Чтение онлайн

— Да, синьор настоятель. Ветер подарил ему шкатулку, и еще какую, почище первой! Вся золотая, а угощение такое, что и во сне не увидишь. Но только Джеппоне не отдаст ее никому!

Монах велел позвать Джеппоне.

— О, как я рад, Джеппоне, как я рад, что ты вернулся с таким замечательным подарком! Покажи мне золотую шкатулку.

— Да, чтоб вы отобрали?

— С чего ты взял? Как можно?

Джеппоне показал шкатулку. Она горела как жар. При виде золота алчность овладела монахом.

— Джеппоне, отдай мне эту шкатулку, а я верну тебе ту, первую!

— Ну так уж и быть. Давайте старую и получайте золотую. Да не забудьте, синьор настоятель, что эту шкатулку можно открывать только при нестерпимом голоде, а то она не послушается.

— Это мне очень подходит, — ответил тот. — Я как раз ожидаю гостей, самого епископа и своих соседей, тоже настоятелей. До обеда они побудут у меня натощак, но зато уж потом — открою шкатулку и пусть кушают на здоровье!

После утренней мессы святые отцы остановились у дверей монастырской кухни.

— Видно, и не собирается хозяин кормить нас сегодня обедом, здесь даже огонь не разведен, да и припасов не видно.

Но до некоторых уже дошли кое-какие слухи, и они возражали:

— Потерпите, в час обеда он откроет чудесную шкатулку, и появится все, что душе угодно.

И вот настоятель торжественно усадил своих гостей за стол, где стояла одна лишь золотая шкатулка. Все так и пожирали ее глазами. Настоятель открыл шкатулку, из нее тотчас же выскочили шесть мужичков, в руках дубинки, и всласть угостили попов и монахов. Удар следовал за ударом. Настоятель уже выронил из рук шкатулку, и она валялась открытая, а мужички молотили направо и налево.

Спасибо прибежал тут Джеппоне — он прятался поблизости — и захлопнул крышку шкатулки. Не сделай он этого, человечки забили бы всех попов до смерти.

Говорят, что после этого обеда попы даже вечерню служить не могли.

А Джеппоне забрал обе шкатулки, больше никому их не давал и всю жизнь прожил как настоящий синьор.

Мучелло

Жил-был флорентинец, большой любитель интересных разговоров. Каждый вечер он ходил слушать рассказы людей, которые много странствовали по свету и многое повидали. А самому рассказать было нечего, потому что всю свою жизнь он прожил во Флоренции и чувствовал себя среди этих людей сущим дураком.

Вот и захотелось ему попутешествовать. Продал он все имущество и отправился в путь.

Шел он, шел, а настала ночь — попросился переночевать в дом священника. Хозяин пригласил его к ужину и за едой спросил, куда и зачем он путь держит. Когда священник услышал, что флорентинец странствует для того, чтобы дома было о чем порассказать, он говорит гостю:

— А ведь и мне охота попутешествовать. Что вы скажете, если мы отправимся вместе?

— Я ужасно рад, что нашел себе попутчика, — ответил флорентинец.

Настало утро, и флорентинец со священником пошли вместе.

К сумеркам добрались они до какого-то поместья и попросили приюта на ночь. Управляющий их и спрашивает:

— Куда и зачем путь держите?

Рассказали они ему обо всем, и вот управляющему тоже захотелось постранствовать, и на заре он отправился вместе с ними.

Много дорог исходили трое странников и однажды подошли ко дворцу, где жил великан.

— Постучим? — говорит флорентинец. — Вернемся домой, у нас будет что рассказать о великане.

Великан сам отворил им дверь и пригласил гостей в дом.

— Хотите, оставайтесь у меня, — сказал он, — в моей церкви как раз нет священника, а в поместье — управляющего. Во флорентинце, правда, у меня нет нужды, но и для него найдется местечко.

Все трое подумали про себя: «На службе у великана мы наверняка увидим много необычайного. Будет что порассказать дома!» И они согласились.

Великан уложил их спать, дескать обо всем договоримся утром.

Наутро великан позвал священника:

— Идемте со мной, я покажу вам церковные книги, — и повел в какую-то комнату.

Флорентинец был очень любопытен и не хотел упустить ничего интересного. Приложил он глаз к замочной скважине и видит: священник наклонился над бумагами, а великан взмахнул саблей, отсек священнику голову и бросил мертвое тело в подземелье.

«Это я обязательно расскажу во Флоренции, — подумал флорентинец. — Да жаль, мне не поверят!»

— Священника я определил, — сказал великан. — Теперь пристрою управляющего: идемте, я покажу деловые бумаги.

Управляющий, ничего не подозревая, отправился с великаном в ту же комнату.

Флорентинец снова припал к замочной скважине и увидел, как управляющий склонился над бумагами, а великан рубанул его саблей по шее и столкнул потом обезглавленное тело в подземелье.

Флорентинец обрадовался: столько чудесного он теперь расскажет по возвращении. Но тут ему пришло в голову, что после священника и управляющего — его черед, и никогда не придется ему ничего рассказать. И ему так захотелось убежать! Но великан уже вышел из комнаты и сказал, что, пожалуй, не мешает пообедать, а потом он пристроит и флорентинца.

Сели они за стол, но флорентинец не мог проглотить ни кусочка и вое придумывал, как бы ему вырваться из рук великана.

Великан был подслеповат на один глаз. После обеда флорентинец и говорит:

— Ах, какая жалость! При вашей красоте и такой глаз…

Не очень приятно было великану слушать про этот глаз, и он заерзал на стуле, стал моргать и щуриться.

— Знаете что? — говорит флорентинец. — Я знаю одну траву, она исцеляет глаза. Кажется, я даже видел ее на лужайке у вас в саду.

— Да неужели? — воскликнул великан. — У меня в саду? Так пойдем поищем ее.

И он повел флорентинца в сад. Пока они шли, флорентинец присматривался к запорам на случай бегства. В саду он нарвал какой-то травы, и они вернулись в дом. Флорентинец положил траву в котелок с оливковым маслом и стал кипятить.

— Предупреждаю, — сказал он великану, — будет очень больно. Вы сможете вытерпеть и не пошевельнуться?

— Еще бы, — ответил великан, — разумеется, стерплю.

— На всякий случай я привяжу вас покрепче к этому каменному столу, чтобы вы сидели смирно. А то, чего доброго, станете дергаться, и леченье не удастся.