Чтение онлайн

Объективные предпосылки для преодоления противоречий социально — культурного устройства, осознание народами Средней Азии своего духовного, этнического и культурно — исторического родства, а не только родства языкового заключались во многих сходных процессах, происходивших как в литературах, так и в устно — поэтическом творчестве. В числе их могут быть отмечены стремление к демократизации литературного языка и отходу от поэтических канонов; понижение общественной ценности эпигонской придворно — панегирической поэзии, заострение критики некоторых сторон действительности, что приводило к усилению роли социальной сатиры, появлению новых сатирических жанров. Сопоставление обличительных произведений, например, узбекского поэта Махмура и туркменского поэта Кемине убеждает в упрочении общих тенденций в поэзии народов Средней Азии. Новые черты обретает и патриотическая лирика, в ней зарождаются и крепнут классовое самосознание народов, ощущение общего врага в лице господствующих классов, разорительности для народа братоубийственных войн и кровавых междоусобиц. И в этом смысле также обнаруживается немало общих черт в творчестве казахского поэта первой половины XIX в. Махамбета Утемисова и туркменских поэтов — воинов Зелили и Сеиди. Процесс обновления затронул образный строй лирических стихотворений, в которых все чаще появляются сравнения и метафоры, взятые из жизни, из фольклорных произведений и понемногу вытесняющие традиционные символы либо наполняющие их злободневным социальным смыслом. Образцы такой лирики можно встретить в диванах поэтов Агахи, Надиры и Увайси, в газелях, кыта и рубаи Форига Хисори, Хазыка, Мадана, в лирике Сеиди, Зелили и Молланепеса, в поэзии казахских акынов.

Суммируя отмеченные выше тенденции, можно сделать вывод о возникновении таких исторически прогрессивных явлений во всех среднеазиатских литературах, которые уже на следующем этапе их истории способствовали более интенсивному процессу взаимодействия, более активному включению их в общероссийский литературный и общекультурный процесс.

Глава 1. Казахская литература

И. Т. Дюсенбаев

В многовековой истории развития искусства художественного слова казахского народа XIX веку принадлежит особое место. Уже в первой половине этого столетия устное народное творчество переживает период подъема, появляется все больше самобытных индивидуальных авторов, зарождается письменная литература.

Расцвет акынского творчества в первой половине XIX в. особенно знаменателен. Наиболее видные его представители не только создавали новые талантливые произведения, но и сохраняли поэтические предания прошлого. Велика их заслуга в том, что многие образцы народно — героических и социально — бытовых поэм древности дошли до нас.

В это время казахские акыны совершенствовали традицию импровизации. Импровизация, остроумие и находчивость в поэтических состязаниях (айтысах) — это та школа, которую должны были пройти все, кто претендовал на поэтический титул акына. С расцветом акынского творчества казахская литература обогащается новыми для нее поэтическими жанрами, такими, как эпическое сказание, стихи, элегии, политическая лирика, песни; совершенствуется жанр толгау (размышления).

В первой половине XIX в. в жизни казахов происходили существенные социально — экономические изменения, обусловленные добровольным вхождением Казахстана в состав России. Постепенная утрата ханскими потомками былых преимуществ, неуклонный распад феодально — патриархального уклада, а также последствия двойного гнета царских колонизаторов и местных феодалов не могли не отразиться на духовной жизни народа и обусловили изменения в идейно — художественном содержании творчества акынов и жырау (певцов).

Некоторые акыны, например Байток, Жанузак, Нысанбай, Досхожа, прославляли ханов, султанов, оправдывали их жестокость, поддерживали феодально — родовой правопорядок, идеализировали патриархальную старину. Противоречиво творчество двух крупных акынов Дулата Бабатаева и Шортанбая Канаева. Стихи Дулата Бабатаева (1802–1874) были записаны лишь после его смерти. Единственный сборник его стихов был издан Маулекеем в 1880 г. в Казани под названием «Осиет — наме» («Завещание»). Дулат лучше и глубже, чем кто — либо из его современников, видел и отражал противоречия эпохи. Критикуя феодально — патриархальный уклад, он выступал против жестокого отношения царских чиновников, новой администрации к местному населению. Однако, рисуя любую сторону жизни, он неизменно приходил к выводу, что жизнь изменилась не в лучшую сторону, что ее счастливая пора осталась позади («С кочевья предков Арки»). Даже когда Дулат обращается к разработке традиционных тем восточной поэзии о противоборстве добра и зла, дружбы и ненависти, щедрости и скупости, он горько скорбит о прошлом, утверждает, что молодежь перестала уважать родителей, младшие — старших. Он видит эпоху в том, что так резко изменились нравы людей.

