Чтение онлайн

Рост численности войск четырех западных округов, установление русскими военными властями режима военно-полицейского надзора и жестокость карательных мер против повстанцев давали последним мало шансов на успех. К тому же их силы были распылены и не имели единого центра управления. Польское крестьянство стало без каких-либо симпатий относиться к восставшим после того, как те стали реквизировать продовольствие, лошадей, транспортные средства, фураж и даже одежду, выдавая взамен лишь квитанции, которые не имели никакой цены. В общих чертах ход ликвидации восстания выглядел следующим образом:

– на левом берегу Вислы, где общая численность повстанческих отрядов не превышала 3–4 тыс. человек, они были ликвидированы уже в начале марта 1863 г.; войска Варшавского военного округа относительно легко справились и с отдельными вспышками восстаний в конце мая, июле – августе;

– в Люблинской зоне, в которой действовало несколько отрядов в составе от 250 до 500 человек, а общее число повстанцев не превышало 2500 человек, они были рассеяны к середине марта 1863 г.;

– на Юго-Западной Украине повстанцы начали активно действовать в конце апреля 1863 г., численность их была невелика (около 1000 человек). В условиях безлесной или лесостепной местности их уничтожили за две недели, причем местное украинское население помогало русским войскам устанавливать места расположения отрядов польских повстанцев;

– в Гродненской губернии, где восстание началось в августе, главные силы мятежников (около 5 тыс. человек) были разбиты в конце января 1864 г., после чего их отряды рассеялись и уже не возобновляли своей деятельности;

– в Галиции в общей сложности в восстании участвовало до 10 тыс. человек, разобщенных на небольшие отряды, регулярное взаимодействие между которыми отсутствовало. Часть из них была ликвидирована к началу мая 1863 г., а часть предпочла уйти в Австрию;

– в Литве повстанцы численностью около 8 тыс. человек были разгромлены к концу июня 1863 г.;

– окончательно волнения в западных районах Российской империи прекратились к апрелю 1864 г.

Особенно большой шум в Европе поднялся вокруг «зверств» в Литве командующего войсками Виленского военного округа генерала от инфантерии М.Н. Муравьева. Но вот что писал по этому поводу русский историк А.А. Керсновский: «Муравьев казнил лишь террористов, захваченных на месте преступления, либо повстанцев, уличенных в зверстве над русскими ранеными… Политика Муравьева сводилась к ограждению человеческих прав русского населения Северо-Западного края от насильственной полонизации, жертвами которой в XVII веке стали тысячи русских людей, сожженных на кострах святой инквизиции либо зарытых живьем в виленских катакомбах» [132] . А.А. Керсновский резко осуждал писателя А.И. Герцена, издателя «Колокола», который из Лондона обрушивался с критикой на страну «бывшую ведь его родиной. Он подбодрял польских повстанцев истреблять проклятых русских офицеров, гнусных русских солдат» [133] . Но все же польское национальное самосознание и в дальнейшем продолжало оставаться активно действующим фактором, и в исторической перспективе Российскую империю ждали новые трудности в управлении Польшей.

В соответствии с замыслом военно-окружной реформы и ее ориентацией на дивизионную организацию округов Д.А. Милютин в январе 1864 г. добился упразднения управленческого аппарата Гренадерского корпуса. При этом дивизии корпуса были размещены в Варшавском (2-я дивизия) и Виленском (3-я дивизия) военных округах, а 1-я дивизия, находившаяся с 1863 г. в Финляндии, передислоцирована в Москву.

Таким образом, события в Польше ускорили создание военно-окружной системы. Три первых военных округа, образованные в июле 1862 г., показали свою жизнеспособность. Командующие войсками этих округов, распределив между собой зоны ответственности, выявляли и локализовали очаги волнений, постепенно ликвидировав их. Д.А. Милютин был доволен тем, что в сложных условиях военно-политической борьбы за Польшу Военное министерство вело «постепенное развитие в каждом округе всех отраслей военного управления» и «была достигнута главная цель – сосредоточение в руках главного начальника округа начальствования над всеми родами войск в крае и всеми местными военными средствами и учреждениями» [134] .

