Чтение онлайн

Пестрая структура поземельно-общинной и подворной форм землевладения в Украине (если на Правобережье общины владели 3,5 % земли, то на Левобережье — 51,6 %; в Харьковской губернии было 93,1 % общинных земель, а в Полтавской — лишь 17,9 % и т. д.) стала причиной того, что результаты реформы были различны в разных районах. Украинское крестьянство восприняло мероприятия П. А. Столыпина как избавление от чересполосицы и помещичьего монополизма во владении землей. За 1907–1916 годы в Украине было создано 981 697 хуторов и отрубов, что составило 14,4 процента от всех видов хозяйств (по всей стране их насчитывалось 10 %). Ведь хутора были типичны для хозяйственного уклада Украины еще со второй половины XVIII века. Но тогда они вырастали, как правило, на купленной или подаренной земле, которой хозяева владели на правах фактической собственности. Хутора основывали различные слои населения: гетманы, казачья старшина, монахи, казаки, мещане, купцы. Чаще всего на хуторах велось комплексное хозяйство, включавшее хлеборобство, животноводство, винокурение, имелись пасеки, мельницы, плотины на реках. Если в 1740 году на территории Прилуцкаго полка насчитывалось 10 хуторов, то в 1780-м — уже 400. В уездах Черниговского наместничества к 1785 году от 25 до 40 процентов поселений составляли именно хутора, в южной части их было еще больше — от 67 до 80 процентов. Они отличались высокой для того времени товарностью, поставляя на рынки мед, табак, сало, горилку, лошадей, крупный рогатый скот. В силу такого наследия хуторская система укреплялась и в последующем, углублялась ее специализация. По количеству хуторов за полвека до столыпинской реформы в Украине лидировала Полтавщина. К примеру, в 1846 году Кобелякский уезд имел 453 населенных пункта, в том числе 307 хуторов, Лохвицкий — 210 и 105 соответственно. Реформа начала XX столетия изменила статистику хуторов, но не тенденцию.

…Важным компонентом столыпинской «революции сверху» являлась переселенческая политика. За 1907–1914 годы из Европейской части Российской империи на свободные земли за Урал переселились 3,3 миллиона крестьян, включая 1,2 млн украинцев. Переселенцам предоставляли по 15 гектаров земли на главу семьи и 45 — на остальных ее членов. Из-за материальных трудностей, нехватки рабочих рук и орудий труда, непривычного климата в Украину вернулись около четверти всех переселенцев.

Результатом реформы стало снижение на 29 процентов темпов разорения крестьянства, приватизация земли остановила сокращение числа середняцких хозяйств с 6–9 десятинами. Зато больше появилось дворов, обрабатывающих от 9 до 15 десятин, ив 1916 году их числилось около 8 процентов. После 1906 года резко сократился рост количества хозяйств, распоряжающихся 15–50 и более десятинами.

Реформа несколько замедлилась после убийства 1 (14) сентября 1911 года в Киевском оперном театре эсером-максималистом Д. Г. Богровым ее инициатора П. А. Столыпина (ранее на премьера было совершено 11 покушений).

С 1910 до 1913 года посевные площади в украинских губерниях выросли почти на миллион десятин, а в канун Первой мировой войны здесь был собран рекордный урожай зерновых — 1,2 миллиарда пудов. Из Сибири в Германию, Данию, Англию экспортировались перед войной миллионы пудов сливочного масла — только в 1912 году от его продажи в Британию бюджет получил 68 миллионов рублей, что вдвое больше, чем доход всей России от добычи золота.

Но наличие двух миллионов малоземельных дворов со средним наделом две десятины (половина из них не имела ни рабочего скота, ни коровы), низкая продуктивность и товарность многих хозяйств, где урожайность зерновых колебалась от 9 до 10 центнеров на гектар, закладывало основы будущих конфликтов. В руках помещиков осталось более 10 миллионов десятин пашни, причем наиболее крупные экономии представляли собой высококультурные хозяйства, где выращивался элитный скот, применялись передовая агротехника, улучшенные семена. Кроме того, на землях помещиков собиралось до 90 процентов сахарной свеклы, засевалось две пятых культурных трав. Вследствие того, что основным лозунгом борьбы украинского крестьянства за землю являлся ее уравнительный передел, гнев малоземельной части села обращался не только против дворянства, но и против жителей хуторов.

Развитие индустрии, неизбежное при этом повышение уровня грамотности и общей культуры вызвали к жизни заметный национальный и духовный подъем. Отдельный социальный статус получила интеллигенция Украины, расширились источники ее формирования, рос интеллектуальный уровень. Согласно положению 1785 года, интеллигенция освобождалась от телесных наказаний, могла в третьем поколении получить дворянство, владеть предприятиями.

По методологии профессора П. Магочи, национальное возрождение у славянства прошло три стадии развития, начавшись в XIX веке, после изобретения учеными (во время Великой французской буржуазной революции) самого понятия отдельных национальностей. Для Украины оно шло в неблагоприятной атмосфере уже потому, что в 1804 году указом Александра I было запрещено обучение в школах на «малороссийском наречии».

