Чтение онлайн

Другую группу источников образуют такие памятники, которые хотя и не имеют официального характера, но, несмотря на это, не менее важны для истории синодального периода. Сюда относятся докладные записки, отчеты, письма, наконец, мемуары. Здесь следует обратить внимание на довольно обширный круг воспоминаний — не только представителей Церкви (епископов, священников, монахов и др.), но и светских лиц, которые либо сообщают о церковных событиях, либо высказывают свое мнение о различных обстоятельствах церковной жизни в России.

После смерти последнего патриарха Адриана (15 октября 1700 г.) и передачи Петром I управления Церковью в руки местоблюстителя патриаршего престола началась эпоха энергичного государственного законодательства, которое касалось почти всех сторон церковной жизни. Важнейшими юридическими документами являются правительственные указы, так как в то время в России еще не было Свода законов [61] .

Начиная с Петра I, источником законодательства становится воля императора. Следствием же возникновения государственной церковности явилось то, что и Церковь оказалась вовлечена в сферу этого законодательства. Императорские законы или постановления, издававшиеся в виде указов, уставов или даже манифестов, — как, например, манифест об учреждении Духовной коллегии, переименованной позднее в Святейший Синод, — являются актами первичного и наиважнейшего законодательства, составляя основополагающий материал по истории Русской Церкви от петровского времени до 1917 г. Существенным источником, особенно для периода с 1700 по 1825 г., являются указы, собранные в Полном собрании законов Российской империи. Наиболее значительные из них содержатся также в специальных собраниях актов, издававшихся Святейшим Синодом в XIX в.

Собрание воедино всех актов законодательного характера было начато лишь при Николае I и издано под заглавием: Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ). Собрание первое охватывает период от 1649 до 12 декабря 1825 г. (1 ПСЗ). Собрание второе (2 ПСЗ) посвящено времени от 13 декабря 1825 г. до 28 февраля 1881 г., а Собрание третье (3 ПСЗ) — от 1 февраля 1881 до 1913 г. [62]

При пользовании ПСЗ следует учитывать следующее: 1 ПСЗ, как сказано, включает большое количество указов, касающихся Церкви. Некоторые из них были потом включены в ПСПиР (см. ниже). Во 2 ПСЗ таких указов, напротив, значительно меньше. Здесь опубликованы лишь те указы, уставы и т. п., на которых требовалась подпись императора. То же самое относится и к 3 ПСЗ. Это объясняется тем, что к тому времени уже был издан Свод законов, в котором окончательно устанавливались многочисленные юридические нормы, так что при решении чисто административных вопросов отпала необходимость столь же часто прибегать к царским указам, как то было в XVIII в. Кроме того, в 1841 г. появился Устав духовных консисторий, который составил юридическую основу епархиального управления в течение всего последующего времени вплоть до 1917 г.

Указы и постановления Святейшего Синода, относившиеся к административным делам, публиковались в различных «Епархиальных ведомостях» или «Епархиальных известиях», а также в официальном отделе органа Святейшего Синода, который в 1875–1887 гг. выходил под названием «Церковный вестник», а в 1888–1917 гг. — «Церковные ведомости». Кроме того, некоторые предписания большого объема (например, уставы, инструкции и т. п.) издавались отдельно. К числу официальных материалов относятся также официальные отделы «Епархиальных ведомостей», где наряду с указами Святейшего Синода печатались также распоряжения местных епархиальных архиереев [63] .

Еще одним источником является Свод законов Российской империи от 1832 г. Свод состоял из 15 томов, а с 1864 г., когда были опубликованы Судебные уставы, — из 16 томов. Из них самые важные для Церкви — тома 1, 9, 10, 12–14, хотя и во всех остальных томах есть законы, касающиеся церковного имущества, духовенства и др. [64]

Опубликованный в 1841 г. Устав духовных консисторий был переиздан в 1883 г. с незначительными изменениями. Устав — важнейший источник для изучения структуры епархиального управления [65] .

Со времени Александра II стали появляться и другие документы законодательного характера, относящиеся к Церкви. Это прежде всего мнения, т. е. решения, Государственного Совета, выходившие за подписью императора. Они касались церковных дел отчасти на территории всей империи, отчасти же в ее отдельных областях (например, в Польше, Сибири и т. д.). Здесь затрагивались такие темы, как раскол, церковные имущества, сектантство и др. Эти мнения публиковались в официальных правительственных органах печати и затем рассылались в форме указов Святейшего Синода соответствующим инстанциям епархиального управления. Аналогичную роль играли решения и разъяснения Правительствующего Сената. Здесь рассматривались всевозможные вопросы из Свода законов, административных распоряжений министерств и т. д., которые были недостаточно ясно сформулированы и поэтому допускали различные толкования. Некоторые разъяснения Сената толкуют также различные статьи Устава духовных консисторий в связи с вновь изданными законами — по большей части это вопросы епархиального управления, которые не требовали вмешательства императора, например о церковных имуществах или пенсиях духовенству.

