Чтение онлайн

В 922 году могилу викингов на территории Украины описал арабский купец Ахмет ибн Фадлан. Говоря о местных жителях, он писал, что они смешались с варягами, а жены князей убивали себя после смерти мужей.

По системе рек и озер норманны систематически проникают в Восточную Европу, вступая в контакты (чаще всего торговые) с местным населением. В отличие от норвежских викингов, бороздивших под красно-белыми парусами далекие океаны, свей — предки современных шведов чаще осваивали торговые пути и богатые рынки Арабского халифата и Нового Рима (Византии).

После смерти Рюрика его воевода Олег организовал около 882 года поход на Киев, убил Аскольда и объединил Киевскую землю со Славней на севере. За время своего княжения (882–912) он присоединил (примучил) сиверян, деревлян, уличей, тиверцев, кривичей, радимичей, ходил походами на Византию в 907 и 911 годах.

Именно появление на Руси первых князей скандинавского происхождения, их дружин послужило основой так называемой норманнской теории происхождения государственности на славянской земле. Известно, что Екатерина II для изучения и анализа древних летописей, последующего написания истории Российской империи пригласила в страну немецких ученых. Один из них — Г. З. Байер (1694–1738), член Петербургской Академии наук с 1725 по 1738 год, считается родоначальником этой теории. А. Л. Шлёцер (1735–1800) в течение шести лет анализировал «Повесть временных лет», придя к выводу: варяги на Руси являлись важным для структур государства элементом, но вспомогательным — военной кастой. Г. Ф. Миллер (1705–1783) собрал внушительную коллекцию копий древних источников по русской истории, оригиналы которых впоследствии оказались утраченными. Все экземпляры его диссертации во время дискуссии 1749–1750 годов были сожжены — из-за того, что в ней не подвергался сомнению тезис о призвании варягов на Северную Русь. В то же время В. Н. Татищев (1686–1750) полагал: призвание варягов не что иное, как миф; примерно так рассуждал и М. В. Ломоносов. Современные историки, опираясь на 39 томов выпущенного с 1842 по 1997 год собрания русских летописей, оценивают рассказ о призвании варягов на Русь как достаточно достоверный.

Но в 2000 году появилась еще одна гипотеза русского историка Г. И. Анохина. Из нее следует, что в г. Руса в финно-угорской земле у слияния рек Порусья и Полнеть жили славяне-солевары, а их рабочая одежда называлась «варяжа» или «веряжа». Имя Рюрик он тоже относит к славянскому слову «ререг», т. е. «сокол малой породы».

Заметим, что известный торговый маршрут «из варяг в греки» возник задолго до появления на Руси скандинавов, но расцвет его связан с постройкой норманнами вдоль Днепра и Двины укрепленных посадов-факторий и развитием экономики Западной Европы. Он потерял свое значение после первого крестового похода (1096–1099). Кроме него, существовал иЗаложный путь — на Балканы ив Венгрию, Соленый— к Таврии, на Дон и Волгу, а также маршрут от Германии к хазарам — «Великий меховый путь» через Ладогу и Новгород, Волжскую Булгарию и Хазарский каганат к странам Востока.

С приходом норманнов на Русь местное население заимствовало у них навыки охоты на пушную дичь с помощью капканов. Кроме того, хотя воинские дружины существовали у русичей с VI–VII столетий, их военно-фактическая выучка находилась на крайне низком уровне в силу мирной земледельческой природы славян. Поэтому варяги, являясь ударной силой княжеских войск на Руси, привнесли высокую для того времени систему организации, обучения и вооружения армии. Достаточно сказать, что большинство мечей в Киевской земле IX — первой половины XI века происходили из Рейнской области Германии или из Скандинавии. Только со второй половины XI столетия подобное оружие стало производиться и ремесленниками Руси. В течение XIX–XX веков на европейской части России (СССР) было найдено более ста древних мечей либо их фрагментов, большей частью именно зарубежного происхождения (типичный меч викинга был длиной 1 м, шириной 6 см).

Анализ подписей в договорах Руси с Новым Римом (Византией) 911 и 944 годов показал, что в них 80 и 68 процентов соответственно «фамилий» воинской верхушки князей Олега и Игоря — явно варяжские: Карл, Роанд, Игелд, Анун, Алдан, Фарлаф и т. п. Были и ираноязычные: Сфандр, Прастен, Истр и др.

Длительное время не менее семи порогов Днепра носили скандинавские названия: Ульворси, т. е. Островной, Геляндр — Звонкий, Аэифор — Ненасытец, Варуфорос — Вольный и другие. Именно так они упомянуты в хронике Константина Багрянородного «Об управлении империей».