Истоки украинского интеллектуального подъема связаны со Слобожанщиной, где 17 января 1805 года был официально открыт первый в Украине университет. Он надолго взял на себя миссию проводника высокой культуры, стал научно-просветительским центром Харьковского учебного округа, куда входила территория восьми губерний, Донского и Кубанского (Черноморского) войск. При университете была основана типография, выпустившая только за первые десять лет 210 различных изданий, что составляло половину всех книг, опубликованных за это время в империи. К 1812 году приурочен выход первого периодического издания в российской Украине — «Харьковского еженедельника» (напечатано 12 номеров). В нем помещались материалы исторического, экономического, этнографического характера, бюллетени метеорологических наблюдений станции В. Н. Каразина в селе Кручик.

С 1816 года в университетской типографии писатель В. Г. Маслович издавал первый и единственный тогда в Украине журнал юмора и сатиры «Харьковский Демокрит». На протяжении 1816–1818 и 1820–1823 годов харьковский журналист, а затем профессор-филолог А. А. Вербицкий редактировал «Харьковские известия». В ежемесячнике «Украинский вестник» (1816–1819) впервые поместил критические и литературоведческие работы на украинском языке профессор (позже ректор) Харьковского императорского университета П. Гулак-Артемовский. Этот научный, литературный и общественно-политический журнал объемом до 350 страниц имел ярко выраженную украиноведческую направленность. Украшением «Украинского вестника» стали прекрасные путевые зарисовки, этнографические очерки и раздумья И. Вернета — швейцарского гражданина, влюбленного в природу Украины и ее народ.

В дальнейшем Харьков явился местом выхода таких периодических изданий, как «Украинский журнал» (1823–1825), «Харьковская Муза», «Украинский музыкальный журнал», «Утренняя звезда» и другие. В 1834 году здесь были изданы на украинском языке «Малороссийские повести» Г. Квитки-Основьяненко — отца украинской прозы. Как директор и режиссер местного профессионального театра, он пополнил его репертуар своими неувядаемыми произведениями: «Сватання на Гончарівці», «Шельменко — денщик», «Шельменко — волосний писар». Изучению и популяризации украинского народно-песенного творчества посвятили свои труды Н. Костомаров, И. Срезневский. Три сборника украинских народных песен издал первый ректор Киевского университета М. Максимович.

В 20—40-х годах XIX столетия студенты А. Метлинский, П. Боровиковский, А. Корсун и другие создали кружок «харьковских романтиков». В своих поэзиях они воспевали подвиги запорожцев, казачьи общественные порядки как идеал социальной справедливости.

Важно подчеркнуть, что в первой четверти XIX века в Российской империи сложилась политическая триада— «православие, самодержавие, народность». Усилиями министров просвещения А. Шишкова и С. Уварова эта триада вводилась как инструмент абсолютной монополии государства и правительства на всю духовную жизнь отдельного гражданина и общества в целом. Еще в наставлении А. С. Шишкова для Совета Харьковского университета 1825 года говорилось, что народное воспитание во всей империи должно быть, несмотря на разницу верований, только российским, а все инородцы обязаны преимущественно изучать историю и законы Российской державы. Заложенная в эту триединую формулу задача: перебросить мост через пропасть между образованными классами общества и неграмотным крестьянством, создать политическую русскую нацию из этноса так и не была выполнена из-за отсутствия подлинного духа «народности».

Одной из особенностей развития национальной культуры XIX века являлось преобладание «антикварных» исследований украинской старины, другой— восприятие романтизма на украинской почве в русской редакции. Отсюда и появление на великорусском языке ряда исторических повестей на тему прошлого казачьей Украины. В 1817 году Ф. Глинка опубликовал роман «Зиновий Богдан Хмельницкий, или Освобожденная Малороссия», в 1827–1833 годах вышли два романа И. Голоты. Осталась в архиве историческая эпопея П. Билецкого-Носенко «Зиновий Богдан Хмельницкий, Историческая картина событий, нравов и обычаев XVII века в Малороссии». Носитель умеренно-монархических взглядов историк Д. Бантыш-Каменский в четырехтомном труде по истории Украины защищал идею автономного казачьего самоуправления. Более решительно правомерность самостоятельного управления в Украине отстаивал автор пятитомника Н. Маркевич (его работа вышла в 1842–1843 годах).

До середины XIX столетия многие литераторы воспринимали историю украинских земель, песни и думы украинцев почти исключительно как областническую экзотику. Перелом в этом отношении произошел с началом работы в 1842 году «Комиссии по разбору древних актов» и выходом в 1856–1857 годах «Записок о Южной Руси» П. Кулиша, где преобладал исследовательский уклон, обращалось внимание на достоверность исторического источника. Почти документальное отображение событий июня 1663 года представляла его повесть «Черная рада», она точно передавала колорит времени и отличалась психологически верными зарисовками действующих лиц. В принципе авторы исторических сочинений XIX века всячески стремились дистанцироваться от политики, но политический фактор все равно вторгался в их сферу, влияя чаще всего негативно на качество работы. К тому же определяющим стержнем развития украинской исторической концепции стал этико-религиозный принцип.