Чтение онлайн

Именно они придумали само название «Италия», происходящее от «Fitalia», «земля скота», — так греки называли юго-западное побережье полуострова в V веке до н. э.; к I веку до н. э. слово «Италия» стало названием всего края.

Греческий след особенно заметен в становлении культуры и искусства на Апеннинском полуострове. Влияние распространялось не только через торговлю; очевидно, что греческие мастера переселялись в разные части страны, заметно изменяя и углубляя местные знания и умения. Например, в середине VII века до н. э. наряду с горшечниками и художниками в Тарквинию Этрусскую перебрался Демарат Коринфский; он женился на дочери местного аристократа, а его сын, согласно легенде, отправился в Рим и там стал царем Тарквинием Старшим. При греках развивалась философия: Пифагор и Элей жили в Кротоне. Более того, греки преподали местным жителям важные уроки военного дела, научив их использовать фалангу, то есть пеший строй гоплитов, сменивший основной прием ведения битвы — спонтанные атаки неорганизованной толпы отважных воинов. Греки ввели важные усовершенствования в способы укрепления городов, по достоинству оцененные этрусками, когда те предприняли попытку распространить свое влияние на территорию «греческой зоны». В конце концов, это препятствие на пути этрусской попытки объединения народностей полуострова, быть может, стало самым важным воздействием греков на раннюю итальянскую историю. Но почему греки, настолько превосходя в развитии местные народы, не оказали более сильного политического влияния? Ответ, наверное, кроется в том, что греческие города постоянно враждовали между собой, а внутри них постоянно возникали междоусобные стычки — то есть им не хватало единства. Вся энергия, которую греки могли бы направить на более полное проникновение в глубь Апеннинского полуострова, растрачивалась во внутренних распрях.

Д. Г. Лоуренс. Кипарисы [3]

И все же из доримских культур наибольшее влияние оказала и оставила самые значительные следы в итальянской истории культура этрусков. Тому, кто путешествует по Италии, полезно знать, что множество потрясающих свидетельств этрусской культуры можно увидеть в так называемом «этрусском поясе» между Флоренцией и Римом, где сохранилось немало замечательных гробниц, храмов и других следов этой цивилизации. Некоторые все еще пребывают в запустении, что лишь многократно усиливает их привлекательность и открывает мало-мальски склонному к приключениям туристу дополнительные возможности.

Около VI века до н. э. большая часть известной нам Италии и особенно ее центр оказались под властью этрусков. Римляне знали их как этрусков или тусков, греки — как тирсенов (tyrsenoi) или тирренов (tyrrhenoi). По свидетельству греческих историков, они сами называли себя расенами (rasena). Греческая форма их имени сохранилась в названии Тирренского моря, отделяющего западное побережье Италии от островов Сицилия и Сардиния. Римская форма имени дала название Тоскане, как теперь называется родина этрусков — Этрурия.

Этрусков всегда окружало какое-то очарование и тайна. Трудно сказать, что больше интригует: то немногое, что нам известно об их обычаях, или то, что скрыто под пылью веков. Все началось с неопределенности и разногласий о том, откуда же все-таки взялись этруски. Греческий историк Геродот писал в V веке до н. э., что они были лидийцами, бежавшими на полуостров с запада Малой Азии от голода, и это было признано всеми, включая самих этрусков. Иное мнение было высказано в I веке до н. э. Дионисием Галикарнасским, утверждавшим, что на самом деле они были коренными жителями, поскольку их язык и общественные устои во многом разительно отличались от лидийских. Спор продолжается до сих пор и кажется неразрешимым, несмотря на использование современных научных методов изучения человеческих останков, обнаруженных археологами. Те, кто выступает в пользу «туземного» происхождения этрусков, подчеркивают, что их города, как правило, возникали на месте поселений, относящихся к культуре Виллановы, чему хорошим примером служит город Вейи под Римом. Более того, их похоронные обряды часто кажутся логическим продолжением тех, что характерны для культуры Виллановы. Согласно этой точке зрения, восточный колорит этрусской культуры можно объяснить греческим влиянием, которое в то время, как мы видели, было велико. С другой стороны, сторонники миграционной теории замечают, что переход от поселений, свойственных культуре Виллановы, к городам этрусков требовал новых умений, в то время на полуострове не существовавших и потому предполагавших привнесения извне. При этом подчеркивается множество параллелей между восточными культурами и этрусской, а также указывается на языковые свидетельства.

