Чтение онлайн

Обычно именно арбалетчики, стоявшие на флангах и перед фронтом готового к атаке конного орденского войска, первыми вступали в сражение, являясь застрельщиками в буквальном смысле этого слова. Отстрелявшись, арбалетчики отходили назад через проходы в строю стоявших за ними конных рыцарей. Для рукопашного боя каждый арбалетчик был вооружен мечом и кинжалом. В комплект его защитного вооружения в «классическую» эпоху войн с язычниками в Пруссии и Ливонии, как у всех братьев-рыцарей и братьев-сариантов, к числу которых и принадлежали конные арбалетчики, входили шлем, кольчатая броня с капюшоном, длинными рукавами и кольчужными чулками и щит.

Тактическое построение орденского войска (в том числе и в сражении при Танненберге 15 июля 1410 г.) состояло из многочисленных конных арбалетчиков, спешивавшихся перед началом стрельбы, и меньшего числа тяжеловооруженных рыцарей (последние сражались, выстроившись клином).

Дальность стрельбы из арбалета достигала в описываемое время 400 м, а дальность прицельной стрельбы — более 100 м. На расстоянии 300 м арбалетный болт пробивал кольчатую броню. Умелые арбалетчики умудрялись выпускать по неприятелю две стрелы-болта в минуту.

Арбалеты орденских стрелков-баллистариев (передвигавшихся в конном строю) имели ложе из твердых пород дерева и составное луковтце. Тетивы были сплетены обычно из конопляных волокон или скрученных кишок и натягивались при помощи специального поясного крюка (или нескольких крюков). Перед тем как натянуть тетиву, арбалет ставили на землю вертикально, луком вниз. Затем стрелок упирался ногой в специальное стремя — скобу, укрепленную на торце ложа арбалета, и, нагнувшись, цеплял крюки за тетиву баллисты. Когда арбалетчик разгибался, крюки, поднимаясь вместе с ним, тянули за собой тетиву арбалета до тех пор, пока она не заскакивала за фиксирующие зубцы. Существовали и более мощные, тяжелые и дальнобойные арбалеты, тетива которых натягивалась при помощи специального ворота. В Тевтонском ордене в качестве арбалетчиков выступали не только воины низкого звания — полубратья — и наемники, но и «братья-рыцари».

Для стрельбы из арбалета применялись специальные укороченные стрелы-болты с массивными, прочными наконечниками. Общий вес арбалетного болта мог достигать 150 г, поэтому он без труда пробивал самый прочный кольчужный, а иногда и кованый пластинчатый доспех. К тому же из арбалета было проще, чем из лука, вести прицельную стрельбу.

Повествуя в своей «Ливонской хронике» о войнах тевтонов с ратниками великого князя Московского, Бальтазар Рюссов писал: «Русский с юности привык поститься и обходиться скудной пищей; если у него есть вода, мука, соль и водка, то он может долго прожить ими, а немец не может». Данная констатация в гораздо более сжатой форме содержится и в известной русской пословице: «Что русскому здорово, то немцу смерть».

Не зря немецким воинам испокон веку приписывают поговорку: «Война войной, обед — обедом». В том, насколько большое внимание они во все времена придавали соблюдению правильного режима питания, можно убедиться на примере армии Тевтонского ордена.

Давно прошли те времена, когда пища и питье отцов-основа-гелей госпиталя Пресвятой Марии Иерусалимского Тевтонского дома, по утверждению Петра из Дусбурга, «были настолько скудны, что цвет и запах хлеба или бобов был едва различим человеческим зрением и обонянием», когда братья ордена «с умерщвленной душой и радостным лицом» отказывались принимать в пишу мясо «даже в положенное время».

В мирное время гебитигер (начальник) «орденского дома» (в этом случае «гебитигером» был комтур) или крепости-«орденсбурга» (в этом случае гебитигером был кастеллан, или каштелян) и орденские братья вкушали пищу за одним столом в трапезной (лат.«рефекториум», нем.«ремтер»), храня во время еды полное молчание. Иногда назначался чтец (обычно из числа братьев-священников — как правило, они были единственными грамотными среди членов ордена), читавший вслух священные или нравоучительные тексты. После того как братья-священники и братья-рыцари, завершив трапезу, вставали из-за стола и, прочитав благодарственную молитву («Благодарим Тебя, Христе Боже наш, еже насытил нас земных Твоих благ, не лиши нас и Небесного Твоего Царствия!»), за стол садились сарианты, а вслед за ними — слуги (кнехты).

