Чтение онлайн

Вадим размышлял, медленно произнося фразы:

– Минимум мусора мы, конечно, оставляли. Но при этом тщательно сжигали всю бумагу и горючий пластик, обжигали банки на примусе, чтобы их быстро съела коррозия. И все тщательно прятали, чтобы не оставить грязи. Это вошло в привычку. По крайней мере, у Ака и Неделина. Они бы всегда бивак прибрали. И, действуя без спешки, не обронили тряпицу. Либо при уходе осмотрели бивак и подобрали ее. Здесь с мусором не обожгли. Значит? Что это может значить? Наверно, они экономили топливо. А почему банку не расплющили? Видимо, они торопились. Пока я это понимаю так. Может быть, имелись и другие причины. Павел Андреевич! Эта находка пусть и не дает нам четкого направления поиска, все же очень обнадеживает. Ясно, что они останавливались здесь не так давно и, возможно, намереваясь свернуть в ближайшее ущелье. В то, из которого мы спустились, либо? Либо они спустились сюда после неудачного подъема где-то выше по леднику.

– Могло быть и так. Хорошо, попробуем пройти назад, в это ущелье и через боковой отрог. Другой более обоснованной версии у нас нет...

По известному пути они еще до полудня вышли на снежную седловину бокового отрога. Следов, тура с запиской не нашли и здесь и на скалах выше. Вадим тщательно просмотрел видимые сверху участки снежного склона и скал, тактически продумывая возможности спуска в этом месте.

С седловины просматривались два примерно равноценные варианта спуска. Оба по скальным гребешкам-контрфорсам или вдоль них, по кулуарам, по границе скал и не слишком надежного снега. Оба вели вниз с плавным поворотом влево. После короткого совещания решили исследовать оба варианта двумя связками.

– Сбор на седловине через три часа. Исследуем на 4–5 веревок вниз. Дальше, видимо, уже не стоит... Искать будут ведущие – Вадим и Лида. Небрежных разведки, поиска, как и страховки, быть не может! Я и Георгий – страхующие. Устанете – сменим. Двинулись!..

Романцов ощутил бездну вины и грусти в глазах Лиды за ту оплошку на стоянке. Желая реабилитироваться, она будет искать отчаянно. Вадим тоже... И если здесь что-то есть, они не пропустят. Ну а ты, шеф, изволь подумать, что делать, если ничего не найдем! Такой исход более чем возможен! Ладно гадать...

Вадим искал сначала со жгучей надеждой, потом с отчаянием обреченного. Тщательно осматривались скалы на предмет обнаружения свежих сколов на трещинах, в которые можно было забить скальный крюк. Искали остатки следов на снегу. Но веревка за веревкой уходили вниз, а результата нет! Скалы и снег девственно чисты и не хранят никаких отпечатков рук человека. Мокрые, холодные руки Вадим ободрал в кровь, ощупывая под снегом края скальных трещин. Пятая веревка легла на душу смертной тоской. Опять впереди тупик! Опять все напрасно и ничего не получается! Более трех часов ползания по скалам ничего не дали. Надо возвращаться. Тупое отчаяние!..

– Павел Андреевич! Пройдем еще веревку. Ну, задержимся немного. Они нас простят.

Романцов задумчиво обвел склон взглядом. Все молчаливо и пустынно печально. Стоит ли еще тратить время? Уже два часа дня... Место мрачное, богом забытое. Вадим, конечно, устал, и надо дать ему передышку.

– Хорошо, только теперь страхуешь ты, а я буду искать.

Лида искала так же, как Вадим. Она была зла на себя, «как чэртонок» (глазами Георгия). Руки стыли от холода, острые льдинки фирна впивались в кожу. Но она не надевала рукавицы, желая чувствовать рельеф «на все сто» незащищенными пальцами, до крови. Поиск на четыре веревки ничего не дал, и пора было возвращаться.

– Надо еще одну пройти, Гера! Ну, немного опоздаем, – не убьет нас за это начальник!

– Ладно! Навэрстаэм!..

