История своей судьбы
Шрифт:
Павел пожал плечами.
– Не за что ему меня благодарить. Это просто потребность моей души, помогать им, после того, как увидел этих детей и условия их содержания.
К ним подошёл официант, любезно предлагая изысканные алкогольные напитки.
Поблагодарив, они взяли по бокалу шампанского и продолжили свой неспешный разговор.
– Светик, ты сегодня очень красивая!
Павел улыбнулся, обращаясь к жене друга.
– Роскошное платье!
– Спасибо, Паша! Ты, как всегда, галантен. Я старалась. Ты тоже очень красивый сегодня!
– Эй, заканчивайте в моём присутствии, любезничать, – прервал их трепетное общение Сергей. – И, вообще Романов, нашёл бы ты себе какой-нибудь новый женский объект на вечер, что ли…
Павел улыбнулся.
– Я не за этим сюда пришёл.
– А напра… сно… – растягивая буквы, произнёс Павловский, куда-то устремив свой зачарованный взгляд. – Света, а ты была действительно права. Жена Ольховского необыкновенно хороша.
Когда знакомая фамилия прозвучала из уст друга, Павел медленно обернулся и посмотрел в сторону дверей зала.
И в эту же самую минуту, ему показалось, что свет в зале резко погас и все исчезли, стихли громкие разговоры, музыка и лишь в том месте, где стояла восхитительная молодая женщина, было светло.
Романов машинально протянул свой бокал другу и медленно, словно заворожённый направился в её сторону, но сделав несколько шагов вперёд, резко остановился, словно замерев на месте.
Милана стояла у входа в роскошном шифоновом платье в пол, цвета яркой бирюзы. Оно струилось по её стройному телу от лёгкого ветерка, гуляющего в огромном бальном зале.
Павел медленно заскользил глазами по её фигуре.
Хрупкие плечи были открыты взору Романова, потому что платье было лишено бретелей. Её нежная, гладкая кожа в зоне декольте, при ярком освещении искусственного света казалось, была похожа на нежную кожицу спелого персика. Гладкая, бархатистая и необыкновенно притягательная. Густые чёрные волосы, уложенные наверх, оставляли на её плечах и спине тонкие завитки непослушных выпавших прядей. Её лицо было полно свежести и нежного румянца.
Романов обводил его изучающим взглядом.
Слегка полуопущенные пушистые ресницы, аккуратный носик и нежные, чуть тронутые розовым блеском губы.
Она смущённо смотрела по сторонам и удерживала рукой под локоть своего мужа.
Влад ослепительно улыбался и, отвешивая многочисленные приветственные поклоны собравшимся гостям, вёл её за собой в центр зала.
Они прошли совсем рядом, и Романов ощутил на своём лице её нежный запах духов.
Он невольно повернул голову и посмотрел ей вслед.
Спустя несколько минут, её волшебный аромат всё ещё кружил за её спиной дивным, магическим шлейфом. Пленительное сочетание сладкой ванили и чайной розы, приправленное лёгкой горчинкой изысканного тёмного шоколада.
Милана двигалась грациозно и легко, словно не касаясь ногами пола.
Романов зачарованно смотрел на неё, не трогаясь со своего места.
Он вздрогнул и пришёл в себя, лишь от неожиданного прикосновения к своему плечу чужой руки. И немного помедлив, перевёл рассеянный взгляд на друга.
Сергей улыбался и пристально смотрел в глаза Павла.
– Послушай, дружище, ты ведёшь себя крайне неприлично.
– Почему?
– Знаешь, что написано сейчас на твоём лице, когда ты смотришь на неё?
– Интересно, узнать. И что же?
– Жгучее желание. Ты хочешь её прямо здесь и сейчас.
Павел смерил Сергея недовольным взглядом.
– Ты с ума сошёл и говоришь глупости. Просто она…
Сергей не дал ему договорить, прервав его.
– Павел! Просто она, жена нашего врага. Тебе нужно каждый раз говорить себе это, когда ты смотришь на неё и видишь перед собой всю эту красоту.
Романов не моргая, смотрел на Павловского, и лишь спустя мгновение, согласно кивнул головой.
– Ты прав. Она, всего лишь жена нашего врага. Ладно, пойдём в зал. Скоро начнётся официальная часть.
– Ну, вот это уже другой разговор. Узнаю прежнего Романова.
Сергей улыбнулся подошедшей к ним жене и, взяв её под локоть, направился вместе с Павлом в зал.
Романов на мгновение, ещё раз обернулся и посмотрел на Милану, но настойчивая рука друга уже увлекала его за собой, и ему невольно пришлось прийти в себя, и настроиться на предстоящую официальную часть благотворительного мероприятия, ради которого, он собственно говоря, сюда и приехал.
Глава 5
Весь оставшийся вечер для Романова был окончательно испорчен. Собранность и координация внимания покинули его окончательно. Всю официальную часть благотворительного бала, он то и дело поворачивал голову вправо, и смотрел только на Милану. Она сидела рядом с Ольховским через два ряда от него и внимательно смотрела в сторону сцены.
Павел бросал редкие взгляды на выступавших представителей городской власти и коллег по благотворительности, и не слышал ничего из того, что они говорили. Он нежно ласкал взглядом затылок Ольховской, и мысленно касался пальцами её волос. Видел её сосредоточенный взгляд на происходившие действия со сцены и, не отрываясь, смотрел на её обнажённые плечи и губы, которых она периодически касалась кончиками своих пальцев.
Когда официальная часть мероприятия была окончена, он временно потерял её из виду. Но когда толпа собравшихся гостей плавно рассеялась в огромном бальном зале, и пары закружились в вальсе, он снова заметил её, стоящей у стены в абсолютном одиночестве.
Она робко смотрела по сторонам и крепко сжимала в подрагивающих пальцах маленькую серебристую сумочку.
Павел поискал глазами Ольховского.
Влад стоял в окружении деловых партнёров немного в стороне, и увлечённо что-то рассказывал.
Романов снова перевёл взгляд на Ольховскую.
Видел, что она явно чувствовала себя не в своей тарелке в этом напыщенном обществе. Плечики её поникли, некогда ровная спина ссутулилась, и она перестала гордо держать марку великосветской красавицы. Ещё раз, грустно взглянув на мужа и, развернувшись, Милана медленно направилась к дверям, на выход из зала.
Павел, не раздумывая пошёл за ней следом, пытаясь держать между ними приличное расстояние, дабы не нарушать её уединение. Но любопытство, снедающее его, подгоняло стремительно идти вперёд. Желание узнать, куда она направляется, изводило его мысли жгучим нетерпением.