Чтение онлайн

С этими словами он просто исчез, а рука Миаленики схватила воздух на его месте. Обессиленно опустившись на кровать, девушка постаралась успокоить вздымающуюся грудь и дышать менее учащенно. Неужели богам так трудно было сказать это все с самого начала? Зачем было заводить настолько далеко и заставлять ее идти в это дальнее и длительное путешествие, ради информации, которую можно рассказать за пять минут? Зла на богов не хватало капитально, но ничего сделать с этим она сейчас не могла. Венториэль должен изгнать бога смерти, он знает как это сделать и ему нужна помощь, вот что главное, и Миа в состоянии оказать ее ему. Если конечно переступит через себя и пойдет на то, что прежде казалось совершенно недопустимым.

Встав на ноги, они вышла на балкон и оперлась о перила. Отсюда открывался вид на Апатию. Голые ветви деревьев простирались далеко вперед, за ними можно рассмотреть редкие проезжие дороги и крыши далеких городов. Опустив взгляд вниз и увидев все ту же веревку из штор, благодаря которой она спустилась отсюда в прошлый раз, Миа подумала было о побеге. Ведь по ту сторону Апатия, и бог смерти не найдет ее там, не убьет после рождения ребенка. Надо просто скрыться от людей, сменить имя, затеряться среди простых жителей и никогда не вспоминать о том, кто она такая. Ведь есть вероятность, что так Хенорп никогда не найдет их. Сильнее обхватив пальцами поручень, Миаленика встряхнула головой, отгоняя минутную слабость и наваждение.

Кто сказал, что ей нужно прятаться? Для чего? Благодаря воскрешению, она может заставить любого человека делать что угодно ради нее, нужно просто научиться этому и тогда ей даже не нужно будет что-то давать им взамен. Проделанные опыты с Аластером и солдатом доказывали такую возможность и она просто не могла упустить своего шанса. Она может помочь Венториэлю победить Хенорпа, и если лидер совета простит ей способ, которым она это сделает, то у них еще будет шанс стать настоящей семьей. Ее ребенок тоже бессмертен, а значит Вент не лишится всех, кого он любит из-за их естественной смерти от старости. То, чего она так опасалась всегда не сбудется и все будет хорошо. Но для этого нужно заманить бога смерти сюда и позволить сделать то, чего он так давно хотел.

***

Миаленика не смогла принять решение до конца дня, как и до конца следующего дня. От одной мысли, через что ей придется пройти бросало в дрожь. А когда она представляла, как к этому может отнестись Венториэль, все надежды на счастливое будущее ее семьи рушились и смысл такого поступка терялся. По сути, сейчас девушка обдумывала измену любимому для их собственного блага, если это можно так интерпретировать, и ей становилось дурно от самой себя.

Не в состоянии больше находится в одиночестве и сходя с утра от однообразных мыслей, Миа неожиданно для всех в один из вечеров вышла из комнаты и замерла на пороге спальни с именем Венториэля на двери. Возле камина сидели и грелись Люций, Дейв и служанка, где была другая парочка солдат она не знала, но просто стоя и наблюдая за тем, как троица что-то обсуждает и смеется, герцогиня даже не прислушивалась к их словам. Просто смотрела на людей, не общавшихся друг с другом до путешествия сюда и сейчас, спустя больше месяца совместного пребывания, просто мило разговаривающих друг с другом.

Они все успели познакомиться, узнать, подружиться, все, кроме нее. Миаленика понимала, что не вписывалась в их общество и даже если сейчас просто присядет рядом, то не сможет вникнуть в разговор или поддержать беседу. Ведь круг ее интересов в последнее время довольно узок и ни о чем другом думать просто не могла. Первым присутствие герцогини заметил Люций. Какое-то время он просто смотрел на нее, пытаясь понять, что она здесь делает и чего ждет, но не дождавшись никакой реакции, едва заметно кашлянул, привлекая к себе внимание и тем самым прервав оживленный диалог Дейва.

– Вы что-то хотели, ваше высочество? – поинтересовался Люций, заставляя Миаленику вернутся к действительности и отогнать нахлынувшие на нее рассуждения про спутников и то, насколько сильно они сблизились за прошедшее время.

– Вы бы пошли на поступок, который Вам омерзителен ради благой цели? Зная, что Вы поможете этим доброму делу и многим людям? – поинтересовалась она, а в помещении воцарилась гробовая тишина. Потрескивали только дрова в камине. Три пары удивленных глаз смотрели на нее, стоявшую в дверях комнаты, и кто знает, не подслушивали ли солдаты из соседней. Напряжение на лице Люция говорило лучше любых слов, не стоило спрашивать у него такого, но девушке было больше не у кого спросить. Следовало бы попросить его выйти и поговорить наедине, но ради столь незначительного вопроса тратить время на это не хотелось.

