Чтение онлайн

«Революция цен» различным образом повлияла на экономическое положение разных групп и сословий феодального общества. В деревне выиграли в первую очередь землевладельцы, сдававшие свою землю в аренду, так как арендная плата сильно повысилась в связи с ростом цен на сельскохозяйственные продукты и значительно превышала размер фиксированной феодальной денежной ренты. Наконец» выиграли и крестьяне, платившие ренту своим сеньорам.

В производстве промышленных товаров в лучшем положении оказались капиталистические предприниматели так как сильно снизилась реальная заработная плата наемных рабочих при одновременном росте цен на товары. Выиграли также купцы, делившие с предпринимателями прибавочную стоимость, производимую рабочим, и экс— плуатировавшие в качестве скупщиков и кредиторов широкие слои мелких ремесленников и кустарей.

Пострадали от «революции цен» широкие слои населения: крестьяне, ведшие мелкое, не производящее на рынок хозяйство и вынужденные нередко батрачить или заниматься подсобными промыслами кустарного характера, а также те крестьяне, которые платили феодальную ренту продуктами или нефиксированную ренту. Проиграли те дворяне, а их было большинство, которые получали от своих держателей фиксированную денежную феодальную ренту, не имели значительных домениальных владений и не вели собственного хозяйства, рассчитанного на рынок.

В городе потеряли от «революции цен», в первую очередь, широкие слои населения, жившие на заработную плату, и мелкие товаропроизводители и цеховые мастера, номинально самостоятельные, но фактически уже работавшие на скупщиков и на мануфактуристов. «Революция цен», таким образом способствовала экспроприации мелкого товаропроизводителя как в городе, так и в деревне. Маркс резюмировал последствия «революции цен» так: «С одной стороны, обесценение заработной платы и земельной ренты, а с другой – рост промышленных прибылей. Иными словами: в той мере, в какой пришли в упадок класс земельных собственников и класс трудящихся, феодальные сеньоры и народ, в такой же мере возвысился класс капиталистов, буржуазия».

Всюду понижение заработной платы и повышение капиталистического дохода, разрыв между арендной платой и феодальной рентой вели к усилению классовых антагонизмов к обострению классовой борьбы. Между сеньором – феодальным собственником и крестьянином-держателем обостряется борьба за землю, борьба за превращение феодального держания в свободную мелкую собственность. Между трудом и капиталом начинается борьба за заработную плату. Исход этой борьбы, шедшей в течение почти трех столетий, зависел от конкретного соотношения классовых сил и решался в каждой стране по-разному.

К началу XVI в. большинство населения Германии состояло из феодальнозависимых крестьян. В деревне безраздельно господствовали князья, дворяне и их управители. В немецких городах, в том числе и в наиболее крупных, преобладало цеховое ремесло, а в их магистраты входили члены патрицианских родов и представители богатого бюргерства.

Однако уже XV век и особенно начало XVI в. ознаменовались в экономической жизни Германии значительными сдвигами. В это время, когда развитие производительных сил и разделение труда в разных частях мира привели к значительному расширению международных торговых связей, Германия продолжала занимать центральное положение на путях мировой торговли. Правда, Северогерманская Ганза, теснимая конкуренцией английских и голландских купцов, с конца XV в. стала приходить в упадок (см. т. 1, гл. II), а великие географические открытия возвещали предстоявшее в близком будущем перенесение мировых торговых путей на Атлантическое побережье. Но несмотря на это до середины XVI в. связи Северной Италии и через ее посредство Востока с рынками Западной Европы шли через германские земли, а немецкие города, особенно Аугсбург, Нюрнберг и некоторые другие на Рейне и на Верхнем Дунае, по-прежнему оставались крупными центрами европейской торговли. Немецкие купцы пользовались привилегиями в торговых портах других европейских стран и на первых порах извлекали выгоды и из нового направления путей мировой торговли. Международная экономическая роль Германии выражалась и в том, что она занимала первое место в мире по добыче серебра – главного средства обмена в то время (поток американского золота и серебра стал ощущаться только с середины XVI в.).

Выгодное положение на путях мировой торговли способствовало росту товарного производства в стране в области ремесла и сельского хозяйства, наметившемуся уже ранее и особенно заметному в первые десятилетия XVI в. Верхненемецкие города достигли расцвета и являлись, по словам Энгельса, средоточием значительного богатства и роскоши. Аугсбург оставался до середины XVI в. крупным складочным пунктом итальянских шелковых изделий, индийских пряностей и товаров Востока вообще. В Аугсбурге же находились торговые фирмы Фуггеров, Вельзеров и др., которые вели в масштабах того времени настоящую мировую торговлю и имели свои постоянные конторы в разных странах, в частности в Венеции, торговавшей со странами Востока и занимавшей господствующее положение на Средиземном море. Крупным южногерманским фирмам принадлежали богатые горные промыслы в германских землях и за их пределами— в особенности в Тироле и в других австрийских землях, а также многие горные разработки в Испании, Венгрии и в других странах. О силе и влиянии этих фирм можно судить уже по тому, что князья и императоры, постоянно нуждавшиеся в деньгах, обращались к ним за займами, предоставляя фирмам большие привилегии и отдавая в заклад горные богатства.