Многочисленные женские украшения скандинавского происхождения, обнаруженные при раскопках вокруг Чернигова, Новгорода, Ярославля, Смоленска, Киева, свидетельствуют о том, что часть скандинавов прочно обосновалась на Руси. По данным шведского исследователя И. Ианссона, в эпоху викингов сюда могло переселиться до 10 процентов женского населения Средней Швеции.

Осевшие в славянских землях скандинавы (их количество П. А. Сорокин определял в 100 тысяч человек) ориентировались на активное восприятие местных традиций и языка. Высказываются предположения, что первые письменные договоры между Русью и Византией составлялись на древнеславянском языке, а дипломаты Киевской земли давали клятву не нарушать их от имени славянских языческих богов.

Современные ученые полагают, что вклад в формирование и укрепление государственных институтов Руси внесли как норманны, так и местное население, следует лишь точнее определить долю каждого.

В IX — первой половине X века арабские, византийские, западноевропейские авторы четко различали славян и русов, понимая под последними скандинавов. Специфика деятельности этих торговцев-воинов нашла отражение в их названии — «ротсман» или «ротскарл» (от скандинавского слова «роте» — грести), что означало— «гребец, участник похода на гребных судах». Финские племена, встретившие выходцев из территорий нынешних Швеции и Норвегии раньше славян, по-своему переделали это название на «роотси» или «руотси». В современных финском и эстонском языках корни «рютс», «руте», «руотс» обозначают — швед, шведское. Многие филологи сходятся на том, что именно из эстонского слова «роотси» произошла его ославяненная форма — «русь». Так, в 839 году император Византии Теофилий упоминает о киевском князе как о кагане Rhos.

Есть и другие объяснения термина «Русь»: от сарматского слова «rhos» — свет, от существовавшей на юге Франции международной торговой организации Рус. Академик И. Г. Пидопличко полагал, что данное слово составлено из двух: «ра» — солнце и тюркского «су» — вода, что означало — «люди солнечных вод». Иные считают, что его истоки — в названиях рек Рось, Роставица, Росава, племени роксоланов.

Столь же дискуссионной является и проблема происхождения Киева: его основателями видят то вождя белых хорватов Кия, то хазар, для которых он был опорной крепостью на торговом пути от Итиля к Регенсбургу. Данную точку зрения поддерживает и автор романа «Азия» О. Сулейменов. В конце XIX — начале XX века историки И. Даревский и Н. Малышевский утверждали, что Киев как городское поселение основали евреи. Н. Закревский в книге «История Киева» писал: первоначальное название Киева «Циев» или «Киун» якобы говорит в пользу данной концепции.

Выше уже упоминалось об Аскольде, Олеге (Хельг), Игоре. Хронология правления Олега, скорее всего не принадлежавшего к династии Рюриковичей, заставляет предполагать, что за 33-летний период существовали два Олега.

Прежде всего отметим, что структура управления в Киевской Руси складывалась несколько по-иному, нежели в Западной Европе. Если там элита существовала за счет пожалованных поместий, на Руси местное руководство кормилось от территорий, которыми они управляли. Вотчинная собственность возникла на Руси только в XI веке.

Итак, язычник Олег около 882 года совершил в Киеве династический переворот. Возможно, вечевой, полуреспубликанский Новгород не нравился Олегу, и он предпочел править в автократическом монархическом Киеве. Странно, что Е. Прицак утверждает, якобы вовсе не Олег захватил Киев, а в 930 году им овладел Игорь. Чтобы обезопасить Киевскую землю от норманнских отрядов, Олег ежегодно уплачивал Новгородскому княжеству по 300 гривен дани (т. е. 120 кг серебра).

В этот период Новгородское и Полоцкое княжества являлись серьезными соперниками Киеву. Достаточно отметить, что с 860 года им уплачивали дань прибалтийские племена. Зачастую чисто символическая и незначительная по объему (в основном рыбой и янтарем), она, однако, свидетельствовала о формальном признании сюзеренитета этих княжеств. При Олеге, Игоре и Святославе племена ливов, эстов, ижора участвовали в походах на Византию в составе дружин русичей и варягов.

В то же время в Константинополе существовала многочисленная колония русичей из путешественников, паломников, духовных лиц, военных, купцов, их прислуги и т. д. Еще до начала X века, видимо, Византия и Русь имели договоры «мира и любви», заключаемые обычно на тридцатилетний срок.

В начале X века верховенство Киева признали 12 племен. Но созданное Олегом государственное образование было нестойким, организационно аморфным, племенные союзы сохранили широкую самостоятельность, а их верхушка— богатство и власть. Лишь борьба с кочевниками и походы на Византию, сулившие большую добычу, заставляли племена объединяться.