Чтение онлайн

На этом континенте помимо Марокко, Алжира, Туниса и Египта, где преобладает татуировка прокалыванием, выполняя функции украшения, лечения и амулета, практически повсеместно распространено шрамирование с использованием краски. От Лимпопо до Нигера и устья Конго шрамы делают с помощью разрезов или раздражением кожи едкими соками растений. Самые причудливые примеры можно найти в районе среднего течения Конго, где изображения замысловатые, разнообразные, с определенным наложением отдельных деталей друг на друга. С течением времени племенные знаки перепутались, утратили свое первоначальное значение и почти везде превратились в украшения. У тайных обществ есть свои особые знаки; также существуют шрамированные композиции, которые должны привлекать внимание женщин, и келоидные рубцы — для обмена на еду на небесах (экой); другие примеры необычных и спорадических функций нанесения шрамов. Даже в начале XX в. в некоторых районах Африки грудным детям наносили метку матери. Подробно рассказали о существующих традициях тату Генри Джунод — о тонга и Тернер — у цветных шахтеров Южной Африки, показав, насколько важны табу и обряды при шрамировании девочек, достигших половой зрелости. Каждая молодая женщина баргезу сама делает себе шрамы — носит в течение нескольких лет кольцо с крюком. Особо интересный вопрос — о нанесении знаков на тело в Древнем Египте — мы рассмотрим далее в нашей книге.

Считается, что у эскимосов татуировки появились на Аляске — именно оттуда племена расселились к Гудзонову заливу и на Гренландию. Боас, Ринк, Стеффансон, Кранц в своих работах показали, что тату протягиванием под кожей нити, предварительно смазанной сажей, практикуется во всех племенах. Распространены рисунки двух видов: знак на подбородке для женщин, означающий достижение половой зрелости и брачного возраста, и почетный знак для успешных китобоев. Расмуссен, в течение трех лет (1921–1924) изучавший эскимосские племена, наблюдал и их тату. Богорас упомянул о тату у чукчей, сделанных с теми же целями, что у эскимосов. Шрамирование было в моде у американских индейцев, в основном в связи с потогонной церемонией, обычно сопровождающей инициацию мальчиков. Параллельные надрезы иногда делались на щеках майя на Юкатане. Такие знаки изображены на маленькой фигурке в красном одеянии, которая находится в Королевском музее Берлина. Майя окрашивали лицо и тело в красный цвет и делали татуировку разрезами. Этот народ считал такие знаки почетными. Гуэтаре Коста-Рики татуировали на руках изображения животных, чаще других — ягуара. Диего де Ланда утверждает, что тату прокалыванием было знаком мужества, и те, у кого не было этого знака, подвергались насмешкам.

Отец Бернардино де Сахуган был одним из первых испанских миссионеров в Мексике и автором книг, описывающих религию, образ жизни и обычаи древних мексиканцев. Сахуган написал свой знаменитый труд Histiria de la Cosas de la Nuera Espa~na на местном языке, известном под названием «науатль». Очевидно, в Древней Мексике краска для тела использовалась чрезвычайно широко. Сахуган утверждает, что в месяце Токскатль жрецы, используя каменные ножи, делали разрезы на телах детей обоего пола — на груди, животе и руках. Женщины отоми на груди и руки наносили орнаменты синей краской с использованием маленького инструмента, который закрепляет красящее вещество на коже. Татуировка прокалыванием обычно делалась женщинам при вступлении в брак; привычным для всех жителей был знак на лице с цветным изображением животных. Возможно, обычай татуировки прокалыванием имел давнюю историю, потому что такие знаки часто видны на ликах памятников. Льюис Спенс рассказывает, как все тело ацтекского юноши, избранного для принесения в жертву богу Тецкатлипоке, покрывали черной краской. В честь бога Ксипе на лица обычно наносили красные и желтые полосы. Когда мальчик, посвященный богу Кецалькоатлю, завершал второй год ученичества, на его груди делали небольшой надрез, считавшийся особым знаком служения.

Окрашивание тела и татуировка прокалыванием в Северной Америке распространены чрезвычайно широко. Окрашивание обычно связано с ритуалами колдунов и шаманов, войной, церемониальными танцами. Краской также наносятся знаки племени и клана, иногда — на лица умерших, чтобы обеспечить их узнавание предками на небесах. Окрашивают тела близнецов и их родителей — с должным церемониалом. Мы уже описывали посвящение детей пауни небесному богу, сопровождавшееся нанесением краской на тело ребенка символических знаков, с сопутствующим церемониалом и песнями. Татуировка прокалыванием в основном связана с тотемными знаками: хайда — лучший пример из многих. Татуировка и окрашивание были известны на всех Больших и Малых Антильских островах, куда бежали из Южной Америки араваки, преследуемые более воинственными карибами. Важность племенных и клановых знаков отмечали все авторитетные авторы. Вот что писал Дж. Г. Бурк о моки (хопи): «Каждый клан или род, посылающий представителей на бега или ритуальные танцы, „маркирует“ их тотемными или родовыми эмблемами, такими как орел, или условными изображениями на груди и спине».

Есть множество свидетельств о том, что инки или их предшественники достигли высокого мастерства в татуировке прокалыванием, но цели этой операции и связанных с ней обрядов, если таковые существовали, неизвестны. В одном из изданий по археологии есть превосходное изображение исполненных краской и татуированных знаков инка. В описательном тексте к иллюстрации, где изображены высохшие человеческие останки из Перу, сказано: «На многих мумиях, извлеченных из своих бинтов на месте, были заметны следы краски на руках и верхней части тела. Там были изображения звезд и дротиков, которые также были видны на одежде. Профессор Вирчоу (Virchou) дал заключение, что здесь речь идет не только о внешнем окрашивании — красящее вещество проникло в ткани». Джойс, цитируя ранних испанских историков Гарсиласо и Съеса де Леона, утверждает, что, когда в Южную Америку прибыли испанцы, вдоль побережья жили люди, которые татуировали лица острыми камнями — от уха до подбородка.

