Чтение онлайн

давлением императора св. Феодосия II Младшего (408—450) является

слабой натяжкой для того, чтобы говорить о привычных формах

участия представителей этой Церкви в соборных заседаниях1. Но, как показывают соборные акты, ни св. Кирилла, ни царственную

чету не беспокоил сам по себе факт нарушения процедуры ведения

соборных заседаний и неполноты состава Собора. Иначе, что пред-

ставляется самым вероятным, император св. Феодосий II Младший

мог вполне обоснованно отклонить по формальным основаниям

любые заявления сторонников св. Кирилла на свое имя и признать

решения Эфесского Собора неканоническими.

Если представительство всех Церквей являлось непременным

условием признания Собора вселенским, то чем можно объяснить

тот факт, что император Константин V (741—775), созвавший в

754 г. иконоборческий «вселенский» Собор, не придал большого

значения отсутствию на нем всех патриархов или их доверенных

лиц? Насколько это «легкомыслие» соотносится с его вниманием

к данной проблематике? И хотя данный Собор не был реципиро-

ван Церковью, но основная причина заключалась не в количестве

его участников (а на соборе присутствовало 338 епископов) и не в

формальном наличии или отсутствии патриархов, а, главным об-

разом, по содержательным мотивам — несоответствия основных

руководящих начал иконоборцев Православному вероучению.

В частности, потому, что среди аргументов, приведенных его

участниками, имелись ссылки на труды лиц, вполне оправданно

обвиняемых в ереси, либо потому, что представленные иконобор-

цами аргументы были подложными.

Но проблемы и на этом не заканчиваются. Обычно полагают, будто для признания Собора вселенским требуется принятие со-

ответствующего решения на следующем за ним Вселенском Со-

боре. Действительно, последующие Соборы обычно специально

указывали на признание ими предшествующих вселенских собра-

ний. Достаточно указать на 1-е правило Второго Собора («да не

отменяется Символ Веры трехсот восемнадцати отцов, бывших на

Соборе в Никее, но да пребывает оный непреложен»), 7-е правило

Эфесского Собора (хотя оно было составлено отдельно от собор-

ного послания, отправленного епископам, пресвитерам, диаконам

и всему народу2), 1-е правило Халкидонского («от святых отец, на

1 «ДВС». Т. 1. СПб., 1996. С. 282—286.

2 Никодим (Милаш), епископ Далматинско-Истрийский. Правила Право-

славной Церкви. Т. 1. С. 303.

165

И С Т О Р И Я В И З А Н Т И Й С К И Х И М П Е Р А Т О Р О В

каждом Соборе доныне изложенные правила соблюдати признали

мы справедливыми») и 1-е правило Трулльского Соборов, 1-е пра-

вило Седьмого. Но сам Седьмой Вселенский Собор (Никея, 787 г.) не был реципирован в данной форме по вполне объяснимым при-

чинам: он являлся последним Вселенским Собором.

Кроме того, если считать данный признак обязательным для

Вселенского Собора, то легко обнаружить, что при таком формаль-

ном подходе нам потребуется не один, а как минимум два Вселен-

ских Собора, чтобы принять предшествующий в сущем качестве.

Например, чтобы признать Никейский Собор 325 г. вселенским, нужен не только Второй Собор, но и Третий, признающий в свою

очередь правомочность Второго, как вселенского Собора, и так

далее. Но признание Седьмого Собора вселенским случилось на

5-м заседании собора «В храме Святой Софии» 26 января 880 г.

по инициативе Константинопольского патриарха св. Фотия1, хотя

сам «Софийский собор» не признается Восточной Церковью все-

ленским.

На основании изложенного, нам остается только согласиться с

тем мнением, что все внешние признаки Соборов оказываются об-

манчивыми, а с точки зрения логики — «весьма низкопробными»2.

Очевидным также становится вывод о том, что Вселенские Со-

боры не имеют в своем основании заранее придуманной системы.

«В основе церковного строя лежало начало естественности, сво-

бодной от предвзятых теорий»3.

II

Не удивительно появление множества теорий по вопросу статуса

Соборов и их места в иерархии органов церковной власти. Иногда

высказывается мнение, согласно которому Соборы являются выс-

шим органом церковного управления. Однако, по общепринятому

мнению, они являлись институтами чрезвычайного характера, со-

зывались в экстренных случаях и касались лишь дел, требовавших

разрешения в конкретный момент времени4. И если Соборы не

собирались более тысячи лет, а признание их в этом качестве проис-

1 Лебедев А.П. История Константинопольских Соборов IX века. СПб., 2001.

С. 266—268.

2 Болотов В.В. Лекции по истории древней Церкви. Т. 3. С. 320, 321.

3 Там же. С. 329.

4 Суворов Н.С. Учебник церковного права. М., 1913. С. 199.

166

П Р И Л О Ж Е Н И Е № 7

ходило в силу церковной рецепции, то сами собой напрашиваются

многие вопросы. Главный из них: может ли быть признан высшим

в церковном управлении орган, полномочия которого признаются

лишь спустя какое-то время, собирающийся только эпизодически, и, в конце концов, совершенно прекративший свою деятельность?

И если верно утверждение, что со временем потребность в созыве