Истребитель брaтвы
Шрифт:
– Не все так просто, – покачала она головой. – Я очень хочу выбраться из этой грязи. Хочу быть с тобой… Но…
– Тебе нужны деньги, так?
– Это само собой. Я должна позаботиться о маме.
– Оставь эту заботу мне.
Кирилл поймал себя на мысли, что думает о Соне, как о своей жене. И от этого на душе стало только теплей.
– Но дело не только в деньгах, – поникшим тоном проговорила Соня.
– Может, ты боишься своего шефа? Думаешь, он не оставит тебя в покое?… Так я с ним разберусь. Быстро мозги вправлю.
Кирилл был в ударе. Ради Сони он готов был бросить вызов всему миру.
– Нет, – покачала она головой. – Сергея я не боюсь. Хотя, возможно, он попытается удержать меня… Я другого боюсь… Кирилл, ты даже не представляешь, какая я у тебя порочная…
По выражению ее лица он понял, что она готова сделать признание. И оно дается ей нелегко.
– Ты должен бросить меня. Ты должен меня забыть… В общем, я живу не только с Сергеем. У меня есть другой мужчина… Я его ненавижу. Но…
Кирилл представил, как Соня барахтается в постели то с одним, то с другим, и внутри у него все заледенело. Вдруг захотелось психануть, послать ее на три буквы, уйти от нее. Забыть ее. Купить героина, сделать раствор, уколоться и в черном наркотическом угаре забыть Соню со всеми ее любовниками…
– Да пошли они все!
Но он сдержался, пересилил себя. Направил взрыв эмоций на ее любовников.
– Все! – бушевал он. – Все!!! Все, что было, все прошло. Все забыто… Есть только настоящее. Есть только будущее. Есть только ты и я. А больше ничего…
– Хороший мой, милый, дорогой… – Соня прижалась к нему, нежно обняла руками за шею, жарко зашептала в ухо: – Есть только мы. Только ты и я…
Кирилла подхватила страстная волна, подняла на гребень и бросила на Соню. Та была только рада этому…
– Любовь – это хорошо, – сказала Соня. – Но любовью сыт не будешь…
Время близилось к вечеру. А они все оставались в постели. Никак не могли насытиться друг другом. Слишком хорошо им было вместе.
– Могу предложить яичницу с помидорами и ветчиной…
Она поцеловала Кирилла, вскочила с кровати. Он несколько секунд любовался ее стройным обнаженным телом, пока она не накинула на себя халатик.
Соня вышла из комнаты. И почти одновременно с этим в прихожей зазвонил телефон. Кирилл услышал ее голос:
– А, это вы… Сегодня? В семь?… Нет, я не могу… Я понимаю, что там будет хорошо, но я не могу… Ни сегодня, ни завтра… Никогда… Ничего не случилось. Просто я не хочу… Не хочу и все… Не нужна мне машина. Мне ничего не нужно… Да, можете считать. Между нами все кончено… Не пожалею…
Она положила трубку. Вернулась в комнату. Бледная как мел. Ни кровинки в лице.
– Он звонил? – спросил Кирилл.
– Он, – кивнула она.
– А кто именно? – Ему показалось, что в его голошее прозвучала издевка.
Но она, похоже, этого не заметила.
– Аркадий… Он очень страшный человек. Никто мне этого не говорил, но я сама знаю… У них с Сергеем какие-то дела. Сергей под его дудку пляшет. Меня подарил. Всего на одну ночь… Ты, прости, я такие вещи говорю. Но это было…
– Тебя подарили? На одну ночь? – Возмущению Кирилла не было предела.
– Ну не то чтобы подарили… Сергей меня долго уговаривал. Обещал зарплату поднять. Квартиру обещал подарить… А я такая дура была. Такая идиотка… В общем, все случилось… Мы уже несколько раз были вместе…
– Зачем ты мне это говоришь?
– Не знаю… – жалобно пожала она плечами. – В последний раз Аркадий предложил мне сотрудничество. Чтобы я узнавала у Сергея о его делах, а потом рассказывала все ему… Это так ужасно… Я не согласилась. Обещала подумать. Он сказал, думай. Но если проболтаешься Сергею, твой труп найдут в Глубоком озере… Кирилл, мне страшно. Это страшный человек. Он из мафии. Он не рассказывал, я сама догадалась. Видел бы ты, какие типы крутятся возле него.
– Не видел. И видеть не хочу. И слышать тоже… Ты послала этого козла куда подальше?
– Я сказала, что между нами все кончено.
– Он угрожал?
– Сказал, что я пожалею…
– Пусть он жалеет. А тебе жалеть нечего. Или есть чего?
– Полжизни бы отдала, чтобы никогда его не видеть, не слышать… Ненавижу их всех. Только тебя люблю. А их всех ненавижу…
Кирилл прижал ее к себе, как мог, утешил. А потом весело напомнил:
– Кто-то яичницу с ветчиной мне обещал?
– Я сейчас, – встрепенулась Соня. Но до кухни снова не добежала. Кто-то позвонил в дверь.
– Это он, – побледнела она.
– Будем встречать, – решил Кирилл.
И начал быстро одеваться. Соня же на цыпочках подошла к двери, осторожно глянула в «глазок». Вернулась к Кириллу.
– Это Сергей, – прошептала она.
– Твой шеф?
– Да…
– Чего ему нужно?
– Я же не вышла сегодня на работу. Он беспокоится…
– Да? Ну я его успокою…
Кирилл решительно подошел к двери, разобрался с замками, открыл. На пороге стоял здоровенный тип с непроницаемым фейсом. Его можно было принять за крутого рэкетира, если бы не выражение изнеженной сытости на лице. Впрочем, это выражение тут же куда-то исчезло, когда здоровяк увидел, кто перед ним стоит.
– Эй, ты кто? – набычился он. Чуть поодаль от него стоял еще один бугай.
Тот самый, который вчера привез Соню домой.
– Ни фига себе, сосед называется, – прогундел тот. Почернел, словно грозовая туча, глаза прищурил – будто молнии приготовился метать. Губы стиснул, кулаки сжал, сам весь превратился в сгусток разрушающей энергии.
– Ты его знаешь? – спросил один у другого.
– Так это, вчера встречались… Соня сказала, что сосед…
– Пошутила она, – усмехнулся Кирилл. – Не сосед я. Муж… Вопросы?
– Муж? – опешил первый здоровяк.
– Муж! – подтвердила Соня.
Она стояла за широкой спиной Кирилла и с опаской смотрела на своего шефа. На своего бывшего шефа, и бывшего любовника.
– Эй, так не бывает, – в растерянности захлопал глазами мужик.
– Бывает! – отрезала Соня.
– Дорогая, скажи этому дяде, что ты у него больше не работаешь! – потребовал Кирилл.
– Сергей Игнатьевич, я у вас больше не работаю. Уволилась по собственному желанию. И прошу меня больше не беспокоить…