Известный нам этрусский язык не был индоевропейским и поразительно походил на тот, каким, по археологическим свидетельствам, пользовались на острове Лемнос в Эгейском море в догреческие времена. Он также имеет связи с языками Малой Азии и заставляет видеть в Лемносе этрусский перевалочный пункт между Малой Азией и Апеннинским полуостровом. «Перуджийский камень» («Cippo Perugino») с одной из длиннейших известных этрусских надписей является, возможно, самым знаменитым источником сведений об их языке. Он находится в Национальном археологическом музее Перуджи, где, кстати, хранится несколько интересных экспонатов эпохи палеолита, а также медного, бронзового и железного веков. Почти столь же спорна дата прихода этрусков, если допустить, что он имел место. Традиционно утверждается, что этруски явились на территорию Италии приблизительно за 1200 лет до н. э., но археологические свидетельства указывают на начало VIII века до н. э. как на наиболее вероятное время их расселения на Апеннинском полуострове. Также вероятно, что эта миграция проходила постепенно, в течение значительного промежутка времени. Откуда бы ни взялись этруски, когда бы и откуда они ни пришли, в глаза бросается тот факт, что известная нам этрусская культура развивалась на территории полуострова и собственно Этрурии.

Древнейшие этруски основали города Популонию, Тарквинию, Ветулонию, Вульчи и Кайсру [4] в ключевых точках западного побережья. Позднее передвинулись в глубь материка и силой сделались правителями поселений «виллановийцев», основав города Вольсинии (Орвьето), Волатерре (Вольтерра), Кортону, Арретий (Ареццо), Клузий (Кьюзи), Перусию (Перуджу), Вейи и другие. Они были во многом первопроходцами, отряжали «виллановийцев» на расчистку и распашку глухих лесов и маккий [5] , характерных для территории Центральной Италии в то время, заставляли их осушать земли под пашни и поощряли к строительству городов. Этруски также использовали свои инженерные познания для устройства дренажа и при прокладке дорог, что, конечно, облегчало дальнейшее градостроительство.

В соответствии со склонностью этрусков к мистицизму и ритуалам города закладывались согласно религиозным правилам, содержавшимся в обрядовых книгах. Так, например, надлежало ограждать горожан от внешних опасностей, действительных или мнимых, строительством священных границ (promeria) вокруг городов, а устройство и расположение храмов и общественных зданий были тщательно продуманы. Ландшафтные особенности на местах ранних поселений препятствовали тщательной проработке планировки, но в более поздних городах царит педантичный порядок, улицы построены строго по сетке; эта практика, вероятно, повлияла на планировку римских городов. Превосходный пример тому можно найти в Мардзаботто под Болоньей. Большая часть жилых строений возводилась из дерева и примитивных кирпичей и имела прямоугольную планировку, некоторые были двухэтажными и иногда завершались остроконечными крышами. Знать жила в просторных и украшенных домах (domus), которые строились вокруг внутреннего двора в греческом стиле, — вероятно, они предшествовали роскошным римским домам с атриумами.

Этрусские храмы возводились обычно на площадях на высоком каменном цоколе, имели длинный портик с колоннами спереди и внутреннее помещение (cella) [6] , которое, как правило, делилось на три части в соответствии с верой этрусков в трех божеств, хотя иногда могла быть одна центральная «целла» с двумя боковыми комнатами (alae) [7] . Отличительная особенность этих храмов — терракотовый декор, расписанный ярким орнаментом и фигурами, среди основного деревянного внутреннего убранства.