– Если бы я знал, о чем конкретно речь…– начал было он пытаться выведать больше информации, но Миаленика отрицательно замотала головой.

– Нет, просто да или нет, без подробностей и вопросов. Это не значит, что я поступлю как вы скажите, но мне очень поможет принять решение. Вы достойный человек, Люций, и я уверена, что на моем месте вы бы поступили правильно. Я лишь хочу знать как, и уже сама решу, что мы будем делать дальше, – спокойно проговорила она, давая всем понять, что сейчас может решиться их судьба, – я нашла то, ради чего сюда ехала, и сейчас мне надо понять, что делать с этой информацией, – на всякий случай пояснила девушка, если до слушателей еще не дошел смысл разговора.

– Мне всегда было омерзительно убивать людей, особенно перед первым разом, я не мог поверить, что вообще когда-нибудь кого-нибудь убью. Но когда настал момент и перед мной встал выбор, выполнить свой долг, переступив через это, или же подвести своего короля, отца, себя, но ничего не сделать, я выбрал убийство. Не знаю насколько это можно сравнить с вашей ситуацией, какой бы она не была, но если совесть от содеянного не будет съедать вас всю жизнь, и если на карте стоят те, кого любите, кем дорожите и ваш долг, то все омерзительное перестает таким быть, – пожал плечами Люций, наблюдая за выражением лица собеседницы. Она стояла в дверях, свет от камина почти не доставал до туда, но его хватало. Остальные двое людей в помещении предпочли молчать и наблюдать за происходящим не издавая ни звука.

– Благодарю вас, – положительно кивнув, она развернулась и направилась к своей комнате, стараясь не показывать дрожи в руках. Вскочив на ноги, Люций в два шага оказался в коридоре и застал девушку, открывающей дверь.

– Ваше высочество, я обязан вернуть вас живой своему брату и моему королю, я надеюсь вы… – но он не успел договорить. На губах Миаленики появилась улыбка и она снова покачала головой, пытаясь рассмотреть собеседника, но так как сейчас он стоял в тени коридора, а за спиной у него разливался свет, то Люций выглядел просто черной фигурой.

– Я не могу умереть, Люций, не в ближайшие месяцы, можешь не беспокоиться на этот счет. Прошу этой ночью меня не беспокоить, что бы вы не услышали, что бы ни случилось. Нам всем нужно хорошо выспаться и набраться сил. Завтра соберите вещи, подготовьте все, мы выдвигаемся в обратный путь, найдите что-нибудь, что не даст нам замерзнуть по ночам, доброй ночи, – неожиданно отдала она распоряжение и скрылась за дверью комнаты, оставив собеседника недоумевать в одиночестве.

Прислонившись спиной к закрытой двери, Миаленика набрала в грудь воздуха и заперла ее изнутри. Пройдясь по комнате, она окинула взглядом окно без штор и темноту за ним. На дворе стояла кромешная ночь. В раздумьях девушка совершенно потеряла ощущение времени, да и не следила за ним давно. Слова Люция не подходили под ее ситуацию, но открыли глаза на некоторые вещи и в воздухе повис вопрос, который она не успела задать вестнику бога смерти. Что станет с Венториэлем, если он вступит в битву с Хенорпом, пока тот слишком силен, а у лидера совета не достаточно божественной силы для победы? Ведь если Венториэль проиграет и погибнет, то сейчас в первую очередь перед ней стоит вопрос спасения его жизни, а не чего-то другого. Взвесив все, что крутилось в голове, Миаленика поняла, что у нее просто нет другого выбора. Сглотнув ком в горле, она выпрямилась в полный рост, вспомнила, кто она такая и встала посреди комнаты, как положено лицам ее статуса.

– Хенорп, – единоразового произнесения оказалось недостаточно, бог смерти либо не услышал ее, либо просто не признал и не обратил внимания на произнесенное кем-то свое имя. Не удивительно, столько людей скорее всего сейчас молятся ему, призывают, что это имя раздается во всех уголках мира, кроме Апатии, – Хенорп, тебя зовет Миаленика Кленская, если не появишься, я больше этого не сделаю, никогда в жизни, и ты сам будешь виноват, что упустил свой шанс, – этого оказалось вполне достаточно. Балконная дверь стремительно открылась и в помещение резким потоком влетел сгусток тьмы, принявший облик человека за несколько секунд. Пока он принимал форму и внешние очертания, Миа застыла, наблюдая краем глаза за происходящим, – только прими пожалуйста свой истинный облик, ну или какой хочешь, но только не Венториэля, – неожиданно для самой себя заявила она, отмахнувшись от него и стараясь смотреть в любую другую сторону.