Чтение онлайн

Экономическая статистика двух президентских сроков Б. Клинтона однозначно свидетельствовала о впечатляющих успехах, достигнутых его администрацией на пороге нового века. Беспрецедентный рост ВВП США (ежегодно в среднем более чем на 3 %); ликвидация дефицита федерального бюджета и достигнутое впервые за последние 42 года превышение дохода над расходами (в 1998 г. — на 1,2 %, а в 2000 г. — до 2 % ВВП); значительное сокращение государственного долга США (с 68 % в 1993 г. до 57 % ВВП в 1999 г.); падение инфляции до уровня менее 2 % в год, сокращение уровня бедности до наиболее низкого уровня за последние 20 лет, а уровня безработицы до самого низкого за последние 30 лет показателя (в 1998 г. — 4,5 %); достижение американцами одного из самых высоких уровней жизни в мире — все это давало основание утверждать, что последнее восьмилетие было одним из самых успешных периодов в экономической истории американского государства XX в.

Коренные изменения в международной обстановке, происшедшие с начала 90-х гг., окончание «холодной войны» позволили администрации Клинтона сократить почти на 1/3 вооруженные силы США и военные расходы (в основном за счет устаревших видов вооружений). [253] Страна упрочила одновременно (в первую очередь за счет новейших технологий) свое военное превосходство и сохранила в основном свое военное присутствие на Европейском континенте, в Азиатско-Тихоокеанском регионе и в зоне Персидского залива. Администрации Клинтона удалось укрепить и расширить структуру НАТО и даже усовершенствовать координацию военной и внешней политики Североатлантического сообщества в условиях прекращения существования противостоявшего ему военно-политического блока стран — участниц Варшавского договора.

Достигнутое военное превосходство над всеми другими государствами мира дало основание Министерству обороны США объявить целью своей военно-стратегической политики достижение «свободы от нападения и свободы нападения» при возникновении конфликта с любым противником. В конце своего президентства Клинтон объявил об имеющихся планах развертывания национальной системы противоракетной обороны США (ПРО) для защиты американской территории и американских вооруженных сил за ее пределами от оружия массового поражения, к которому могут прибегнуть гипотетические противники США. С учетом вызванной этим объявлением настороженной реакции европейских союзников и крайне негативного отношения к этому решению со стороны России, связанной с США заключенным в 1972 г. Договором по ПРО, президент США счел более разумным оставить решение этой проблемы следующей администрации. В ходе состоявшихся в 1999 г. встреч с президентом России Б. Н. Ельциным, а в 2000 г. с президентом России В. В. Путиным был сделан ряд заявлений, призванных свидетельствовать о намерении США соблюдать ранее заключенные с Россией соглашения по вопросам ограничения и сокращения вооружений, включая Договор по ПРО. В сентябре 2000 г. в ходе состоявшегося в Нью-Йорке «Саммита тысячелетия» было принято совместное заявление президентов Б. Клинтона и В. В. Путина, в котором подчеркивалось, что Россия и США «подтверждают свою приверженность договору по ПРО как краеугольному камню стратегической стабильности».

Итоги деятельности администрации Клинтона в сфере мировой экономики, испытывающей неоднозначные последствия развивающейся глобализации, оказались достаточно впечатляющими. Завершившийся при Клинтоне процесс создания в Североамериканской ассоциации свободной торговли позволил США образовать совместно с Канадой и Мексикой некий противовес растущей экономической мощи Европейского союза (ЕС), [254] а в своих перспективных планах предусмотреть образование аналогичного альянса и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Прямым результатом деятельности администрации в международно-экономической области стало создание в 1995 г. при активном участии США Всемирной торговой организации (ВТО). [255] Укрепление американских позиций в крупнейших международных экономических организациях, однако, не смогло полностью устранить серьезные расхождения между США и их европейскими союзниками по целому ряду торгово-экономических и финансовых проблем, связанных, в частности, с прерогативами Европейского союза, введением единой европейской валюты, торговлей сельскохозяйственными товарами и т. п. Инструменты экономической многополярности — Европейский союз, Всемирная торговая организация, Всемирный банк и Международный валютный фонд могли рассчитывать на американское сотрудничество лишь в тех случаях, когда их деятельность не только не противоречила, но и в возможно большей степени отвечала интересам корпоративного капитала США.

XXI в. предстояло войти в историю Соединенных Штатов как столетию, начало которого ознаменовалось весьма неубедительно проведенным испытанием американской избирательной системы. Уже имевшие место в прошлом «нестыковки» уникальной системы избрания президентов страны проявились особенно остро в день выборов 7 ноября 2000 г.

Предвыборная борьба, как и все без исключения предвыборные кампании последних десятилетий, не отличалась сдержанностью эмоций и чистотой помыслов соперников и поддерживающих их политических сил. В пользу Демократической партии свидетельствовали успехи американской экономики в годы администрации Билла Клинтона. На руку же Республиканской партии играли скандалы, периодически потрясавшие эту администрацию. Накануне дня выборов наиболее обоснованным представлялся прогноз победы с небольшим перевесом голосов одного из двух основных претендентов на пост президента США — кандидата от демократов вице-президента США Альберта Гора или кандидата от республиканцев губернатора штата Техас и сына 41-го президента США Джорджа Уокера Буша.

