Чтение онлайн

А те, кто овладевает наукой и знаниями.

Поэзия Кадыра Койи знаменует новый этап в развитии курдской классической литературы. Наряду с общими чертами, объединяющими поэтов — просветителей Востока, она имеет и свои особенности: революционный пафос и глубокий интернационализм, выразившийся в поддержке национально — освободительной борьбы всех угнетенных народностей.

Такие поэты, как Мела Хамдун (1853–1915) и Ахмед Джелили (1834–1904), также отражали в своих произведениях политические события и общественные явления описываемого периода. Особенное значение имело творчество основоположника курдской сатирической поэзии Резы Талебани (1842–1910), направленное в основном против османского господства, социальной несправедливости.

Творчество Талебани отмечено известной противоречивостью: будучи сыном одного из видных руководителей суфийской секты, Талебани посвящает немало хвалебных стихов суфийским шейхам, но в то же время он не мог не видеть лицемерия тех из них, кто использовал религию в своих корыстных целях:

Шейхи должны отсыпаться по утрам, как и волки (утомленные ночным разбоем).

Для того, чтобы (люди) говорили: «Шейх — подвижник и по ночам бодрствует, творя молитву».

Сатирические произведения Талебани сыграли значительную роль в развитии современной демократической курдской литературы, а также в формировании прогрессивных взглядов в курдском обществе.

В этот период в курдской поэзии существовало и другое направление. Поэты, примыкавшие к нему, предпочитали замкнуться в рамках интимной лирики и религиозно — мистической поэзии. К их числу можно отнести Салими Сена (1846–1909), Маджди (1849–1925), Махви (1830–1909), Харика (1865–1909) — замечательного мастера стиха, проникновенного лирика, стихи которого имеют большую художественную ценность, и Адаба Мисбах — ад — Дивана (1859–1916) — крупнейшего лирика, воспевшего в своих стихах земную любовь, человеческие чувства, природу и радости жизни. Их творчество не отразило ни насущных задач, стоявших перед курдским обществом, ни новых общественно — политических и литературных веяний.

В целом курдская литература второй половины XIX в. продолжала традиции литературной школы Нали (начало XIX в.). Она характеризуется дальнейшим развитием просветительских идей, сатирической поэзии, антиклерикальных и патриотических мотивов, усилением социально — политической направленности и тенденции к очищению курдского литературного языка и, наконец, зарождением революционного духа, ставшего доминантой творчества курдских демократических поэтов XX в.

Глава 5. Персидская литература

Д. С. Комиссаров

Во второй половине XIX в. экономическое положение Ирана продолжало ухудшаться. Крестьянские антифеодальные восстания вызвали глубокий хозяйственный кризис в стране.

В это же время усиливалось проникновение иностранного капитала и происходило превращение Ирана в полуколонию империалистических держав, выкачивавших из страны дешевое сырье и превращавших ее в рынок сбыта своих товаров. Этот процесс приводил к разорению мелких и средних производителей. Появление иностранных концессий, смешанных промышленных обществ, банков, строительство фабрик, заводов, внедрение телефона и телеграфа — все это содействовало еще большему развитию связей с европейскими государствами, способствовало формированию буржуазной идеологии и усиливало движение против феодальных порядков, тормозивших развитие страны.

Наиболее дальновидные представители иранской интеллигенции того времени стали говорить о необходимости покончить с феодальной отсталостью и осуществить реформы, которые обеспечили бы прогрессивное развитие во всех сферах хозяйственной, административной и культурной жизни страны.

Сложная социально — политическая обстановка получила свое отражение в литературе. Во второй половине XIX в. в персидской литературе уже существовали две основные тенденции: панегирическая аристократическая, которая сильно поблекла и вырождалась, и оппозиционная, просветительская, набиравшая силы и становившаяся доминирующей по мере развития и укрепления идеологии национально — освободительного и демократического движения в Иране.

Основные задачи персидской просветительской литературы этого периода оставались прежними, но деятельность литераторов по «просвещению умов иранцев» стала теперь более целеустремленной. Для осуществления своих идей они считали необходимым внедрять светское образование и проводить прогрессивные реформы в экономике страны (изменить налоговую систему, административное управление, развивать национальную промышленность, строить железные дороги, плотины, больницы, школы, высшие учебные заведения и т. п.).

Прогрессивные литераторы начали выпускать популярные книжки по природоведению, географии, истории. Кроме того, они издавали газеты, пользовавшиеся большим успехом в крупных городах Ирана. Когда же правительство ввело цензуру и начало преследовать редакторов газет за пропаганду просветительских идей, прогрессивные газеты на персидском языке с характерными названиями появились за рубежом: в Константинополе «Ахтар» — «Звезда» (1875–1896), в Лондоне «Канун» — «Закон» (1890–1892), в Каире «Хекмат» — «Мудрость» (1892), «Парвареш» — «Воспитание» (1900) и пр., в Калькутте «Хабль оль — матин» — «Крепкие узы» (1893). В этих зарубежных изданиях, которые тайно переправлялись в Ирак, осуждался произвол шахских министров и губернаторов, притеснявших народ и совершенно не заботившихся о его интересах, наглядно показывалось, какую пагубную роль играет иностранный капитал в Иране, присваивая его богатства и обрекая народ на нищету.

Как правило, частные прогрессивные газеты издавали прозаики и поэты, которые сами готовили основную часть номера. Например, известный поэт — просветитель Мирза Садек — хан Адиб оль-Мамалек Фарахани (1861–1917) в 1896 г. начал издавать в Тебризе газету «Адиб» («Писатель»), затем он сотрудничает в тегеранской газете «Иран — есолтани» («Державный Иран»), издает в Баку на персидском языке приложение к газете «Эршад» («Наставление»).

Право издателя и редактора давало Адиб оль-Мамалеку большие возможности в стихах и прозе «открывать людям глаза на жизнь». Им опубликовано большое количество стихов, в которых он пишет о бедности и нищете, о произволе чиновников, призывая бороться за правду и справедливость, за прогресс, за развитие просвещения, культуры и литературы. Он приветствовал идею ограниченной монархии. Изданный позже в Иране полный диван Адиб оль-Мамалека свидетельствует о том, что он не отступил от традиционных поэтических канонов, но его стихи, написанные просто и ясно, наполнены большим социальным смыслом.

Но вернемся к характеристике персидской поэзии более раннего периода — второй половины века.

В одном ряду с Ягма Джандаки стоит творчество Абу — Насра Фатхоллы — хана Шейбани (1826–1891). Он продолжает линию Ягма Джандаки, однако более целеустремленно, чем его предшественник, критикует деспотические шахские порядки.

Фатхолла — хан Шейбани происходил из знатной и богатой семьи Кашана. Судьба поэта оказалась печальной. Поместья, доставшиеся ему по наследству, были бесцеремонно отняты. Потеряв надежду добиться правды у шаха, Шейбани на склоне лет уезжает в Стамбул, где в то время находили убежище оппозиционно настроенные к иранскому шаху писатели и политические деятели.

Находясь в недосягаемости, Шейбани мог писать и печатать смелые стихи, беспощадно критикуя иранскую действительность.

Поэт оставил значительное поэтическое наследство. Писал Шейбани в классическом стиле, но содержание многих его стихотворений значительно отличается от произведений его предшественников трезвостью и смелостью мысли, горькой правдой о положении в его стране:

Возлюбленная в смятении и локон друга в смятении,

Страна в смятении, сам шах в смятении.