Похоронные обряды этрусков включали сожжение и погребение в земле, их захоронения — основной источник сведений об их цивилизации — являют собой блистательные сооружения. Бедняков закапывали в ямах или рвах, но знать обычно хоронили с роскошью в помещениях внутри земляных курганов (tumuli) с круглыми каменными сводами, врезанными в склоны холма (tholoi), или в гробницах-коридорах, выбитых в скале. Последние являлись обычно семейными склепами, выстроенными в ряды улиц, почему и назывались «городами мертвых» (некрополями). Поразительными примерами этому служат кладбища в Цере и в Вольсинии. У некрополей были сводчатые крыши, часто украшенные впечатляющими фресками со сценами из повседневной жизни этрусков, а индивидуальные гробницы часто строились в форме домов, были роскошно обставлены и наполнены искусно сделанной глиняной утварью, драгоценностями и металлическими изделиями. Примером служит знаменитый склеп в Тарквинии, где сохранились великолепно разукрашенные стены с изображением плясок, пиршеств, игры на музыкальных инструментах, рыбной ловли, охоты, конных скачек и нескольких загадочных сцен из жизни подземного мира. Помимо крупных захоронений в Центральной Италии, имеется множество малых, относительно малоизвестных, часто заброшенных, но от этого не менее любопытных свидетельств этрусской культуры. Например, местечко вблизи небольшого городка Сована, где, помимо скальных склепов, находится прекрасно сохранившийся храм и другие следы поселения.

Религия более всего способствовала атмосфере таинственности, окружающей культуру этрусков. Этруски поклонились множеству богов, переняв некоторых от греков, а также верили в злых духов. В частности, они поклонялись трем божествам: Тину, У ни и Менрве, которые соответствовали Юпитеру, Юноне и Минерве в римском пантеоне. Они верили, что «этрусское учение» («etrusca disciplina») было открыто им ясновидцами и записано в обрядовые книги. «Libri fulgurales» [8] говорили, как толковать гром и молнию, a «libri haruspicini» [9] содержали наставления профессиональным прорицателям-гаруспикам о толковании знамений по внутренностям жертвенных животных — еще один пример того, как этруски повлияли на римлян, унаследовавших эти практики. Книги также содержали наставления по исполнению важнейших частных и общественных обязанностей, включая способы строительства храмов, закладки городов и ведения войны. Обряд и религия господствовали во всем, что делали этруски. Их вера, в отличие от верований греков и других народностей, населявших полуостров, была мрачной и жестокой. Особенно жуткими были человеческие жертвоприношения, чтобы умилостивить богов и охранить себя от мучений, уготовляемых демонами в подземном мире, часто изображавшемся на могильных росписях. Жертвы были вынуждены убивать друг друга на гладиаторских поединках во время похорон, а военнопленных часто истребляли для упокоения душ тех, кто взял их в плен.

Этруски оставили множество образцов своего искусства. Уже упоминались фрески на стенах гробниц, но роспись встречается и на сосудах. Глиняную посуду этруски в больших количествах ввозили из Греции, но имеется несколько образцов работы на традиционной черной глине (bucchero). Они были искусными мастерами по металлу, выделывали впечатляющие резные украшения для похоронного имущества и зеркал, изготовляли золотые и серебряные уборы и широко торговали ими за пределами страны. «Капитолийская волчица» в Риме и «Химера» из Ареццо — изящные образцы этрусского художественного литья. Стоит отметить и прекрасно выполненные, тонкой работы светильники, которые можно видеть вместе с другими бронзовыми художественными изделиями в Этрусском музее в Кортоне. Другие интересные экспонаты этрусского периода хранятся в Археологическом музее Флоренции и в Ватиканском музее в Риме. Этруски создавали не только изумительные каменные изваяния, но и великолепные терракотовые статуи, самая известная из них — Аполлон Вейский; также следует назвать терракотовую скульптурную композицию в натуральную величину, известную как «Состязание за священную лань». Ясно, что этрусское искусство испытывало сильное влияние греческого; есть мнение, что некоторые греческие мастера селились и основывали школы в Этрурии. Однако это привнесенное влияние соединялось с местными италийскими практиками, порождая новый самобытный стиль, отличавшийся реалистичностью изображения.