Чтение онлайн

В этом бою отличился командир седьмой стрелковой роты лейтенант И.А. Иванов. Когда наши наступающие подразделения подошли к реке, противник начал контратаку силами до пехотного полка с танками при мощной поддержке артиллерии. Наша атака могла сорваться. И тогда коммунист Иванов первым бросился в холодную воду. Бойцы устремились за ним. Рота, переправившись на противоположный берег, стремительно атаковала противника во фланг. За седьмой ротой поднялись все подразделения полка и после ожесточенного боя опрокинули противника. Седьмая рота первой ворвалась в Михайловское. Второй батальон под командованием П.В. Борисова овладел Федчином, перерезал дорогу на Рузу.

Первый наш бой закончился успехом. Дивизия, овладев Михайловским и селом Старым, выполнила задание. В первом бою родились и первые герои дивизии: И.А. Иванов, П. Огнев. В.Д. Кузьмин. К.С. Синицын. А.М. Янкубаев и другие.

Однако в этом бою не все шло гладко, чувствовался недостаток боевого опыта. Мы понесли и первые потери. Тяжело ранило командира второго батальона Петра Васильевича Борисова. Командование батальоном принял его заместитель — капитан Петр Семенович Тураков. Хорошо показали себя в этом бою наши медицинские работники и санитары. Не считаясь с опасностью, они несли свою вахту, борясь за жизнь и здоровье воинов дивизии.

Санитар третьей стрелковой роты 258-го полка красноармеец Иван Григорьевич Авдеев в бою за Михайловское и в последующих оборонительных операциях вынес с поля боя 270 раненых бойцов и командиров с оружием. Но он был не только прекрасным санитаром. Авдеева знали в полку как лучшего наблюдателя: по его докладам неоднократно было вскрыто сосредоточение танков противника на исходных для атаки позициях. Подвиг храброго воина был оценен по заслугам: Родина наградила его орденом Ленина.

Вечером 4 ноября по возвращении в штаб дивизии я по телефону доложил в штаб армии об итогах боя. Выслушав мой доклад, начальник штаба 16-й армии генерал-майор Михаил Сергеевич Малинин от имени командования армии поздравил дивизию с боевым крещением и пожелал ей дальнейших успехов в борьбе с врагом.

Многие воины-дальневосточники отличились в первых боях. Красноармеец Градополов штыком заколол семерых фашистских солдат, спас жизнь командира роты, гранатами уложив гитлеровцев, пытавшихся окружить его. Старший сержант Сувертей, доставляя боеприпасы товарищам, столкнулся с десятком фашистов. Отважный воин не растерялся, меткими выстрелами он обратил врагов в бегство. Пулеметчик Бортников, тяжело раненный, остался в строю и во время контратаки гитлеровцев встретил их огнем «максима» в упор; он уложил два десятка фашистов. Образцы доблести и геройства показали наши политработники. Политрук Гребенюков, младшие политруки Бордюков, Зайцев и другие вели за собой бойцов в атаку, отражали вражеские контратаки. В первых рядах сражающихся были коммунисты Стальмаков, Миграсов, Сукманов, Авдеев и многие другие.

На собственном опыте мы убедились, что «непобедимых» фашистских вояк можно крепко бить и обращать в бегство.

14 ноября Военный совет Западного фронта обратился к войскам с воззванием, в котором призвал бойцов, командиров и политработников до последней капли крови защищать Москву. Лозунги «Отстоим родную Москву!», «Под Москвой должен начаться разгром немецко-фашистских захватчиков!» предельно кратко выражали думы и чаяния каждого бойца, каждого командира.

В суровые дни обороны в нашу дивизию приезжали представители трудящихся столицы. Состоялись митинги, на которых воины заявляли о том, что они не посрамят чести защитников столицы, чести воинов-дальневосточников, сибиряков. Представители трудящихся заверяли воинов, что они не пожалеют труда для создания оружия и техники. Эти встречи вызывали новый подъем патриотизма у наших воинов.

До 16 ноября в полосе нашей дивизии наиболее ожесточенные бои происходили на участке 258-го стрелкового полка. Противник то и дело бросался в атаки. Но сибиряки стояли насмерть.