Обнаруженные Райсом и Штюбелем тату композиционно симметричны, техника их нанесения весьма высока, а их «получатели» — лица обоих полов разных возрастов — от восьми лет до зрелости. Археологические свидетельства колумбийской цивилизации чибча включают штампы, которые использовались не только для нанесения знаков на одежду, но, возможно, и на тело. На человеческом лице, изображенном на сосуде (керамика Труксилло), который хранится в Британском музее, мы можем увидеть еще один вид татуировки — вдоль нижней челюсти.

Татуировка, краска и шрамирование широко использовались на Амазонке и вдоль ее притоков. Полукруглые черные полоски часто наносят в середине лица, покрывая нижнюю часть носа и рот. Перекрещивающиеся линии рисуют на груди и животе, вдоль рук и ног проводят полосы.

В Бразилии для татуировки характерны прямые линии и «кляксы». Здесь нет грациозно изогнутых кривых. Элегантностью дизайна отличились туткуны с верховьев Амазонки. Они татуируют на каждой щеке завиток, исходящий из уголков рта. Но все это не сравнится с мастерством жителей Таити или Новой Зеландии. Иллюстрации сложной раскраски для церемонии с танцами приведены в «Людях всех наций», например, рисунок для танца змеи, для которого на тело каждой девушки наносят изображение, являющееся частью целого, весьма привлекателен. Утверждают, что тату используется для обозначения племени или ранга. А вот индейцы ленгуа из Чако редко прибегают к татуировке, но краской для лица пользуются часто. На фотографиях Пола Эненрайха показаны результаты шрамирования под глазами женщин карайя — знаки, представляющие собой окружности. Описывая племя тоба, кочующее в центральной части и на юге Чако, Гвидо Боггиани изобразил композиционно несбалансированный, но хорошо исполненный рисунок на щеке женщины, живущей в центральной части Южной Америки. Мартиус изучил характерные бразильские тату и отметил их удобство для быстрого определения «свой-чужой». Молодых девушек татуировали их матери, мальчиков — отцы. Мужчины из племени патамона, в Гвиане, делают разрезы на груди, руках и ногах, а потом в раны втирают едкий сок — это должно было обеспечить им успешную охоту. Антипы не слишком увлекаются татуировкой и на свои руки и ноги наносят простой орнамент — кресты, круги, волнистые линии. Уп де Граф исследовал эту практику и, не заметив следов внешнего влияния, счел ее местной. Однако он все-таки обнаружил заимствование — татуировку букв L.L.F., которые антипы видели на попавших к ним в руки сигаретных пачках.

Обычное явление среди южноамериканских аборигенов — изоляция девочек, достигших половой зрелости. У тоба им делают тату — линии на руках и шрамы под грудями. У. Б. Грабб, бывший миссионер в Чако Парагвая, рассказывал, что после начала первой менструации девушка находилась в уединении три дня — в гамаке, подвешенном к крыше хижины, лицом к стене. В это время ей остригают волосы, запрещают говорить и есть. Затем в течение года она воздерживается от употребления мяса и рыбы и может заниматься только прядением и ткачеством.

Самое подробное описание татуировки в Южной Америке дал Добрицхоффер, миссионер, проживший восемнадцать лет среди абипойнов, кочевников Парагвая: «Они (абипойны) наносят на лица разные знаки, одни являются общими для обоих полов, другие используют только женщины. Они прокалывают кожу тонкой колючкой и посыпают рану пеплом. У них всех знак в форме креста на лбу и две маленькие полоски в уголке каждого глаза, которые тянутся к ушам, а также четыре поперечные линии на переносице между бровями — национальный знак. Что означают эти фигуры, я не могу сказать». По достижении половой зрелости девочек татуируют в несколько этапов, в течение которых каждая из них несколько дней должна была находиться взаперти, в доме своего отца, ограничивая себя в еде.

Существенным доказательством распространения практики татуировки прокалыванием от мыса Бэрроу на Аляске до мыса Горн стали рассказы об этом многих путешественников. Среди них описание знаков на теле у фузгинов: «Много людей обоего пола окрашивали в белый, красный и коричневый цвета разные части тел и накалывали линии точками на лицах. Фузгины, как и жители Андаманских островов, разными цветами и знаками выражали эмоциональные состояния. У коренных жителей Огненной Земли разные сочетания красок на лице означают разные узы дружбы, есть свое сочетание и для официальных визитов. Краска на лицах может передать новость о смерти родственника и сообщить, как он умер. Женщины красят лица по большей части для украшения, используя красный, белый и черный цвет».

Изложенный выше обзор дает понять, что практики окрашивания тел, шрамирования и татуировки мирно сосуществуют, занимая одинаковое или разное положение во времени и пространстве. Для этих практик не существует географического предела. Единственное, что сдерживает распространение татуировки прокалыванием, — слишком темная кожа многих аборигенов (татуировка на ней не видна). Поэтому банту, негрито, австралийцы и папуасы прибегают главным образом к окрашиванию тел и шрамированию, которое достигло совершенства в регионе Конго и применялось для нанесения племенных знаков, а также в терапевтических и декоративных целях.