Чтение онлайн

— Зачем тебе это?

Лучин же только улыбнулась и положила руку ей на колено.

— Успокойся, Варис. Поверь, ей не под силу с тобой соперничать. Посмотри — она ведь совсем не красавица. В ней нет того, что любит в женщинах Государь.

— Да, ты права. Как только сумерки опускаются на землю, мы одеваемся в свои лучшие наряды, и нас выстраивают в ряд, затем Государь выбирает ту, которая проведет с ним всю ночь.

Музыка стихла, девушки встрепенулись, как испуганные лани и обернулись.

— Неужто Государь допустил к нам Алукара?

— Да, ты права. Давай займем место поближе к госпоже Мармога.

Варис и Лучин вскочили с подушек и, не попрощавшись, поспешили к группе женщин, разместившихся вокруг фонтана. Я заинтересовано склонила голову, ожидая появление того, кто заставил затаить дыхание всех остальных. Из арки, ведущий в личный сад Государя, вышел высокий мужчина с очень смуглой кожей, черными, как смоль волосами и карими глазами. У него было гибкое, мускулистое тело, как у хищника и столь же пронзительный взгляд. Красиво очерченные губы незнакомца изгибались в издевательской улыбке. Его ярко красная рубаха была распахнута на груди, а черные шаровары подвязаны столь же красными лентами. По натянутым нервам, казалось, полоснули ножом, предупреждая об опасности. Адаис вопросительно взглянула на меня, не понимая, что со мной произошло.

— Все в порядке, не беспокойся.

— Катарина…

Я обернулась на голос и увидела… Мориса.

— Морис! Как я рада тебя видеть!

— Тише, Ката.

Он быстро поставил на ковер кувшин с вином и два бокала, а затем поклонился и произнес:

— Меня взяли сюда слугой. Помнишь того здорового мужика на корабле, который следил за тем как выгружают товар?

Я кивнула головой и дала знак, чтоб он налил мне вина, чтоб другие ничего не заподозрили.

— Так вот, он иногда сопровождает служанок на рынок, находящийся неподалеку Дома. Если мне удаться убедить его помочь нам, я сообщу тебе.

— Спасибо, вы можете идти.

— Как пожелаете, госпожа.

Адаис закусила губу, чтоб не закричать от счастья, а я смотрела вслед мальчику. Какой же он все-таки молодец! Только оказался в Доме, а уже нашел способ бежать. Надеюсь у него все получиться. Почувствовав на себе чей-то внимательный взгляд, я обернулась и встретилась глазами с Алукаром. Он улыбнулся мне и кивнул головой, после чего вновь заговорил с Маргомой. Та же встала и подняла руку вверх, приказывая замолчать.

— Дорогие дамы, сегодня Государь сделал нам подарок — нам будет петь сам Алукар.

В тот же момент воздух взорвался аплодисментами, на что мужчина только едва приподнял уголки губ, а в его глазах застыла скука. Несмотря на это его музыка проникала прямо в сердце, заставляя душу и сознание дергаться в такт с ней. Не выдержав, я встала с ковра, взяла за руку Адаис и поспешила в комнату. Сердце же мое кричало в небо: "Кетан!".

Спустя несколько часов девочка уже спала, а мне так и не удавалось заснуть. Все попытки, даже пересчет упрямых овец, не помогли мне погрузиться в мир Ворфа. Со злостью скинув одеяло, я села на кровати и обернулась к Адаис, которая тихонько постанывала во сне, сжимала кулачки и звала маму. Видимо, ей снился кошмар, но я не знала, как ее успокоить, поэтому только лучше укрыла одеялом и вышла из комнаты. Мягкий ковер заглушал шаги, тем самым позволяя без свидетелей выбраться в Сад, скрытый от всего мира высокой стеной. Я вдохнула прохладный воздух и медленно направилась к фонтану, прислушиваясь к ночным звукам, а особенно к успокаивающему журчанию воды. Луна мягко освещала все вокруг, в том числе меня. Подол ночной рубашки трепал ветер, вселяя надежду. Я запрокинула голову назад и сама не заметила, как начала танцевать. Смех и учащенное биение сердца заглушили все звуки. Казалось, еще немного и я взлечу вверх, оставляя за собой боль, горечь потери, усталость, разочарование, но тонкая цепь надежды, веры, любви держали крепче "земного тяготения". Я резко остановилась и улыбнулась еще одному научному выражению, взятому из книг. Одиночные аплодисменты вырвали меня из раздумий, и я обернулась, чтоб увидеть их хозяина. Передо мной, в тени неизвестного мне дерева, стоял Алукар. Он усмехнулся, подошел ближе и одними губами произнес:

— Восхитительно!

Смутившись, я сердито спросила:

— Что вы здесь делаете?

— Наблюдаю за вами.

На глупый вопрос был дан глупый ответ. Как будто я ожидала другого.

— Как вас сюда пропустили? Вам запрещено находиться в этом саду.

— Разве?

Я посмотрела ему прямо в глаза и шепотом произнесла:

— Да.

Алукар тряхнул головой и взял меня за руку.

— Отпустите меня.