Эта трещина среди множества других ничем не примечалась, но Лиде показалось, что чуть ниже нее снег имеет еле заметную неровность. А что, если это вытоптанная площадка пункта страховки, засыпанная свежим снегом? Приостановилась.

Рука по локоть ушла в этот снег и... Вытащила-таки, вырвала у горы эту заледеневшую петлю из репшнура!

Петля висела на скальном крюке. Совсем новом! Без налетов ржавчины и грязи...

А как оно вниз?.. Внизу крутизна увеличивалась, спуск становился более трудным и опасным. Петля кем-то оставлена на спуске, это очевидно. Причем недавно, – «реп» совсем не старый, на солнце не выгорел, без серого налета грязи.

– Надо вызвать наших. Пусть Вадим осмотрит крюк. Нестандартный, может быть, их?..

– Лыда, останься. Я подымусь одын и спушусь с нашимы суда.

– Может, немного обойти скалу вбок, увидем их за выступом и позовем.

– Попробуэм!

Обойдя скалу, Георгий действительно увидел Романцова и Воронина, поднимающимися по скалам в ста метрах в стороне и выше. Предупрежденные криком, они аккуратно обошли скальный уступ сверху и спустились к Лиде.

– Крюк наш! Акулининский! Однозначно! Титан ВТ-5, повышенной прочности. Алексей сам делал такие для похода. И репшнур наш! Сомнений нет, они здесь были. Вопрос, когда? Вот это уже кое-что, Павел Андреевич! Вот она – ниточка за иглой!..

– Движемся далее по их спусковому пути, выискивая промежуточные точки закрепления. Предельное внимание и осторожность! Они могли сорваться или попасть в лавину, и мы на их пути можем поскользнуться и пропасть на том же самом. Вадим – ты направляющий. Задаешь тактику и направление, как они должны двигаться в этих условиях. Я подкорректирую. Подготовь веревку. До дневной связи – 20 минут. Георгий, Лида, рацию и антенну!

– Ринат, Камиль, слышу хорошо! След пропавшей группы обнаружен на западном скате бокового отрога восточнее ледника «17». Зона поиска – южнее и юго-восточнее вершины «5075». Предположения Воронина оправдываются. Возможно, они уже на удалении менее километра от нас по прямой.

– Вы уверены?

– Да! Определенно! Утром нашли кое-какой мусор на стоянке, оставленный ими. А сейчас обнаружили крюк и спусковую петлю. Однозначно ими, причем ясно, что они ошибочно пошли на спуск через боковой отрог, сваливаясь опять на Каинды! Вернее всего дня два-три назад! Два-три дня назад, а может, и меньше! Наш прочес начинает давать результаты. Камиль, слышишь?

– Да!

– У тебя ничего?

– Да, в цирке перед перевалом Крылова никаких следов нет.

– Прошу тебя срочно вернуться на Каинды и занять позицию наблюдателя южнее вершины «5075». Будь готов соединиться с нами по кратчайшему маршруту. Задачу уточню на вечерней связи, в 22.

– Понял!

– Павел! Что поручить Шепитько? – включился в разговор Халиев.

– Он не вышел на дневную?

– Значит будет на запасной, в 18.

– Его пока срывать не станем, – целеуказание на вечерней связи в 22. Его позиция – вблизи перевала, так чтобы можно было начать движение по любую сторону хребта. Сообщи ему наши результаты. Лида ставит пять с плюсом Инге за диагноз. Есть ли известия о Беловой из больницы. Как состояние?

– Нашли переломы шести ребер и левой ключицы. Истощена морально и физически. Но опасений за жизнь нет. Лечат!

– Ну, спасибо! Пока все. Жди нас на 18 и на 22. На 18 можем не выйти, если будем очень заняты. К 20-ти или 22-м, думаю, еще кое-что прояснится. Пока все!

– Буду ждать на 18, 20 и на 22. Успеха! Конец связи!

– Успеха! Конец связи! КС!

– Конец связи! КС!

Романцов выбил найденный крюк с петлей и спрятал его как улику в карман рюкзака. Вместо него выбрал место, подобрал и забил свой крюк. Забил с «малиновым звоном», надежно. Закрепил веревку, сбухтованную Вадимом.