Чтение онлайн

Примерно с 1400 г. до Р.Х. начинается «хеттское чудо» — возрождение и стремительное возвышение Новохеттского царства. Первые цари этой державы, Тутхалия III, Суппилулиума I и Мурсили II (отец, сын и внук — как видим, возрождению государственности сопутствовало утверждение принципов самодержавной монархической власти) начали, как и первые древнехеттские цари, с установления контроля над западной оконечностью Малой Азии. Страны Арцавы и Вилусы (Троя) вновь признали протекторат хеттов и обязались выплачивать им дань, присылать вспомогательные войска и боевые колесницы, выдавать преступников. Были совершены карательные походы против племен касков, которые, хотя и не увенчались разгромом этого варварского народа, засевшего в труднопроходимых горах черноморского побережья Малой Азии и ведущего партизанскую войну, но прекратились каскские набеги на хеттскую территорию. Хеттам вновь подчинились мелкие царства на восточной границе.

Затем наступило время серьезных войн. Суппилулиума I (ок. 1380 — ок. 1340 гг. до Р.Х.) вернул хеттам Халеб, Алалах, Каркемиш, переправившись через Евфрат, разгромил города хурритов, захватил столицу Митанни, город Вашшукканн и посадил на митаннийский престол хеттскую марионетку, женатого на его дочери, «царя» Шаттиваззу. Все территории к западу от Евфрата Суппилулиума I аннексировал, оставив Шаттиваззе лишь восточную часть Митанни. В стратегически важных Халебе и Каркемише хеттский царь посадил наместниками своих сыновей, царевичей Пияссили и Телепину. Во всех остальных городах Северной Сирии были установлены, как сейчас выражаются дипломаты, дружественные хеттам режимы.

Новохеттское царство раздвинуло свои границы на востоке до верховий Евфрата и Тигра, на юге — до гор Ливана. Разгром Митанни привел к деградации этого государства и захвату его восточных территорий новосозданной Ассирийской империей. Таким образом, в XIV–XIII вв. до Р.Х. сложился концерт трех великих держав древнейшего времени: Хеттии, Египта и Ассирии.

В чем же причина «хеттского чуда»? Почему народ, отброшенный врагами в горы, не имеющий развитого сельского хозяйства, отрезанный от моря и преданный всеми союзниками, смог не только выжить, но и воссоздать свою великую державу?

Необходимо отметить, что могущество древних государств базировалось не столько на количестве населения и, соответственно, величине армии, сколько на качественных характеристиках последней. Например, Александр Македонский с 30–тысячной армией разгромил полумиллионную армию персов. А качественные характеристики определялись инновациями — изобретением новых вооружений и тактических приемов. Вспомним, как повлияли на ход истории создание македонской фаланги или парфянской тяжелой конницы — катафрактов.

У хеттов тоже было военное ноу-хау. И не одно, а сразу три: железное оружие, модернизированные боевые колесницы и новая тактика их применения.

Как уже говорилось выше, железо в Малой Азии производили еще в самом начале II тысячелетия до Р.Х. По крайней мере, уже в XVIII веке до Р.Х. из него делали украшения и культовые предметы, а вывоз железных изделий в другие государства строго контролировался властями. Можно предположить, что производство железа было государственной тайной, известной крайне ограниченному кругу лиц. То, что железо не распространилось широко как материал для изготовления оружия уже в те времена, обусловлено, прежде всего, именно сохранением в тайне технологии его производства. Тайна, ограничивающая количество мастеров, работавших с железом (скорее всего, это были династии, передающие мастерство от отца к сыну и традиционно работавшие с железом, как с драгоценным металлом, не думая об экспериментах), в свою очередь, привела к тому, что на несколько столетий было задержано открытие технологии изготовления стали. И, наконец, в течении тех 100–150 лет, пока длился государственный кризис, хеттам было не до новых технологий. Однако именно хаос, чехарда во власти, господство права сильного, способствовали тому, что технология производства железа вырвалась на свободу — наверняка мастеров, владеющих ею, захватывали, запугивали, подкупали. Каждый местечковый князек и вельможа хотел иметь собственных мастеров, владеющих секретом производства царских украшений из драгоценного «аму-тума» (железа — хетт.). Ведь сам хеттский царь именовался «великим царем из железа»{117}.

Неудивительно, что вскоре у хеттов появилось не только «небесное» железо — метеоритное и «обычное» железо — из руды, но и «чистое» железо — сталь. И началась хеттская технологическая революция. Из стали начали изготавливать хозяйственные орудия (сосуды, ножи, молоты, серпы, ножи и кинжалы) и, главное, оружие: мечи, копья, топоры, палицы, доспехи. Другие народы стали использовать сталь лет на триста позже (в Италии — в XI в. до Р.Х.), а в остальные уголки Средиземноморья железный век добрался с опозданием почти на полтысячи лет, в IX–VIII веках до Р.Х.