Выгодными связями славились тогда многие крупные города. Известный немецкий гуманист Яков Вимпфелинг писал о Кельне, что этот город «по своей обширной торговле и неизмеримым богатствам является царем Рейна». Нюрнберг – крупнейший центр металлообрабатывающей промышленности – насчитывал в XVI в. около 20 тыс, населения. Из эльзасских городов выделялся своей прибыльной торговлей Страсбург, через который шли торговые связи с Францией. Франкфурт-на-Майне славился ярмаркой, собиравшей купцов из Нидерландов, Фландрии, Англии, Польши, Чехии, Италии и Франции. Более мелкие города – Ульм, Констанц, Равенсбург – являясь наряду с Аугсбургом центрами изготовления хлопчатобумажных изделий и полотна, продавали свою продукцию не только на местных, но и на отдаленных итальянских рынках и в Испании. Через города, расположенные на Дунае, немецкая торговля была связана со славянскими землями Юго-Восточной Европы.

Расширение внутренних и международных связей и рост богатств в немецких городах в первые десятилетия XVI в. имели своим результатом дальнейшее развитие зародившихся уже в XV в. (см. т. 1, гл. II) элементов капиталистического производства. В текстильной промышленности и отчясти в области изготовления металлических изделий все больше места занимала система авансирования, (Verlagssystem), при которой разрозненные ремесленники подчинялись организующей деятельности купца-предпринимателя, авансировавшего их деньгами и доставляемым издалека сырьем. Руководящая деятельность купцов-предпринимателей выражалась главным образом в расчленении процесса производства и распределении его отдельных этапов между непосредственными производителями, теряющими таким образом свою экономическую самостоятельность и все более превращающимися фактически в наемных рабочих. Капиталистическая система рассеянной мануфактуры получала благодаря этому все большее распространение в городах и особенно в городской округе, где не существовало цеховой регламентации. Наряду с этим в отдельных отраслях появлялись и централизованные ману-фактуры. Примером их являлись типографии. Само оборудование типографии требовало значительного капиталовложения и наличия от 30 до 50 и больше наемных рабочих разных специальностей – наборщиков, словолитчиков, печатников, изготовителей печатных форм, корректоров и др.

В первые три-четыре десятилетия XVI в. элементы капиталистического производства в горном деле, определившиеся уже в предыдущем веке, значительно усилились, особенно на разработках благородных металлов. К начялу XVI в. горные товарищества на паях в Саксонии— Тироле и других землях Германии в основном потеряли характер трудовых коллективов и стали капиталистическими. Достигнутое к этому времени углубление шахт (до 300, а в ряде случаев до 500 метров и больше) и усложнение оборудования на разработках требовали больших капитальных вложений и постоянных дополнительных расходов. Участие в предприятиях в районах крупных разработок обладателей мелких вкладов все больше и больше затруднялось; они постоянно находились под угрозой потери своей доли и полного разорения.

По самым скромным подсчетам, в первые десятилетия XVI в. в германской горной промышленности было занято больше 100000 человек. По добыче серебра она значительно превосходила все остальные страны Европы, вместе взятые. Добыча золота и серебра оказалась, по мнению Ф. Энгельса, «последним толчком, поставившим Германию в 1470-1530 гг. в экономическом отношении во главе Европы и тем самым сделавшим ее центром первой буржуазной революции в религиозном облачении так называемой Реформации» —

С расцветом и с распространением ранних форм капиталистических отношений связаны, значительные изменения в аграрных отношениях. Увеличение спроса на шерсть, лен и продукты питания стимулировало рост овцеводства, расширение посевов технических и продовольственных культур. С начала XVI в. землевладельцы в большей степени, чем раньше, обратили внимание на возросшую доходность сельского хозяйства. Они принимали меры к укреплению своей феодальной собственности на землю путем превращения наследственных "держаний крестьян в пожизненные, а пожизненных –в срочные, что приводило к ухудшению" условий крестьянского держания, к увеличению многочисленных феодальных поборов, как регулярных, так и взимавшихся при определенных случаях (рождение, брак, смерть в семье крестьянина, продажа имущества и т. п.). Одновременно с этим феодалы в своих собственных хозяйствах, где это представлялось возможным, расширяли овцеводство и отводили новые участки земли под лен, коноплю и другие технические культуры. Рост барских хозяйств, чаще всего за счет узурпации общинных угодий и сокращения крестьянских, участков, был связан с массовым распространением крепостного состояния крестьян (Leibeigenschaft) и увеличением их барщинных повинностей.