It's not about age
Шрифт:
— Чертовы неофиты! Глаза разуй! — прокричал этот «кто-то» так громко, что я подумала, что смерть в болоте — не такой уж и плохой вариант.
Пальцы на руках начали дрожать, как и я сама. Нервно дыша, я просто смотрю на злого и агрессивного мужчину, поскольку вымолвить что-либо я не в силах. Страх взял верх надо мной так, что я неподвижно сижу и ощущаю жуткую дрожь по всему телу, то ли от холода, то ли от страха. А боль лишь подливает масла в огонь.
— Простите, — произношу тихо, в отличие от него я.
Мне стало не по себе от того, что он подошел ко мне чуть ближе и начал рассматривать меня, прищурив глаза, как будто я невиданный зверь, находящийся в клетке. Я хочу попросить его о помощи и поведать все случившееся за сегодняшний вечер и ночь, но он снова заговорил:
– Откуда ты?
– произнес, понизив голос, но такое ощущение, что грубость в его речи была непоправима.
– Я из Эрудиции, - несмело отвечаю я, планируя продолжить захватывающую историю, что случилась со мной сегодня, но он сбивает меня с мыслей.
– Какого хрена ты здесь делаешь?
– Я потерялась в этом жутком месте, - начинаю я, - мой отец забыл меня здесь, я чуть не погибла на болоте, и меня чуть не пристрелили! Помогите, мне нужно попасть домой, - произнесла первые мысли, что пришли в голову.
Через пару секунд снова раздался выстрел совсем близко и я, испугавшись, подбежала к незнакомцу и прижалась, в надежде, что он поможет мне. Ведь сейчас он единственный человек, который может действительно спасти меня от всего того, что может случиться со мной здесь.
– Помогите, - вновь прошу я, ухватившись обеими руками за его одежду, оказывая воздействие бедолаги. Думаю, его это зацепит.
Неподалеку кто-то громко крикнул: «Они сейчас проберутся к флагу! Останови их!». Судя по говору, это бесстрашные. Только они могут бесстрашно играть в опасные игры, ездить ночью в опасный лес и бесстрашно вести себя.
– Да отвали ты от меня!
– крикнул мужчина, и, резко оттолкнув меня, направился на голос, который доносился из-за кустов. Земля отдает невероятным холодом, я его чувствую сквозь мокрую подошву.
Думаю, что этот странный и агрессивный тип не одобрил бы то, что я пойду за ним, но других вариантов я просто не хочу искать. Он сел на одно колено и безбожно начал стрелять. Поначалу выстрелы пугали меня, но, поскольку сегодня я их услышала сполна, я уже не дергаюсь, когда слышу их. Он обернулся и посмотрел на меня так, словно я его самый заклятый враг.
– Прошу, не гоните. Я хочу добраться до дома, мне нужна помощь, - настойчиво умоляю его, зная, что нельзя упускать замечательную возможность выжить. Я осознаю, что сейчас не самое подходящее время просить его о помощи, тем более, такой. Он занят, но и я не могу остаться здесь.
Сделав еще один выстрел, мужчина достает из кармана несколько патрон и вставляет одну за другой в свое оружие. Только сейчас мне удается заметить его завязанные в хвост длинные, скорее всего, волосы. Черт лица не разглядеть, как бы я ни старалась. Моим глазам не победить темноту.
– Уходи отсюда, пока тебя не ранили, - произносит он, но на этот раз более спокойно.
Интересно, все мужчины такие глупые? Я даже не знаю, насколько далеко я от города, а он просит уйти!
– Ты бы меня и не увидел, если б я знала куда идти! Я потерялась!
– кричу я.
– А мы разве перешли на «Ты»?
– ухмыляясь, спрашивает он, заряжая свой пистолет.
Я чувствую себя неловко. Меня с детства приучали обращаться к незнакомым людям на «Вы», а ко взрослым тем более! Если бы няня или родители слышали меня сейчас, то наверняка бы наказали. Когда я не умела держать язык за зубами при взрослых людях, мне постоянно попадало. По мнению родителей, я должна молчать, когда со мной заговаривает взрослый человек. А это весьма глупо, согласитесь?
