села, на другой велела сесть Маше и, указав на страницу книги, сказала:

— Читайте громко вслух.

Маша колебалась, сосредоточенно все время наблюдая происходившую сцену, крайне непонятную для нее.

— Читайте! — закричала дама сердито.

— Послушайте, я уже давно вышла из школы, а вы заставляете меня читать из середины книги, подвиньте, по крайней мере, лампу!

— Это просто из упрямства вы не слушаетесь, я вас накажу! — закричала дама.

— Ах, дрянная девчонка, — произнес господин, вертясь в кресле.

Так как Маша молчала, дама вдруг со всего размаха закатила ей пощечину.

— Будете вы слушаться или нет?..

Маша вскрикнула, а господин произнес:

— Вот так ее надо! Не церемоньтесь с этой канальей, иначе вы ничего от нее не добьетесь.

Ошеломленная плюхой, девочка пробормотала:

— Ой, вы меня больно ударили!

Встав со стула, она хотела уйти.

— Я хочу уйти…

Но дама с силой заставила ее опять сесть на стул.

— Не смейте вставать!.. Слушайтесь, или я вас сейчас выпорю розгами до крови!..

Внезапный ужас охватил бедную цветочницу. Она подумала: «Это сумасшедшие, — они меня убьют».

— Пустите меня уйти, мне ничего не нужно от вас… Я теперь не согласна…

— Ты хочешь уйти?.. Попробуй только встать!

И, схватив Машу за голову, она нагнула ее над книгой, принудив смотреть в нее.

— Что тут напечатано?

Серьезно струсившая, Маша ситлилась по складам разобрать и прочесть слова в книге.

Она пролепетала медленно, с расстановкой: «Очевидно, что нет…»

Но мужчина заорал:

— Эта девчонка смеется над нами, мой друг. Отшлепать ее хорошенько, и делу конец!

Дама, видимо, согласилась исполнить совет.

— Да, я вижу, что ей хочется розог!

После этих слов она грубо подняла девочку со стула и поставила на ноги, прошептав ей едва слышно:

— Слушайся и не сопротивляйся, иначе он тебя запорет розгами! Ты получишь десять рублей, если будешь послушна.

Окончательно ошалев, Маша отдалась на волю дамы. Та поставила ее на колени перед креслом и, подняв платье с юбками, стала развязывать панталоны, которые затрещали.

— Не рвите мне панталоны, у меня нет других!

Тогда дама стала осторожно их развязывать.

Наконец она развязала их и спустила, обнажив часть тела, подлежащую наказанию.

Мужчина все время вертелся в кресле и говорил: «Так ей и надо, пробери-ка ее получше…»

Дама начала что есть мочи хлестать по ягодицам рукой. С третьего шлепка девочка стала уже кричать от боли:

— Не так сильно!.. Мама! Мама! Ай! Ай!

Когда ей позволили встать, она была вся в слезах.

— Теперь, ты будешь читать? — опять спросила дама.

— Я хочу уйти! — рыдая, проговорила девочка. — Мне больно, я боюсь.

Дама схватила ее за оба плеча и с силой потрясла.

— Если ты сейчас же не будешь меня слушаться, то я тебя вышвырну за окно. Ты видишь окно?

Маша только жалобно закричала:

— Спасите меня! Помогите!

Она уже видела, как летит за окно в пустое пространство… От ужаса у нее выступил холодный пот на лице и зуб на зуб не попадал. Слезы текли ручьем, и она вытирала руками лицо. Тем не менее, она заметила, что дама с мужчиной обменялись многозначительным взглядом, и она подумала, что ее сейчас бросят за окно. Но дама вдруг переменила тон.