Результаты голосования рядовых американцев дали преимущество в более чем 500 тыс. голосов А. Гору. Но в конечном счете исход выборов определили голоса избирателей всего лишь одного штата — Флориды, сомнительный метод подсчета которых присудил преимущество, а с ним и решающие голоса выборщиков этого штата и победу на выборах Дж. Бушу-младшему. Для этого понадобилось вмешательство Верховного суда США. Неубедительность победы Буша проявилась также и в том, что Республиканской партии не удалось завоевать достаточной поддержки электората для обеспечения своего контроля над Палатой представителей.

В ходе предвыборной кампании сложился образ Дж. Буша-младшего как консерватора, преисполненного чувством сострадания к простым американцам и решительно настроенного утвердить Соединенные Штаты в роли единственной мировой сверхдержавы, диктующей однополярному миру правила поведения, но не обязанной соблюдать их, если они противоречат ее национальным интересам. В основу внутриполитического курса новой администрации были заложены опыт и взгляды самого президента в бытность его губернатором Техаса (подправленные опытом его отца, экс-президента США, и его окружения, члены которого вошли в новую администрацию или обрели реальную возможность влиять на ее решения).

То, что представлялось обычной риторикой предвыборной борьбы и первых месяцев администрации Буша-младшего, оказалось в действительности дальнейшим развитием внешнеполитической концепции, разработанной еще в конце 70-х гг. многочисленными правоконсервативными организациями. В 1997 г. группа американских неоконсерваторов, в которую вошли видные представители военно-промышленного комплекса США, подготовили «Проект нового американского века» (Project for the New American Century), который предусматривал разработку современного видения глобальной роли США на базе основных элементов «внешнеполитического успеха администрации Рейгана», обеспечившего мировое лидерство США в условиях однополярного мира и возросшей американской военной мощи. Это «новое видение» включало укрепление Североатлантического сообщества и его расширение на Восток вопреки «попыткам России воспрепятствовать этому процессу»; развитие сотрудничества с традиционными союзниками на основе безоговорочного признания ими политического, экономического, военного и даже культурного лидерства США; активизацию сотрудничества США с возникающими «европейскими демократиями» и содействие их вступлению в НАТО, отказ от международных обязательств, противоречащих интересам США, в том числе реализацию намерения США выйти из Договора по ПРО 1972 г. и создание национальной системы противоракетной обороны. Видные члены этой и других правоконсервативных организаций, в том числе Р. Чейни, Д. Рамсфелд, П. Волфовиц, заняли ответственные посты в администрации президента Буша-младшего, став кураторами военной и военно-промышленной политики американского государства. Вновь обрели статус основополагающих концепций теории «американской исключительности», осуществления внешней политики с позиции силы и т. п.

Идеология доминирующего положения США в мире — «Рах Americana» («американский мир»), опирающаяся на политическую и военную мощь, была подкреплена обретенным в последнее десятилетие экономическим превосходством США в международном масштабе. Проповедуемые Соединенными Штатами принципы свободной торговли и глобализации рассматривались как инструменты защиты национальных интересов. Администрация Дж. Буша-младшего дала понять всему миру, что американское государство готово к применению военной силы и при необходимости противостоять даже в одиночку любой явной или потенциальной угрозе интересам США как на региональном уровне, так и в глобальном масштабе. Такому решению во многом способствовал колоссальный отрыв Соединенных Штатов от других стран мира, включая и их европейских союзников, по уровню военных расходов и военных технологий. [256]

США вступили в новый, XXI в. экономически наиболее могущественной державой. Такое представление складывалось главным образом на базе официально публикуемых статистических данных, и в частности результатов проведенной в 2000 г. общенациональной переписи, зарегистрировавшей, что страна с населением ок. 281,5 млн человек располагала невиданными возможностями влиять на экономическую ситуацию в любой точке земного шара.

Международная ситуация, отличительной чертой которой было противостояние двух военно-политических блоков и антагонистических государственных систем, ушла в небытие. На смену изжившему свое время антикоммунизму, некогда объединявшему Америку и Европу и оправдывавшему жизненно важную необходимость их союза, пришел антитерроризм. Он стал основной внешнеполитической задачей администрации и позволил Соединенным Штатам вновь возглавить очередной «крестовый поход», утвердившись в роли глобального лидера. В феврале 2002 г. президент запросил согласие конгресса на самое большое повышение военных расходов за последние двадцать лет, мотивировав его необходимостью мобилизации Америки на борьбу с терроризмом.

На протяжении 2001 г. состоялось четыре встречи Дж. Буша с президентом В. В. Путиным (в рамках международных встреч). Но лишь в результате двухсторонней встречи, состоявшейся в ноябре 2001 г., оба президента официально зафиксировали вступление их стран «на путь новых отношений для XXI столетия и преодоление наследия «холодной войны».

Такой оценке состояния российско-американских отношений на тот момент во многом способствовала создавшаяся в мире напряженная обстановка, вызванная трагическими событиями 11 сентября 2001 г., когда в результате террористической акции арабских пилотов-камикадзе погибли ок. 3 тыс. человек, работавших в подвергнувшихся нападению зданиях Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и в здании Пентагона в Вашингтоне (больше, чем погибло американских военнослужащих в Пёрл-Харборе в декабре 1941 г.). Статус США как наиболее могущественной державы мира и ее военный потенциал оказались не в состоянии предотвратить эту акцию.