Чтение онлайн

С осени 1867 года до весны 1868 года повсюду в Японии проходили массовые экстатические выступления народа, известные под названием «Э, дзянай ка». В то время в Японии существовал такой обычай — народные массы, подвергавшиеся жестокой феодальной эксплуатации, раз в несколько десятков лет (а каждый из них — один раз за всю свою жизнь), впадая в состояние экстаза, освобождались от всякого феодального притеснения. Мужчины, женщины и молодежь ходили по улицам и плясали.

Когда такое состояние экстаза проходило, они снова попадали в феодальную кабалу. В критические моменты господствующий класс специально провоцировал выступления «Э, дзянай ка», используя их в своих интересах. Появление и 1867 году «Э, дзянай ка» было непосредственно связано с тем, что крестьянские и городские восстания, казалось, ставшие везде в 1866 готу серьезной революционной силой, в 1867 году вдруг на время утратили свой революционный дух. В то же время государственный переворот, осуществленный господствующими политическими кругами, отражал в какой-то мере требования народа, хотя эти господствующие круги были далеки от народа.

Таким образом, революция 1868 года была депствительно революцией, отражавшей требования освобождения от феодализма, выдвигаемые японским народом в ходе крестьянских и городских восстаний; она свергла токугавское правительство Бакуфу и послужила началом современной демократической революции, направленной против феодализма, на протяжении десяти столетий господствовавшего в Японии. Но в то время крестьяне и горожане не могли еще повсеместно выдвигать единые и согласованные требования. Буржуазная революция в Японии с самого начала предала интересы крестьян и трудящихся масс и пошла по линии сохранения пережитков феодализма, а следовательно, она включала в себя и контр революционные элементы.

Как мы уже видели на примере народного собрания, созданного в XV веке в провинции Ямасиро, и республиканской системы правления в вольном городе Сакаи в XVI веке, в Японии существовали традиции республиканского правления. Во время революции 1868 года была предпринята попытка не только установить республиканскую форму правления на Хоккайдо, которую хотели провести не снизу, а сверху, по, судя по словам Эрнста Сатоу, в то время в Японии уже было известно движение, которое ставило своей целью свержение сёгуна и его правительства, а его «крайние элементы выступали даже за свержение императора», поэтому императорское правительство поспешило принять срочные меры.

В то время специальный корреспондент лондонской газеты «Лондэн ньюс» на востоке Чарлз Вагман поместил в сатирической газете «Дзи Джонэн нанч», издававшейся в Иокогаме на английском языке, карикатуры. На одной из них был изображен чрезвычайный и полномочный посланник Англии в Японии Парке, обращавшийся к лесорубу, который занес топор и одним ударом хочет срубить большую сосну, и говорящий ему: «Побереги дерево! Оно тебе еще пригодится». На второй карикатуре, которая называлась «Пожарник», было изображено, как Парке тушит огонь, охвативший императорское правительство.

Эти острые карикатуры свидетельствуют о том, как противодействовали требованиям, направленным на свержение императора вместе с правительством Бакуфу, и как старались сохранить императорскую систему.

Как показал Сиба Кокан [68] в своем произведении «Весенний паводок», где он отразил дух, господствававший в XVIII–XIX веках, японский народ также дорос до сознания необходимости равноправия людей. Несмотря на то, что мэйдзийское правительство делало вид, что оно намерено удовлетворить требование народа о равноправии всех четырех сословий, фактически оно лишь формально признавало равноправие людей, находившихся в полном подчинении императора. Поэтому в Японии не было установлено равенства между людьми, а возрождалась социальная иерархия по феодальному образцу, иначе говоря, проходила перестройка этой феодальной иерархии; шло усиление полуфеодального принуждения и продолжали разжигать вражду к иностранцам, нашедшую выражение в борьбе против преклонения перед иностранщиной.

То, что в 1868 году японский парод требовал безвозмездной конфискации земель, принадлежавших крупным феодальным землевладельцам, нашло свое отражение в таких фактах, как например заявление чиновника финансового управления при мэйдзийском правительстве Иосида Киёнари в 1872 году о том, что «лен не может считаться движимым имуществом, правительство может конфисковать его», о чем упоминается в «Политической истории Мэйдзи».

Однако мэйдзийское правительство только формально признало эти требования народа, издав в 1869 году закон о передаче крупных феодальных поместий в собственность императора, а в 1871 году — закон о ликвидации кланов и образовании префектур [69] .

