Чтение онлайн

Он побывал, наверное, во всех или почти всех странах мира. Большая его квартира ломилась от книг и сувениров со всех концов света. Он был для меня примером многие годы. Но именно он, когда мне оставался всего год учиться в школе, рассказал о том, как долги могут казаться морские переходы и бесконечными вахты, как трудно иметь семью, постоянно находясь в плавании и так далее.

С другой стороны, мой дед и отец были офицерами военной разведки, и я решил пойти по их стопам, но всё же передумал и решил стать инженером.

Многие люди мечтали жить и работать в Москве, именно поэтому, я не хотел иметь с Москвой ничего общего, несмотря на представлявшиеся возможности. Однако, вот он я. Лежу на кровати в первопристольной и я — офицер разведки.

По иронии судьбы мне приходились делать то, что поначалу я отвергал. Я сторонился того, что было модно, но влипал в это, несмотря на свои прежние убеждения. С этими мыслями я провалился в сон.

 Проснулся что-то около семи вечера. Сборы мои были недолгими.

Пользуясь автобусами, добрался до нужного мне района. Прошёл несколько дворов насквозь, спустился по переулку до нужного дома.

Было без пяти девять. Я заглянул в свой коммуникатор. Готлиб был дома, только что вернулся с прогулки с собакой. Я проверил его квартиру на предмет скрытых микрофонов, видиокамер, охранных устройств. Его трёхкомнатная квартира была чистая. Огромная пустая квартира. Собака была гарантом от непрошенного вторжения.

Я подошёл к железным дверям подъезда с кодовым замком. Открыть такую дверь и раньше не было большой проблемой, теперь дело было и того проще. Я сосредоточился на замке, прошептал заклинание, и дверь распахнулась.

Неторопясь поднялся по лестнице на третий этаж. Не доходя до площадки, я остановился и пробормотал несложное заклинание. Огромный ротвейлер за дверью теперь спал. Я так составил заклинание, что добавление только одного слова пошлёт собаку в вечный сон.

Собаку было жалко, но участь её решена. Без хозяина, жизнь для неё не будет иметь смысла. Будет немилосердно оставлять её тосковать по хозяину. Это и небезопасно.

Теперь настал черёд двери квартиры. Дверь тоже была железная, но обитая с двух сторон дермантином. Я поколдовал над замком несколько секунд и тихо вошёл в тёмный коридор. Ротвейлер лежал на полу у дверей и мирно спал.

Я прошёл в гостиную. Готлиб сидел в кресле и смотрел на экран выключенного телевизора. При моём появлении он повернул голову и посмотрел на меня.

 — Владимир Маркович, вы знаете зачем я здесь, — начал разговор я.

 — Знаю, вопрос только: с какой стороны?

 — С правильной стороны. Вас долго использовали, настало время отвечать за содеянное.

 — Не надо громких слов, — поморщился Готлиб.

 Я усмехнулся. Действительно, что это меня понесло в такую высочайшую лирику?! Я не мастер слова и не пламенный трибун, надо переходить сразу к делу.

 — Мне нужны номера счетов, суммы, имена, кодовые слова и так далее.

 — А если я откажусь?

 — Возможно, вы думаете, что вам всё равно умирать. Это верно, но умирать можно по-разному. Можно быстро и аккуратно, а можно очень долго и не совсем приятно.

В глазах Готлиба зашевелился страх. Как большинство интеллигентов, мой подопечный боялся обычного физического насилия. А уж про изощрённые способы и говорить нечего. Впрочем, изощрённых методов допроса все боятся.

 — Я не буду стращать вас пытками, — продолжил

я. — Подумайте сколько вреда вы принесли государству и людям, ваша супруга была убита по вашей милости. Спасите хотя бы детей. Они не станут миндальничать, как я. Вы знаете это.

Готлиб молчал. Он как-то сник, когда я упомянул его жену. Странно, мне всегда казалось, что термин "постарел на глазах" — только литературный оборот. В нём произошло еле уловимое изменение, которое можно бы было описать именно такими словами. Кончина жены была его уязвимым местом. Он действительно считал себя виноватым в её смерти.

Я не торопил его. Лицо его сейчас было не столько испуганным, сколько отрешённым. Затем Готлиб кивнул головой, отвечая на собственные мысли.

 — Знаете, я чувствовал, что сегодняшний вечер будет не совсем особенным . . . Запоминайте или записывайте . . .

Три часа спустя я поднялся со своего места и пробормотал заклинание. Готлиб побелел, тело его вытянулось, и он затих, отправившись на встречу со своей супругой. Затем я пробормотал последнее слово, делая услугу сторожу. Собака теперь тоже была мертва, разгуливая где-то в садах собачьего рая. Я вышел на площадку, убрал заклинанием все следы своего нахождения в квартире и вышел на улицу.

Покуковав в Москве ещё два дня, дождался, когда ребята закончат свою часть работы и доложатся мне.

Следующим утром мы были снова переброшены на нашу базу на Гае, и я подробно докладывал начальству о проделанной работе. Большинство счетов, которые назвал мне Готлиб были анонимными или на подставных лиц. Представлялась хорошая возможность провернуть несколько интересных комбинаций. В игру были вовлечены большие люди. Всё это органично и замысловато переплеталось с информацией от ребят, которую они добыли в ходе выполнения задачи.

Получался сильный загиб. Скорее всего, нам и только нам придётся работать по нему. Потянуть такое дело официальными путями вряд ли смогут другие подразделения.

Викторович молча слушал, прекрасно понимая какая ответственность ложилась сейчас на его плечи. Я закончил доклад.

 — Съезди на недёльку в отпуск, отдохни как следует, — посоветовал Галицкий. — Потом возвращайся. Думаю, будет много работы.

На дворе была золотая осень — конец сентября. Погода стояла великолепная. Ласково светило солнце, в воздухе летали паутинки. Это паучки-парашютисты путешествовали по воздуху в надежде найти себе убежище на зиму. Было бабье лето. Очей очарованье!

Я отправился в короткий отпуск домой, надо было поставить все точки над "и". Особой тяги жениться я не испытывал, но и бобылём ходить тоже больше не хотелось. Марина — женщина неплохая. По своему, она даже, наверное, любит меня. Что ещё надо, чтобы встретить старость?

Я покружил немного по центру города, пока не нашёл подходящую старушку, торгующую цветами и купил у неё три розы — одну белую и две красных и направился к Марине.

Я шёл к ней, переступая через две ступеньки. Подойдя к двери, позвонил в дверной звонок. Спрятал букет за спиной, желая сделать небольшой сюрприз. Дверь открыл здоровенный мужик примерно моего возраста, чуть выше меня ростом, но значительно шире в плечах. Одет он был в синий спортивный костюм "адидас", вероятно, китайского производства. Он посмотрел на меня с недоверием.