Чтение онлайн

В военное время инженерные офицеры назначались весьма часто для несения службы в Генеральном штабе. Это являлось следствием того, что инженеры пользовались особым покровительством графа П. И. Шувалова.

Общий состав армии к началу Семилетней войны был следующий: полевых войск — около 185 тысяч, гарнизонных — около 75 тысяч, ландмилиции — около 28 тысяч и нерегулярных войск тех же категорий, что и в предшествующую эпоху — около 44 тысяч.

Организация высших тактических соединений была прежней, но дивизии приобрели значение территориальных округов; их было всего пять: Московская, Петербургская, Лифляндская, Украинская и Новгородская. В состав дивизии входили все войска, кроме расположенных в Оренбурге и в Сибири.

Управление в военное время получило совершенно новое направление: в 1756 г. была образована Конференция, которая, по мысли ее создателей, должна была направлять и стратегические операции. Наши главнокомандующие признавали такое положение вещей ненормальным, и все с Конференцией, в состав которой к тому же входило много лиц, не имеющих понятия о военном деле, были в натянутых отношениях, что еще более ухудшало положение дел.

Квартирмейстерская часть в эту эпоху приходит в расстройство. Причиной этого является, во-первых, несоответствующее выдвижение инженерных офицеров на эту службу и, во-вторых, сильное развитие адъюнктуры, которая заполнялась обыкновенно родственниками и знакомыми и приобрела несоответствующее ей влияние даже на ход военных действий.

Комплектование офицерами производилось как и раньше, но теперь было больше офицеров из Кадетского корпуса.

Вообще в царствование Елизаветы было обращено внимание на поднятие образовательного уровня офицеров. Совершенствуются артиллерийская и инженерная школы, которые соединяются в одну.

Существенных изменений в обмундировании и в вооружении в царствование Елизаветы не последовало. Следует только отметить, что боевой комплект патронов для каждого нижнего чина был увеличен до 100 штук.

Довольствие в военное время ориентировалось на условия, в которых приходилось вести военные действия, и основывалось на организованном подвозе его с хорошо оборудованных баз и на эксплуатации местных средств. В связи с этим количество обозов уменьшилось.

До 1755 г. единственным руководством для подготовки войск к строевой и полевой службе был устав 1716 г. Это зависело от двух причин: 1) другого не было, и 2) этого требовало направление, которое создавалось в зависимости от повеления государыни: «Экзерциции и барабанному бою быть как при Петре». Воинская комиссия 1754 г. создала новые уставы.

Пехотный устав 1754 г. имел три главные особенности: во-первых, в нем не заключалось положений о полевой и гарнизонной службе. Последствием этого был произвол в несении этих отраслей службы, умаление их значения и упадок, что крайне тяжело отражалось на войсках в военное время. Во-вторых, одиночное обучение в уставе не было отделено от совокупного, что влекло за собой потерю значения одиночной подготовки, а значит, и ее понижения. В-третьих, устав 1754 г. давал массу форм и видов строя, сложные правила для их построения, массу мелочей, не поддающихся разучиванию, — вообще дух устава противоречил высказанной в нем же истине, что «всякий тот способ (построения и стрельбы), которым неприятеля победить можно, за наилучший почитается». Причиной такого противоречия является недоверие вдохновителей и составителей устава к тем, кто должен был его применять.

Основным строем пехоты, по уставу, являлся строй развернутый, 4-шереножный. В ружейные приемы было введено «метание артикулов по флигельману», «прихлопывание по суме» и «пристукивание крепко» по ружью. Кроме того, ружейные приемы были крайне сложны; например, заряжание производилось в 12 темпов, составлявшихся из 17 приемов.

В перестроение развернутого строя была введена новинка — колонны:

1) ротная — для отбития атаки кавалерии, в сущности ротные каре;

2) взводная — для походных движений;

3) батальонные колонны для прорыва тонких линий неприятеля; эти колонны не строились из частей, больших батальона; если же это нужно было, то батальон становился за батальоном на 12 шагов дистанции;

4) кроме того, устав предусматривал четыре каре: одно — батальонное и три полковых. Такие каре разнились между собой формой. Правила построения каре были крайне сложны и мелочны. Стрельбы одиночной по-прежнему нет.

В общем, все виды строев, все правила стрельбы указывают на увлечение стрельбой и на малое уважение к штыку.

Таким образом, пехотный устав 1755 г. уклонился от идей Петра. Он является поворотным пунктом в сторону западных увлечений от наших самобытных петровских начал.

Конница 1755 г. также получила новый устав, причем нельзя не сказать, что он правильно определяет главные боевые свойства конницы: быстроту и силу удара холодным оружием; отсюда вытекали и требования устава — обучение совершенной верховой езде и владению холодным оружием. Требования относительно верховой езды были весьма разумны: крепко сидеть и искусно управлять лошадью, а средством для этого рекомендовались полевые поездки; для обучения действию холодным оружием устав указывал на рубку чучел.

В общем, устав конницы 1755 г. делает громадный шаг вперед по сравнению с уставом 1733 г. и в этом отношении более отвечает идеям Петра.

Изменения в материальной части артиллерии, ее составе и организации и, что самое главное, в условиях ведения боя делали устав артиллерии 1730 г. несоответствующим. Требовался новый, но его разработать не успели, а потому появилось как бы дополнение к старому — «Наставление для действия артиллерии в бою». Это «Наставление» было издано в 1759 г., и таким образом при его составлении использован опыт кампании 1757 и 1758 г.

Основные положения «Наставления» следующие:

а) подавляющее количество артиллерии должно назначаться в боевую часть и небольшое число орудий — в резерв;

б) дистанция для стрельбы: для орудия большого калибра — с 750 саженей, малого калибра и полковых пушек — с 400 саженей.

По приближении противника на 250 саженей орудия большого калибра переходили на картечный огонь; по мере дальнейшего приближения противника и другие орудия переходили постепенно на этот огонь (полковые пушки с 70 саженей).

Орудия второй линии располагались между линиями и стреляли или через головы, чтобы своих не повредить и обстреливать противника, или вдоль линии против неприятеля, ворвавшегося между линиями с флангов.

Устава полевой службы не было, а потому она неслась лишь по традициям; значения ей не придавали, а потому, очевидно, выполнялась она неудовлетворительно.

В частности, походные движения в начале Семилетней войны производились в боевом порядке и лишь потом — отдельными колоннами, между которыми поддерживалась тесная связь. Впереди походного порядка шла легкая конница, потом — сильный общий авангард и независимо от него перед каждой колонной частные авангарды. Неподвижное сторожевое охранение дополняется подвижным посредством легкой конницы. Вдали от неприятеля сторожевую службу несла исключительно конница.