По существу же оно предало интересы народа и, стремись компенсировать право собственности крупных феодальных землевладельцев за счет усиления эксплуатации народа, выпустило облигации займа, а для того чтобы непосредственно компенсировать потерю феодальных привилегий, оно не только усиленно эксплуатировало народ в течение двадцати лет (начиная с 1868 гота), но и при новом обществе сохранило феодальные налоги и поземельный налог в неприкосновенном виде; в этот период японское общество фактически вступило на путь развития капитализма, носившего полуфеодальный характер, от которого нелегко было освободиться.

Таким образом, когда японский народ пробудился от экстатических выступлений, так называемых «Э, дзянай ка», проходивших в период с 1867 по 1868 год, и обнаружил, что уже сформировано новое мэйдзийское правительство, он снова стал поднимать крестьянские и городские восстания, получившие еще больший размах, разоблачал феодальную сущность мэйдзийского императорского правительства и боролся за его свержение.

В 1870 году в Тотио уезда Коси провинции Эти го вспыхнуло крестьянское восстание. Крестьяне — участники восстания пели:

Войска кихэйтай, которые в 1860 году выступили против войск феодального правительства Бакуфу и разгромили их, представляли собой новый вид вооруженных сил. В то время среди солдат этих войск были также восставшие крестьяне, поэтому эти войска, выступавшие за освобождение от крепостничества, были значительно сильнее тех войск, которыми руководила феодальная аристократия, представлявшая собой господствующий класс крепостников. Однако вступление восставших крестьян в войска кихэйтай было в то время ограничено, а начиная с 1868 года эти войска были вообще ликвидированы; но этот акт вызвал такое возмущение среди солдат, что наблюдались даже случаи, когда солдаты поднимали восстания [70] .

В целях предотвращения опасности возрождения старой системы феодального господства мэйдзийское правительство должно было опереться на вооруженные силы народа. В то же время, стремясь предотвратить выступления крестьян, требовавших ликвидации феодального характера, присущего мэйдзийскому правительству, оно путем введения воинской повинности создало не народную армию, состоявшую из вооруженного народа, а антинародную армию с целью подавления освободительного движения народа. Мэйдзийское правительство подавило освободительное движение японского народа внутри страны, а затем пошло по пути развития японского милитаризма, стремившегося к укреплению своих позиций путем агрессий против иностранных государств.

Освободительное движение японского народа, находившее выражение в крестьянских восстаниях, ставивших своей главной целью борьбу против феодального господства, переросло в движение за свободу и народные права, целью которого было создание демократического народного представительного правительства.

В 1866 году в стране произошло около 40 крестьянских и городских восстаний. На 1867 год приходится всего несколько крестьянских и городских восстаний, по зиго проходили массовые экстатические выступления «Э, дзянай ка». В 1868 году крестьянские и городские восстания вновь стали частым явлением. Даже но данным мэйдзийского правительства, в 18б8 году имело место свыше 20 крестьянских и городских восстаний, в 1869 году их было свыше 40, в 1870 — более 30, в 1871 —около 25, в 1872 — приблизительно 15, а в 1873 году — около 35. В дальнейшем число восстаний резко сократилось: в 1874 году их было около 15, а в 1875 году — всего 3. Это объясняется тем, что в 1874 году основным требованием японского парода становится требование учреждения парламента, который избирался бы самим народом. В ответ на это требование, мэйдзийекое правительство в 1875 году обнародовало закон о печати и закон о привлечении к ответственности за клевету и пыталось снова лишить народ свободы слова, которая впервые получила права гражданства лишь с 1868 года. В течение двух лет (1875–1876) было зафиксировано свыше 60 случаев наказания журналистов. В 1876 году правительство встало на путь бюрократического абсолютизма, что нашло свое выражение в том, что министр внутренних дел получил право для обеспечения общественного порядка закрывать газеты или приостанавливать их выпуск. В то время часто возникали реакционные мятежи, участники которых использовали в своих интересах недовольство и волнения народа. Мэйдзийское правительство, как это видно из письма Сайго Такамори [71] , стремясь «отвлечь внимание народа от гражданской войны и направить его за пределы Японии», уже тогда замышляло военные действия против Кореи и Тайваня. Уже тогда мэйдзийское правительство проявляло зачатки милитаризма и агрессивности.