Давая во всеподданнейшем докладе за 1863 г. обзор действий западных военно-окружных управлений, военный министр отмечал: «Сообщения были затруднены бродившими по всему пространству его мятежными войсками, причем распоряжения, выходящие из Варшавы или Петербурга, не могли бы быть ни столь своевременны с обстоятельствами, как распоряжения местных командующих войсками в округах. Никак не могли бы заменить их и прежние корпусные командиры, имевшие в своем ведении одни только полевые регулярные войска, тогда как главные начальники округов, действуя в гораздо более обширных пределах власти, распоряжались всеми войсками края, регулярными и иррегулярными, полевыми и местными, равно как и всеми вообще военными учреждениями: артиллерийскими, инженерными, интендантскими, врачебными и проч.» [135]

Несмотря на экстраординарные обстоятельства создания западных округов, в стратегическом отношении их расположение, с точки зрения военно-политических перспектив отношений с европейскими державами, с самого начала надо признать удачным. Об этом свидетельствовал уже тот факт, что впоследствии территории первых четырех округов почти не изменялись.

Многое в организации и деятельности спешно созданных военных округов не удовлетворяло Д.А. Милютина, и, постоянно занятый этой проблемой, он со своими помощниками активно продолжал работу над основополагающим документом – проектом Положения о военно-окружных управлениях. В том же всеподданнейшем докладе он признавался, что «открытые доселе четыре округа никак не могут еще считаться полным выражением идеи о будущем устройстве военно-окружного управления» [136] .

Непосредственная работа над проектом Положения о военно-окружных управлениях и другими связанными с ним документами [штатами военно-окружных управлений (нормальными и временными), Положением об управлении пехотной и кавалерийской дивизиями, Положением об управлении местными войсками военного округа, Положением об интендантских складах, Временным положением о начальнике военного госпиталя и др.] началась в феврале 1863 г. Для этого было создано несколько редакционных комиссий, ответственных за определенную часть работы.

Так, комиссией под председательством дежурного генерала Главного штаба Ф.Л. Гейдена разрабатывались вопросы по командной части: о командующем войсками округа, об окружном штабе, об управлении дивизиями и местными войсками, о губернских воинских начальниках. В эту комиссию входили: генерал-майор свиты е. и. в. Е.Е. Сивере, действительный статский советник Штанге (числившийся при Военном министерстве), полковники Генерального штаба В.М. Аничков, Н.Н. Обручев, А.А. Якимович и др. Еще одна комиссия под председательством действительного статского советника Ф.Г. Устрялова занималась административными и хозяйственными вопросами – определением прав и обязанностей военно-окружных советов, окружных интендантских, артиллерийских, инженерных, военно-медицинских управлений, окружного инспектора госпиталей. Каждый из членов комиссий получал специальное задание разработать какой-либо узкий вопрос, который и докладывал на заседании комиссии, и после его обсуждения получал задание сформулировать все в виде параграфов будущих документов. Они также обсуждались с участием всей комиссии, а затем сводились в главы. Наиболее активную роль в составлении проектов Положения о военных округах и других документов играли Гейден, Устрялов, Обручев, Якимович и Аничков. «Этим пяти лицам, – писал Д.А. Милютин в своих «Воспоминаниях», – считаю я себя наиболее обязанным удачным осуществлением давнишней моей мысли о военных округах» [137] .

В помощь вышеуказанным двум главным комиссиям, работавшим под непосредственным руководством Д.А. Милютина, при Главном артиллерийском и Главном инженерном управлениях Военного министерства, а также при военно-медицинском департаменте были созданы еще три специализированные комиссии. Артиллерийскую комиссию возглавлял вице-директор Главного артиллерийского управления генерал-лейтенант С.С. Семенов, инженерную комиссию – вице-директор Главного инженерного управления генерал-майор Н.А. Рыдзевский; комиссия под председательством директора военно-медицинского департамента Ф.С. Цыцурина занималась разработкой вопросов по медицинской и госпитальной частям. Они помогали двум главным редакционным комиссиям в детальной разработке соответствующих разделов проектов. Подготовленные материалы рассылались также в действующие военно-окружные управления. Постоянные поездки в Варшаву и Вильно совершали помощники Милютина В.М. Аничков и К.П. Кауфман.

По воспоминаниям Д.А. Милютина, наиболее плодотворная работа проходила осенью 1863 г., когда в связи с отъездом Александра II на отдых военный министр не был связан постоянными докладами (трижды в неделю) царю. «Во все продолжение отсутствия государя, – писал позже Д.А. Милютин, – с 11 сентября и до 1 ноября, оставаясь в Петербурге, я пользовался временем для усиленных занятий делами министерства. В то время разрабатывалось множество важных вопросов, требовавших моего личного участия и частых совещаний».