Вторым фактором, сыгравшим решающую роль в достижении победы над врагом, стало усовершенствование хеттами боевой колесницы. Обычно считают, что родина этого рода древних войск находится на северном берегу Черного моря, во владениях скифов. Это не совсем так. Во-первых, как уже говорилось ранее, народ Магог, по мнению античных авторов, и есть скифы. А, во-вторых, колесницы существовали, практически, с самого начала человеческой истории, и в дело их усовершенствования внесли вклад многие народы.

Первыми применили колесницы в бою шумеры. На так называемом «Штандарте из Ура» прекрасно видно, что шумерские «колесницы» были двуосные, запряженные низкорослыми лошадьми. Спереди у этой колесницы-телеги крепился щит, за которым прятался экипаж из двух человек: возничего, управлявшего упряжкой из четырех лошадей и воина, метавшего в противника дротики. Колеса у этих повозок не имели спиц, она была маломаневренной и не могла развивать высокую скорость. Применялась как таран для прорыва рядов вражеской пехоты.

Вслед за шумерами колесницы стали использовать египтяне, гиксосы, ассирийцы. Однако именно хетты-«скифы» придали колеснице тот вид, который нам знаком по античным рисункам. О том, что хеттов можно назвать «народом колесниц», свидетельствует тот факт, что процентное соотношение колесниц и воинов было самым высоким. Если в Ассирии одна колесница приходилась на 200 воинов, в Китае и Индии — на 100, в Египте — на 50, в Карфагене — на 20, то у хеттов одна колесница приходилась на 10 воинов!

Если шумеры и гиксосы использовали колесницы как таран, а ассирийцы и египтяне — как транспортное средство для командиров и лучников, то шумеры нашли им новое применение. Во-первых, они ввели в экипаж третьего человека, щитоносца. А во-вторых, стали применять колесницы для перевозки тяжеловооруженных пехотинцев непосредственно к месту сражения. Теперь закованному в латы воину не надо было бежать по полю боя навстречу врагу, теряя силы и время. Тысячи колесниц доставляли десант в нужную точку, высаживали и отъезжали в сторону, готовые при отступлении подобрать воинов и увезти их прочь.

Все эти новшества позволили хеттам выдержать военное столкновение с набиравшим силы Египтом. Поначалу отношения между Новохеттским царством и Египтом были дружественными. Но хеттская экспансия в южном направлении привела к столкновению интересов двух этих стран в Сирии.

В Египте с XVI века до Р.Х., после изгнания гиксосов (1570 г. до Р.Х.), на сто лет раньше, чем у хеттов, закончился период смутного времени и создается мощное Новое царство (XVI–XI вв. до Р.Х.). Совершается технологический скачок: внедряется бронза вместо меди (тогда как ассирийцы используют бронзу уже много столетий, а хетты вскоре изобретут сталь), новые сооружения для орошения. В армии появились колесницы (коневодство в Египте развивается только под воздействием гиксосов-завоевателей, а в сельском хозяйстве все еще применяют быков в качестве тягловой силы и сани-волокуши){118}. Из этого видно, что Египет в техническом и военном развитии заметно отставал от хеттов и народов Месопотамии.

Однако политически хетты и египтяне вступили в имперский период почти одновременно. Опять же, как и у хеттов, это связано с укреплением принципов монархической самодержавной власти фараонов XVIII династии. Два первых фараона этой династии, Яхмес и Аменхетеп, освободили страну от гиксосов и вернули под протекторат Египта племена Куш в Северной Эфиопии.

Еще во время борьбы с гиксосами египетские войска, преследуя противника, вышли за пределы Синайского полуострова и вторглись в Палестину. С этого момента начинается египетская экспансия на север. Войска фараона Тутмосиса I огнем и мечом прошли Палестину и Сирию и вышли к Евфрату у митаннийского города Нахрайны. О крайнем изоляционизме египтян свидетельствует тот факт, что, увидев огромную реку, текущую в противоположном Нилу направлении (не с юга на север, а с севера на юг), они изумились и назвали Евфрат «Перевернутой водой». Двадцатилетний перерыв египетским завоеваниям положило царствование фараона-женщины Хатшепсут. Но около 1500 года на престол взошел Тутмосис III (ранее — соправитель Хатшепсут), и началась эпоха его великих завоевательных походов.