Творчество Шортанбая Канаева (1818–1881) как бы дополняет поэтическое наследие Дулата. Единственный поэтический сборник Шортанбая «Шортанбайдын бала зары» («Плач дитяти Шортанбая») впервые был издан в Казани в 1888 г. В этой книге, начиная со стихотворения «Праотец наш пророк Адам» и кончая стихотворением «Все известно единому аллаху», поэт рассматривает те же проблемы, на которые обращал свое внимание и Дулат, но решает их с ортодоксально — мусульманских позиций. По глубокому убеждению поэта, причины неблагоприятных социально — экономических изменений, повлекших за собой изменения в нравственно — этической сфере, кроются в том, что расшатываются основы веры, что люди начали пренебрегать шариатом, т. е. догматами Корана.

Однако оставаясь человеком глубоко религиозным, сторонником феодально — патриархальных нравов, Шортанбай в некоторых стихах, таких, например, как «Проклятый богом бай» и других, правдиво изображает тяжелую жизнь бедняков.

Акыны Шоже Каржаунов (1805–1891), Шернияз Жарылгасов, Суюнбай Аронов (1827–1896) были сторонниками иного направления, они отражали интересы и нужды трудового народа, разоблачали деспотизм феодально — байской верхушки.

Особое место в казахской литературе рассматриваемого периода принадлежит крупнейшему поэту — воину, борцу за народные интересы Махамбету Утемисову (1804–1846). Махамбет как поэт формируется в условиях столкновений и борьбы крестьян с феодалами, ханами, представителями местных властей. Непокорный поэт с молодых лет был постоянно в неладах с баями, стал одним из руководителей известного крестьянского восстания, вспыхнувшего в Букеевской орде против хана Джангира в 1836–1837 гг. Литературное наследие Махамбета настолько тесно связано с этим восстанием, что по его стихам можно проследить все этапы борьбы, начиная с первых шагов восставших до трагического поражения.

В годы, предшествующие восстанию, Махамбет с пламенными стихами обращается к народу, призывает смело подняться против притеснителей («Призыв к народу», «Дело чести», «На наше дело нужен нар» и др.). Поэт не сулит людям легкую победу, откровенно предупреждает о том, что борьба будет суровой и сложной, потребует больших жертв, тяжелых утрат. Его стихи проникнуты уверенностью в справедливости задуманного дела, верой в победу.

Махамбет как один из вожаков, находясь в дни борьбы в передовых отрядах повстанцев, непосредственно участвуя в самых жарких схватках и сражениях, в то же время своими вдохновенными песнями — стихами поднимает боевой дух соратников, поддерживает их в трудные моменты. Стихи, обращенные к восставшим, проникнуты чувством товарищества, заботой и искренним сочувствием к погибшим в бою героям. Его стихи «Обращение к друзьям», «Не печальтесь, мои друзья», «Доблестный сын», «К нам вернется счастье» силой эмоционального воздействия сплачивали и вдохновляли повстанцев.

В творчестве Махамбета художественное воспроизведение героической борьбы народа сочетается с раскрытием социальных причин, приведших к вооруженному восстанию. Это жестокая эксплуатация феодалами, ханами, баями тружеников, слабых и бедных родов, насильственный захват земель, переселение их с насиженных мест и т. д. Поэт с болью говорит о том, как «жизнь положили» и «гибли толпой» доблестные сыны народа. Гневно звучат стихи, обращенные к местному властелину Джангиру и султану Баймагамбету. Смелый и гордый поэт называет их волками, змеями, трусами и лицемерами. Поэзия Махамбета отличается свободолюбием, боевым духом и глубоким оптимизмом.

Произведения Махамбета, созданные в изгнании после поражения восстания, хотя в них и встречаются грустные нотки, вызванные тоской по близким, по родине, также полны надежд; в них нет сожаления по поводу участия в народном восстании. Он верит, что придет время, когда народ расправится с баями («Обращение к султану Баймагамбету»). Воспевая героизм участников восстания, он впервые в истории казахской литературы создает образ народного борца — героя. Свой идеал поэт нашел в лице руководителя крестьянского движения Исатая Тайманова. В характере Исатая поэт особенно подчеркивает его непоколебимое мужество, бесстрашие перед смертельной опасностью, огромную волю и выдержку, а самое главное — беспредельную любовь к народу, готовность отдать жизнь во имя его счастья. Махамбет посвятил Исатаю цикл стихов, в которых народный полководец характеризуется с разных сторон: как преданный и достойный сын своего народа, опора и защитник обездоленных, отважный предводитель, мудрый советчик и добрый друг товарищей по оружию и как нежный, любимый и любящий отец.

Опираясь на поэтические традиции предшествующей и современной ему литературы, Махамбет обогатил ее идейно и тематически. Он ввел в казахскую поэзию политическую лирику, усилил в ней гражданские и патриотические мотивы. Его поэзия отражает бурную эпоху национально — освободительных движений.

Доминирующим в казахской литературе первой половины XIX в. было демократическое направление. В творчестве Махамбета Утемисова оно нашло свое наиболее яркое выражение, став идейно — художественной основой дальнейшего развития литературы и предвосхитив появление таких ее корифеев, как Ибрай Алтынсарин и Абай Кунанбаев.