Вся полнота издаваемых государством законов, регулировавших жизнь Церкви, была недоступна в провинции, особенно для приходского духовенства. Между тем знакомство с законами было совершенно необходимо, так как незнание могло легко привести к конфликту с государством, пусть и невольному. Поэтому со 2–й половины XIX в. специалистами начали издаваться различные Разъяснения, Справочники, Руководства и т. п. В качестве справочников они также необходимы историку Церкви [66] .

В 60–е гг. XIX в. при Святейшем Синоде была образована особая комиссия, занимавшаяся обработкой и изданием разнообразных документов из архива Святейшего Синода (см. § 6). В результате работы комиссии к 1916 г. вышли из печати два собрания, содержащие весьма ценный материал по истории как собственно Святейшего Синода, так и всех ответвлений церковного управления и церковной жизни в целом. Первое из них носит заглавие: Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания (ПСПиР). При пользовании или ссылках на документы из него рекомендуется иметь в виду, что оно состоит из пяти серий, о чем часто забывают при цитировании. Для периода 1721–1741 гг. Собрание выходило под вышеуказанным названием, эта первая серия к 1916 г. составляла уже десять томов. Содержание их таково: 1 (1721 г., т. е. все акты, относящиеся к учреждению Святейшего Синода), 2 (1722), 3 (1723), 4 (1724–1725), 5 (1725–1727), 6 (1727–1730), 7 (1730–1732), 8 (1733–1734), 9 (1735–1737) и 10 (1738–1741). Таким образом, это Собрание охватывает период вплоть до воцарения императрицы Елизаветы [67] . В конце XIX в., когда Архивная комиссия Святейшего Синода была расширена, были увеличены отпускаемые ей средства, привлечены лучшие специалисты, в целях стимулирования научных исследований было решено издавать документы одновременно различными сериями, каждая из которых охватывала период правления того или иного государя. Четыре тома ПСПиР, посвященные времени императрицы Елизаветы, имеют подзаголовок «Царствование императрицы Елизаветы Петровны» (ПСПиР, Е. П.): 1 (25 ноября 1741–1743), 2 (1744–1745), 3 (1746–1752) и 4 (1752–1762) [68] . Три тома об эпохе Екатерины II носят подзаголовок «Царствование императрицы Екатерины Второй» (ПСПиР, Е. II), а именно: 1 (1762–1772), 2 (1773–1783) и 3 (1784–1796) [69] . Документы, относящиеся ко времени Павла I (1796–1801), занимают один том под заголовком «Царствование императора Павла Первого» (ПСПиР, П. I) [70] . По правлению Александра I никакого собрания документов из архива Святейшего Синода до 1917 г. опубликовано не было, а о времени Николая I вышел всего один том (1825–1828) с подзаголовком «Царствование императора Николая Первого» (ПСПиР, Н. I) [71] . Кроме того, к периоду правления этого государя относятся «Материалы по истории Русской Церкви во время царствования императора Николая I», изданные историком священником М. Я. Морошкиным. Он дает здесь подробное описание деятельности Святейшего Синода и епархиальных архиереев, основываясь на их докладах Синоду; наряду с этим обсуждаются также многие другие вопросы, относящиеся к церковному управлению. Этот труд весьма важен, так как включает пространные выдержки из не опубликованных еще документов [72] .

Одновременно с ПСПиР, где среди прочего перепечатаны указы Святейшего Синода по общему церковному управлению, Архивная комиссия начала публиковать собрание материалов под названием «Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода» (ОДДС). Это издание содержит описания разнообразных документов: отчетов епархиальных управлений и настоятелей монастырей, прошений отдельных лиц и т. д. Некоторые из этих документов часто приводятся почти полностью в приложениях. Если в ПСПиР включены главным образом материалы по истории высшего церковного управления, то в ОДДС — по истории церковной жизни вообще: о положении приходского духовенства, духовных училищ, монастырей и монашества, о религиозно–нравственном состоянии верующих и др. Собрание состоит из 22 томов, а именно: 1 (1542–1721), 2 (в 2 частях) (1722), 3–8 (1723–1728), 10–12 (1730–1732), 14–16 (1734–1736), 20 (1740), 26 (1746), 29 (1749), 31–32 (1751–1752), 34 (1754), 39 (1759) и 50 (1770); не хватает томов 9, 13, 17–19, 21–25, 27–28, 30, 33, 35–38, 40–49. Так как тома данного собрания, начиная с 3–го тома, распределены по годам, то это значит, что отсутствуют описания архива за 1729, 1733, 1737–1739, 1741–1745, 1747–1748, 1750, 1753, 1755–1758, 1760–1769 гг. и за период после 1770 г. [73]   [74]

Кроме того, некоторые описания документов и рукописей из Синодального архива публиковались и вне этого издания [75] .