– Но ты же ко мне не на «Вы» обращаешься, - хмыкнув, произношу я.
Как вдруг, ни с того ни с сего, он громко и зловеще начинает смеяться. От его злобного смеха мне совсем не по себе. Теперь он точно не поможет. А от этой мысли мне становится тоскливо и страшно.
– Я должен извиниться перед Вами?
– смеясь, спрашивает он.
Должно быть, он так шутит. А может, нет. С детства я не любила, когда надо мной смеются. Особенно, когда это делают родители. Иногда их смешило мое поведение: я всегда обнимаю их при встрече, по возможности встречаю с работы. Наверное, им становится смешно от того, что я люблю их, невзирая на то, что любовь эта не взаимна. Да, наверняка это так. От наплыва грустных мыслей в моих глазах случается потоп, и я чувствую, как теплая слеза стекает по щеке. Я опускаю голову.
– Я хочу домой, - тихо бормочу себе под нос.
– Здесь тренируются бесстрашные, - говорит он.
– Идет игра. Они не поведут тебя домой, даже если ты поцелуешь их в зад, - произносит твердо он, а затем встает на ноги в неполный рост и осторожно пробирается сквозь кусты.
Я решаюсь идти за ним. Раз уж он имеет смелость говорить за других неофитов, наверняка держит власть над ними. Тихо пробираясь за мужчиной, я случайно спотыкаюсь и падаю, ударившись коленом обо что-то твердое. Я чувствую, как боль терзает мое колено, и я начинаю стонать. Положив на него руку, ощущаю что-то теплое. Должно быть, это кровь. Я начинаю плакать. То ли от боли, то ли от беспомощности. Мужчина оборачивается, и я слышу, как он тяжело вздыхает. Из леса вновь слышны чьи-то голоса, но я уже не обращаю на них внимание. Мне холодно, страшно и грустно. Мое внимание сосредоточено на незнакомом мужчине, который может мне помочь. Он точно знает где мы находимся и как попасть в город.
«Они уже у флага! Прикрой их!» - донеслось из леса, и я заметила, как стоящий напротив меня незнакомец расслабился и выпрямился.
– А что за флаг?
– осмеливаюсь поинтересоваться, хотя понимаю, что мой вопрос совсем некстати.
Какое-то время он просто смотрит на меня, а затем идет туда, откуда донесся голос. Я пытаюсь идти за ним, но у меня это плохо получается. Боль в моем колене так и не утихла, поэтому я то скачу на одной ноге, то хромаю. Пытаюсь не отставать, но у меня почти нет сил, чтобы двигаться дальше. Не заметив небольшой бугорок, я спотыкаюсь и вновь совершаю фирменное падение. Отдышавшись несколько секунд, поднимаю голову и вижу, как двое мужчин разговаривают, затем расходятся. На меня надвигается силуэт крупного мужчины, который запнулся об меня у тех кустов. Я совсем обессилена, чтобы подняться на ноги, поэтому я просто лежу на животе и смотрю на то, как он направляется ко мне. Наверное, хочет покончить со мной, убив или покалечив. Но незнакомец проходит мимо, подходит к упавшему дереву, которое обогащено большими палками и уже засохшими листьями. Ломает палку, но зачем? Лишив мертвого дерева одной из его рук, он счищает с нее мелкие сучки и кидает мне.
– Обопрись на нее всем телом и поднимись на ноги. Потом используешь ее в качестве опоры во время ходьбы. Ясно?
– говорит он весьма уверенно, а значит, хочет мне помочь. Я делаю все, как он сказал и поднимаюсь, облокотившись об палку. Затем смотрю на него и пробую сделать несколько шагов, которые достаются мне с весьма мучительной болью. А может, не такой уж и мучительной. Но болевые ощущения все равно есть.
– Тебе повезло, потому что сегодня нам по пути. Если хочешь выжить во время дороги домой - выполняй все то, что буду говорить я. Ясно тебе?
– произносит он, глядя по сторонам.