Видя, что атаки в лоб успеха не имеют, гитлеровцы решили пойти на маневр. Мотополк противника стал обходить Михайловское. Наши разведчики заметили это. На угрожаемый участок немедленно были направлены третий батальон 131-го стрелкового полка и противотанковый дивизион. Противнику удалось несколько потеснить наши подразделения и овладеть Михайловским — слишком велико было численное превосходство врага, но дальше продвинуться он не смог.

В боях с 4 по 15 ноября 78-я стрелковая дивизия получила хорошую закалку. С каждым днем мужали наши воины. Рядовые бойцы и командиры приобретали опыт, крепло их боевое мастерство, вырабатывалась воинская смекалка, закалялась воля.

Помню такой эпизод. После трехдневных боев (с 7 по 10 ноября) обойденный с флангов третий батальон 131-го стрелкового полка получил приказ оставить деревню Ваюхино.

Отход батальона было поручено прикрывать пулеметному расчету Петра Огнева. Он поставил пулемет на крышу каменного дома. Фашисты заметили расчет и открыли по нему стрельбу. Напарник погиб. Петр Огнев остался у пулемета один, раненный, но продолжал бой, не подпуская гитлеровцев к дороге, по которой отходил батальон. Когда враг открыл огонь из орудия, пулеметчик спустился в дом. Там бушевал пожар. Из горящего здания Огнев поливал свинцом врагов, которые лезли, не считаясь с потерями. Петр Огнев стрелял по врагу до тех пор, пока не задохнулся в дыму. Через несколько дней батальон вновь овладел селением Ваюхино.

17 ноября после артиллерийской подготовки враг перешел в наступление. Снова главный удар приняли на себя воины 258-го стрелкового полка.

На позиции полка двинулись вражеские танки. Наша противотанковая артиллерия открыла по ним огонь. Несколько машин загорелись, но остальные продолжали атаку. Тогда воины пустили в ход бутылки с зажигательной смесью… Враг повернул обратно. На поле боя пылали танки, подожженные нашими бойцами.

Более ста гитлеровцев уничтожил в этом бою взвод девятой роты 131-го стрелкового полка. Взводом командовал младший лейтенант М. Бесчастнов. На второй день снова разгорелся неравный бой. И опять отличился взвод Бесчастнова, уничтожив много вражеских солдат.

Обстановка на нашем участке фронта становилась все напряженнее. Непрерывно звонил телефон — это из штаба 16-й армии интересовались нашими боевыми делами.

19 ноября оба фланга нашей дивизии обошел противник. Мы оказались в полуокружении. Вскоре прервалась связь со штабом армии. Под огнем противника мы восстановили связь и продолжали упорно обороняться. Из-за обстрела приходилось часто менять местонахождение наблюдательного пункта. Это, разумеется, затрудняло управление боевыми действиями, но иного выхода не было. Начальник штаба дивизии полковник И.Ф. Федюнькин и начальник оперативного отдела подполковник А.И. Витевский в любой обстановке не теряли связи с частями, знали состояние войск и их положение.

Враг превосходил нас силами. Против дивизии действовали части 252-й пехотной, 10-й танковой дивизий и моторизованной дивизии СС «Рейх». Они продвинулись на наших флангах до 15–17 километров, а наступавшая с участка правого соседа 5-я танковая вражеская дивизия угрожала выходом в наши тылы.

20 ноября был получен приказ отойти на новый рубеж. Горькие это были минуты, но иного выхода не было.

Отходили планомерно, без паники, под прикрытием арьергардов. Одновременно приходилось отражать фланговые удары противника, вести борьбу с автоматчиками, которые прорывались в тыл.

В эти суровые дни бойцы дивизии не переставали верить в нашу победу. Они знали: придет час — будет и на нашей улице праздник.

Именно в это трудное время, в период ноябрьских боев, от 353 воинов дивизии поступили заявления о приеме в партию и комсомол. «Если погибну, считайте меня коммунистом» — так писали патриоты.

Мне не раз доводилось в это время беседовать с бойцами дивизии. Да, они были измотаны напряженными боями и бессонными ночами. Но их глаза светились огнем ненависти к врагу. После каждого разговора с бойцами мы, командиры, еще и еще раз убеждались: с такими людьми победим, отгоним врага от столицы, и не только отгоним, но и дойдем до Берлина.