Чтение онлайн

— Конечно, — согласилась Марыо.

Пеэтер сразу стал словно другим человеком. Большая доля самоуверенности вернулась к нему, и он сказал без запинки:

— Пожалуйста, познакомьтесь. Это Марыо… А это Кярт. Из Таллина.

— Очень хорошо, — сказала Марыо. — Заходите в сад, я покажу вам цветы, и мы во что-нибудь поиграем.

Пеэтер вопросительно взглянул на Кярт, но Кярт сразу согласилась. Любоваться цветами и играть в саду с новой знакомой интереснее, чем слоняться с Пеэтером по пыльным улицам и слушать его нелепые рассуждения.

Они вошли в калитку.

Мальчики отпустили Кярт погулять с Пеэтером и Мадисом, но вскоре ими овладело беспокойство. Всё-таки Пеэтеру нельзя доверять. Он хотя и находился под телепатическим воздействием, но из этого ещё не следовало, будто он совершенно преобразился. Иди знай, что у него на уме и в какое приключение он мог втянуть девочку.

— До тех пор пока Кярт не вернулась, надо держать Пеэтера под сильным телепатическим нажимом. Тогда с ней ничего плохого не случится. Так что прими-ка телепатическое положение, Юрнас, — сказал Каур.

— Да ты совсем спятил! — испугался Юрнас. — Они могут гулять полдня. Что же мне часами стоять на голове?

— Давай придумаем другую позу, — предложил Каур. — Но оставлять Кярт на произвол судьбы нельзя.

— Я не могу всё время сосредоточиваться, — возражал Юрнас. — Мои силы не беспредельны.

— Ты должен послужить Кярт и науке, — сказал Каур тоном, не допускающим возражения. — Телепатия ещё тоже научно не обоснована. На тебе мы ставим опыт, подтверждающий телепатию.

Но Юрнасу надоело сосредоточиваться. Уж если открылось, что у него телепатические способности, то, значит, он вообще необычная и загадочная личность. А теперь выходило, что он просто служит науке вроде подопытного кролика.

— Знаешь что, — рассердился Юрнас, — я тебе не подопытный кролик, я совершенно особый человек. Попробуй-ка сам сосредоточься для своей науки.

— Оставьте пререкания, — вмешался Меэлик. — Кярт от этого нет никакой пользы.

— Ладно, — уступил Каур. — Пусть Юрнас сам предложит что-нибудь разумное.

— Думаешь, не предложу?

Юрнас вспомнил, что он лучше всех в посёлке умеет подкрадываться. Хотя у него и есть телепатические способности, прежде всего он — человек действия. И телепатия может пригодиться, именно когда подкрадываешься. Потому что тот, кто подкрадывается, должен чувствовать. Он словно бы девятым чувством должен предчувствовать, откуда грозит опасность и где скрываются враги. У туземцев, например, это девятое чувство очень хорошо развито, и поэтому не случайно самые великие следопыты и мастера подкрадываться были туземцами.

— По-моему, надо последить за Кярт и Пеэтером, — сказал Юрнас.

Меэлик и Каур вынуждены были признать, что это предложение не лишено смысла. Иногда надо и действовать. Нельзя надеяться на одну лишь телепатию.

Они крадучись подошли к магазину. Но Кярт и Пеэтера тут уже не было.

Что же делать?

— Отсюда расходятся три улицы, — рассуждал Меэлик, — и нас тоже трое.

— Разве вы справитесь? — сомневался Юрнас. — Чтобы быть хорошим сыщиком, надо иметь особые качества.

Но Каур и Меэлик считали, что уж как-нибудь справятся. К тому же для более основательного планирования действий времени не было.

— Далеко они уйти не могли. — сказал Каур. — У Мадиса скорость не больше двух километров в час.

Они стояли на площадке перед магазином и прицеливались к трём улицам, ведущим в разные стороны.

— Я пойду по Можжевёловой улице, — решительно объявил Юрнас. — Там мало прохожих, там нужен человек, умеющий подкрадываться лучше всех.

Каур выбрал бульвар Надежды. Просто из-за названия. Чтобы иметь надежду. Меэлику осталась Колодезная улица.

И уже они торопливо шли каждый по своей улице.

Юрнас был доволен. Он выбрал Можжевёловую улицу не только потому, что на более тихой улице труднее подкрадываться. Нет, он проявил проницательность. Юрнас постарался поставить себя на место Пеэтера и поэтому полагал, что, отправляясь гулять с малознакомой девчонкой и ребёнком, Пеэтер выберет ту из улиц, где меньше всего зрителей. Но, миновав два перекрёстка, Юрнас не обнаружил никаких следов разыскиваемой троицы и стал терять уверенность. Он решил, что нет смысла спешить, и брёл дальше, надеясь на авось.

Каур, настроенный оптимистически, бодро трусил по бульвару Надежды. Он рассуждал так: если кто-то поведёт приезжую девочку гулять, то наверняка предпочтёт бульвар обычной улице. Правда, на этом бульваре деревья не росли, но ведь само торжественное название — бульвар! — тоже чего-нибудь стоит. Однако и Кауру повезло не больше, чем Юрнасу. И у него пропала охота прислушиваться и присматриваться. Он задержался возле одного палисадника, где дрались собаки, и стал наблюдать за ними, а когда собаки устали драться и все растения и камни оказались вывернутыми из земли, Каур не спеша пустился в обратный путь, недоумевая, куда же всё-таки делись Кярт, Пеэтер и Мадис.

Обнаружить Кярт, Пеэтера и Мадиса выпало на долю Меэ-лика. Но, честно говоря, Меэлик не ощутил никакой радости, когда, свернув за угол на Вишнёвую улицу, заметил их. Совсем наоборот, он почувствовал, словно в сердце его вонзилась колючка. Гуляют! Очень трогательная картина… Рука об руку они, конечно, не шли, между ними был Мадис. Издали опознать малыша трудно, но кто другой это мог быть? Когда-то Меэлик сам хотел обрадовать Кярт, приведя Мадиса. А теперь… Времена, как видно, меняются.

Меэлик с удовольствием оставил бы наблюдение, пошёл бы на кладбище, на заросшую травой могилу Иоханнеса Ахмпалка, и перемалывал бы там мысли о том, как меняются времена и люди. Но он не имел на это права: что бы ни подсказывало ему сердце, его заданием, его товарищеским долгом было следовать за Кярт и Пеэтером, наблюдать. А в случае необходимости он должен был прийти Кярт на помощь.

Меэлику не требовалось тщательно прятаться — расстояние между ним и гуляющими оставалось достаточным. Он лишь иногда замедлял шаги. И всё больше мрачнел, поглядывая на мирно шагающую впереди троицу.

Вдруг перед гуляющими отворилась калитка и навстречу им вышла девочка. Марью! Ну конечно, она ведь живёт там. Все остановились. И Меэлик тоже. Затем Кярт, Пеэтер, Мадис и Марью вошли в калитку.

Меэлик не знал, что делать. Он долго колебался, прежде чем тронулся вперёд.

К счастью, за оградой в саду Марью росли густые кусты.