Пища братьев и слуг не отличалась большим разнообразием. В их ежедневный рацион непременно входили хлеб и каша (овсяная, пшенная или гречневая), а также серый и белый горох. В закромах орденских замков постоянно хранились большие запасы овса, проса, пшеницы и ржи. Поскольку братья являлись не только монахами, но и воинами, им необходимо было высококалорийное питание, в том числе масло, сыр, творог и, разумеется, мясо. Чаще всего они ели говядину и телятину, но не брезговали также и свининой. Подобно обычным католическим монахам описываемой (и не только описываемой) эпохи, тевтонские воины-монахи пили не только чистую воду, но и пиво, мед, плодово-ягодные вина, молоко, а со временем (по мере развития виноградарства) перешли и на местное виноградное вино. В постные дни вместо мяса ели рыбу, сыр и яйца.

В походе-рейсе основными продуктами питания были хлеб и пиво. При этом проводилось четкое различие между «господским хлебом» (нем.«герренброт»), который пекли для командного состава, братьев-рыцарей и гостей ордена (знатных крестоносцев), с одной стороны, и «хлебом для слуг» (нем.«кнехтброт»), которым должны были довольствоваться воины низкого звания — с другой. В походе господа пили главным образом вино, а слуги довольствовались пивом.

Провиант, который брали с собой в поход крестоносцы и воины ордена, не должен был портиться на протяжении нескольких недель (столько обычно длились орденские рейсы в земли язычников), и потому состоял главным образом из сухарей, соленой, копченой, сушеной и вяленой рыбы, сала, копченого мяса, колбас, ветчины и солонины. По возможности брали с собой муку, чтобы печь из нее хлеб в походе.

Естественно, при захвате языческих селений все найденные там припасы и вся живность съедались подчистую.

В рацион участников военных рейсов ордена в Пруссии непременно входила и так называемая «круда» — смесь различных сладких сухофруктов, сдобренная пряностями, анисом и кориандром. Существовала даже специальная профессия круденера (крюденера, криденера) — кондитера, специализировавшегося на изготовлении круды и одновременно торговавшего этим высококалорийным лакомством. Особенно славился кулинарными талантами своих круденеров подчиненный Тевтонскому ордену портовый город Данциг. В 1405 г. для снабжения участников рейса в Литву свежим хлебом был зафрахтован целый корабль, превращенный в плавучую пекарню (нем.«бакшифф»). Кроме того, участники орденских рейсов, если представлялась такая возможность, брали с собой в поход живой скот (обычно быков) и домашнюю птицу в клетках, чтобы иметь возможность питаться свежим мясом хотя бы на начальном этапе военной экспедиции.

Провиант, предназначенный для транспортировки на вьючных лошадях, телегах или санях (в зимнее время), упаковывался преимущественно в бочки или в мешки. Шедшая в голове походной колонны тевтонов провиантская команда доставляла на место очередного ночлега необходимую провизию (виктуалии) для воинов, а также овес и сено для лошадей еще до подхода основных сил орденского войска. Воины ополчений, направленных в состав орденского войска подчиненными ордену городами и сельскими общинами, а также светскими рыцарями — ленниками ордена, обычно сами заботились о пропитании, транспортировке провианта и снаряжения. Участвовавшие в тевтонских рейсах знатные крестоносцы (в отличие от приученных к воздержанию в пище и питье членов ордена) старались ни в чем себе не отказывать даже в суровых условиях прусского театра военных действий. Так, в 1363 г. для принимавшего участие в рейсе против литовских язычников знатного французского сеньора Жана де Блуа был нанят специальный повар, «искусный в печении пирогов с разнообразной начинкой и в приготовлении изысканных паштетов», а также зафрахтован отдельный корабль, на борту которого в садках со свежей водой везли живую рыбу.

Судя по этому описанию, французы, в отличие от неприхотливых в пище и питье братьев ордена (не говоря уже о русских воинах, довольствовавшихся, если верить западноевропейским путешественникам, горстью толокна в день), уже в XIV в. были не только героями, но и сибаритами.

Приведем для наглядности цены на некоторые продовольственные и непродовольственные товары в прусских владениях Тевтонского ордена в период наивысшего расцвета тамошнего орденского государства (1340—1411):

Хорошая молочная корова: 18 скотов.