Всеподданнейшие отчеты обер–прокурора Святейшего Синода, которые выпускались с 1836 по 1914 г. ежегодно или каждые два года, всегда делятся на две части. Первая часть содержит текст отчета, вторая — статистические таблицы, иллюстрирующие отдельные главы первой части. При этом статистические данные относятся по большей части к предыдущему году; в последних томах такого рода таблицы часто охватывают двухлетний период. Статистика не всегда полна, так как отчеты из отдельных епархий поступали порой с запозданием. Нередко эти лакуны обнаруживаются лишь после детального изучения, ибо специально не оговорены. Осторожность необходима и при работе с материалами первой части, потому что они, особенно во времена К. П. Победоносцева и В. К. Саблера, выдержаны сплошь и рядом в приподнятых «патриотических» тонах и приукрашивают положение дел. Отчеты за период обер–прокурорства графа Д. А. Толстого (1866–1880) более деловиты и менее красочны. Представлять свои отчеты властям в печатном виде начал в 1836 г. обер–прокурор Н. А. Протасов; однако они публиковались не полностью, а лишь в виде Извлечений из всеподданнейших отчетов за соответствующий год. Несмотря на сокращения, эти Извлечения во многих отношениях ценнее более поздних полных отчетов (насколько они полны, трудно сказать); некоторые данные за 1836–1861 гг. являются гораздо более подробными — например, данные о пострижениях в монастыри имеют рубрики не только о поле, но и о возрасте, и о социальном происхождении. За 1861–1865 гг. не было опубликовано ни Извлечений, ни Отчетов. С 1885 г. такого рода Извлечения всегда носят название Отчетов. Последний из них, за 1914 г., который из–за начала войны в статистическом отношении также неполон, вышел в 1916 г. [76]

Очень важный материал, собранный историками в 60–е гг., когда стали более доступны отдельные архивы, можно найти в различных монографиях. Здесь в соответствующих местах указаны и архивные шифры материалов. Назовем только некоторые издания как имеющие особое значение не только для отдельных моментов, но и для целых периодов церковной истории.

В первую очередь следует упомянуть документы из личного архива Московского митрополита Филарета Дроздова (1821–1867). Издатель этого чрезвычайно обширного собрания документов архиепископ Савва Тихомиров имел возможность добавить сюда также некоторые материалы из Синодального архива и даже из Архива Министерства иностранных дел. Эти последние документы, отчеты и письма из министерства, касаются отношений между Россией и Русской Церковью, с одной стороны, и православным Востоком и балканскими славянами — с другой, в 50–е и 60–е гг. XIX столетия. Они имеют особую ценность, поскольку нет никаких публикаций из Архива Министерства иностранных дел, которые освещали бы именно церковную политику русского правительства по отношению к Ближнему Востоку. Материалы из архива митрополита Филарета касаются почти всех сторон церковной жизни в течение целого полувека. Они не только важны для понимания взглядов Филарета Дроздова на отношения между государством и Церковью в его время, т. е. в правление Николая I, или для изучения различных аспектов церковного управления, состояния духовных учебных заведений и т. п., но и отражают положение Церкви и церковную политику в ту эпоху, когда правительство пыталось опереться на «господствующую» Церковь, одновременно так формируя эту опору, чтобы иметь возможность полностью управлять ею. Из своих докладных записок, проектов и писем Филарет Дроздов предстает и как выдающаяся личность эпохи государственной церковности, и еще более — как выдающийся богослов, канонист, церковный политик. И, даже не всегда разделяя его взгляды или одобряя его решения, историк не может не отдать должное его уму, одаренности и в то же время тонкому пониманию им положения Церкви. Многое вышедшее из–под пера митрополита Филарета более значительно, нежели иные официальные документы того времени. Личность Филарета выступает с еще большей яркостью, когда к этому собственно историческому материалу мы присовокупим его проповеди и речи, которые являются важным вкладом как в историю проповедничества, так и в богословскую науку и церковную культуру [77] (см. § 9).