— Это глупо так бояться. Поверьте, я ничего плохого вам не сделаю.

Почему-то я ему поверила, и даже не пыталась вырвать руку.

— Зачем вы пришли сюда?

— А вы?

— Я не могла заснуть.

Он печально улыбнулся, потянул меня к фонтану и произнес:

— Я тоже. Мне стало скучно, и половина ночи была потрачена на то, чтобы найти себе развлечение.

Сев на траву, Алукар взглянул на небо. Я села рядом и тоже залюбовалась звездами.

— Кто вы?

— Поэт, художник, музыкант, повеса… Вам это интересно?

Я тряхнула головой и произнесла:

— Нет.

— А вы кто?

— Наложница. — Я горько усмехнулась и посмотрела на Алукара.

Он дотронулся до моей щеки и прошептал:

— Что мне сделать, чтоб вы улыбнулись?

— Зачем?

— Я так хочу. Вы из Изграна?

— Да.

— Как вы попали в рабство?

Я закрыла глаза и произнесла:

— Меня вытащили из воды. Если вы хотите помочь, верните то, что было при мне: кинжал с изумрудом в рукояти и амулет виде хагарта.

Алукар отстранился и задумчиво постучал себя по подбородку, затем, не проронив ни слова, вскочил с земли и растворился в темноте. Спустя некоторое время он вернулся и протянул мне амулет. Хагарт свернулся клубочком и едва светился в темноте, но все же светился, а это значит, что Кетан жив.

— Но как?

Алукар подмигнул мне, поставил корзинку с вином, фруктами и сел рядом.

— Секрет. Ваш кинжал находиться у Государя, поэтому я не могу его добыть. За мою помощь вы расскажите мне о себе и поможете распить бутыль вина.

Я кивнула головой, сжимая в руке свою надежду.

— Я, виэль Катарина Бэлфор. После проявления Дара, меня вскоре забрали в Академию, а оттуда я попала в Изгран.

— Академия? Хмх… так получается вы из Голадена. Не из той ли страны, где король скрывает от своего народа магию? Вот вспомнил одну загадку — что известно всем, но не народу Голадена?

Я нахмурилась и хотела уже возразить, но промолчала, а Алукар продолжил:

— У нас все по-другому. Мы знаем о Даре. Вот только воспользоваться им может элитный класс: князья и приближенные к ним. Смешно?

— А как же другие?

— Они каждый месяц должны проходить обязательню процедуру: высасывание энергии с помощью горгонов — червяков, которые питаются ею. Их вывел один наш сумасшедший маг. На нем они были и опробованы. Держите.

Я глотнула вина прямо из горла и дотронулся до ран на шее. Вот отчего они. Не хотелось ни о чем говорить, поэтому между нами повисла тишина. Алукар же даже не собирался прерывать ее, просто сидел рядом и ел яблоко. Почему-то вновь стало смешно, именно до обидного смешно и я рассмеялась: до боли в горле, до покалывания в сердце. Резко, отрывисто, как смеялся бы вирт Тагорет, а Алукар молчал, ничего не делал, просто смотрел и молчал. Смех, как будто пытался разорвать легкие и вырваться из тела на свободу. Алукар улыбнулся и ударил по лицу рукой. Я резко замолчала. Щеку жгло, как будто ее прижгли огнем. Алукар взял из моих рук вино, сделал большой глоток, поставил бутыль на землю и ушел, а я осталась одна, так и держа руку у щеки. Что на меня нашло? Покачав головой, я встала и пошла в комнату, намереваясь в любом случае заснуть — с меня хватить, надо отдохнуть или сойду с ума.

Не хотелось вставать с кровати, рядом возилась уже проснувшаяся Адаис, а я не могла даже разлепить глаза. Казалось, меня переехала повозка вдоль и поперек, не оставив ни одного живого места. С кряхтением, как старуха, я села и зевнула. Адаис, весело улыбаясь, напевала себе под нос какую-то песню — нельзя было сказать, что ей снились кошмары. Мне стало стыдно, хотелось вновь зарыться под одеяла, но гордость заставила меня встать и пойти умываться. Одевшись, мы вышли в Сад. Многие девушки уже завтракали, а другие спешили в соседнее с Домом здание, там, рядом с Купальней, находилась беседка Развлечений, где можно было упражняться в музыке, рисовании, написании стихов и рассказов. Меня это нисколько не интересовала, да и малышка не выказывала интереса, поэтому мы просто реши прогуляться по Саду. Я сначала с наигранным, затем с настоящим интересом рассматривала незнакомые растения, а Адаис стеснительно рассказывала все, что о них знала. Наши сердца бились в унисон, надеясь, что Морису удаться уговорить охранника провести нас на рынок, а время, как будто издеваясь, неторопливо пробегало секунды и минуты, не желая хоть в этом нам помочь. Вот, наконец, наступила долгожданная ночь, и мы расположились близ той же пальмы, которую приметили в первый раз. Я заметила Мориса раньше, чем Адаис и махнула рукой, подзывая к себе. Он торопливо поклонился одной из наложниц и поспешил к нам. Наклонившись, чтоб налить сока, Морис произнес: