Чтение онлайн

– Да, - кивнула Лариса, не поднимая головы.
– Да.

– И вспомни, сколько у нас с тобой было никчемных мужиков, продолжала свою душеспасительную речь верная боевая подруга.
– Ведь почти никого из них и вспоминать-то неохота. Трахатели, вот и все. Что, не так?

– Так, - призналась подруга, упорно не глядя на нее.

– Ты-то каждый раз влюблялась, думала, что наконец пришла большая и чистая любовь, а уже через месяц, а то и через неделю-другую опять убеждалась, что это самообман. А потом снова и снова. А я вообще после Сашки ни в кого не влюблялась и всех своих трахателей презирала. Может быть, и они меня презирали и считали шлюхой, но мне на их мнение было насрать. Если так дальше жить, знаешь, что нас ожидает?

– Что?
– Лара наконец подняла голову и посмотрела на нее.

– Лет через несколько мы бы поистаскались, да и репутацию бы сильно подпортили, если бы все время или периодически трахались с молоденькими. А потом нам пришлось бы их покупать. Не обязательно за деньги. За карьеру, за должность. Есть, конечно, молодые любители баб на пятом десятке, но как отличить, кто из них альфонс, а кто нет? Он же не сразу назначает себе цену, а действует вкрадчиво. Когда баба к нему привяжется душой и телом, вот тогда и выясняется, что у него долги, или ему нужно приодеться, или получить приличное образование, или работу, или снять-купить квартиру. И поводы для вымогательств очень уважительные. Например, он больше не может жить с мамой-папой, они не разрешают ему приходить поздно и ночевать вне дома, а снять квартиру не на что. Баба и сама не поймет, как попадется на крючок. От всей души сначала подарит ему галстук, а потом, видя, что у милого ни гроша, начнет платить за их ужин в ресторане, за такси, за маленькие цацки для своего обожаемого мальчика, за арендованную квартиру и за все прочее. Ей самой кажется, что в этом нет ничего особенного - она ж хочет сделать ему приятное, да и себе тоже, а оказывается, что он присосался к ней, как пиявка, и тянет, и тянет. Да и альфонс не просит у неё ничего, а просто жалуется на жизнь и несправедливость судьбы, и она сама ему все дает. И при этом тешит себя иллюзией, что он её любит, старается молодиться, подтягивает кожу на роже, удаляет жиры, изнуряет себя диетами и тренажерами, а для него койка и слова любви - всего лишь работа. Все видят, что он типичный альфонс, жалеют её или смеются над ней, а она в розовых очках. Тебе греет душу такая перспектива?

– Нет, - покачала головой Лариса.

– Вот и мне - нет. Хоть мы считаем себя умными-разумными, да у бабы порой мозги между ног. Вот скажи - разве ты не передком думала, когда пустила этого Паоло в свою постель?

Лариса вздохнула и промолчала.

– И сама ведь понимаешь, что это так, - тем же увещевающе-ласковым тоном продолжала Алла.
– Ты едва оклемалась после сердечного приступа, но тебе и в голову не пришло, что такие нагрузки чреваты для твоего здоровья. Да и вообще, старушка, опять ты придумала себе любовь, а на самом деле это был просто мощный зов плоти, вот и все. Ты ж любишь нежные разговоры, признания, комплименты, но что-то я не слышала, чтобы вы с ним вели лирические беседы. Ну, вначале-то он наверняка что-то лопотал про любовь на итальянском, а потом уже трахал тебя, не переставая. И тебе было безразлично, что ваши страстные стоны слышны на весь дом, что их слышит и Виктор, и обслуга, что кто-то из твоих слуг может продать тебя Казанове. Тебе было на все начхать. Хотела и пилилась от души, без единой мысли в голове. Или решила, что раз Паоло так рьяно трахает, значит, так сильно любит. Верно?

– Да я об этом вообще не думала...
– тихо сказала Лара.

– Где уж тут думать, когда он вообще не вынимает!
– верная боевая подруга все же не выдержала прежний тон и ударилась в цинизм.
– Шишку-то себе не натер?

– Я не знаю...

– А пацан, вполне возможно, был просто-напросто сексуально голодный. Тут ведь глушь, до ближайшей деревни три километра, кругом одни виллы богатеев. Вряд ли Паоло бегал на соседнюю виллу, чтобы трахнуть какую-нибудь горничную. Вдруг у той окажется братец или папаша, который решит вспомнить про сицилийские традиции, про поруганную девичью честь, да и объявит вендетту всему его роду! Скажи честно, ведь не разговоры разговаривали? Да можешь не отвечать, я это и так знаю, - махнула она рукой.
– Сказочно повезло мальчишке. Русская, блондинка, красавица, с прекрасной фигурой, да ещё и вовсе не прочь отдаться, причем столько раз, сколько ему хочется, и уговаривать не надо.

Лариса смотрела на неё расширенными глазами. Она вовсе не считала себя объектом всего лишь сексуального интереса оголодавшего юноши, но теперь, похоже, в этом засомневалась.

А верная боевая подруга, видя её сомнения, решила закрепить результат:

– Не исключено, что у него был и материальный интерес. Кстати, типичных жиголо больше всего в Италии. И подразумевается под этим не просто платный танцор, но и платный сексуальный партнер. Понятное дело, Паоло б не рискнул просить у тебя денег, но ты бы, небось, и сама от щедроты души прибавила ему жалованье и дарила безделушки на память. А может быть, и не безделушки. Думаешь, малец не сознает, что ты богатая дама? Что ж он не нашел себе девушку своего социального статуса? Да уже за то, что он посмел смотреть на тебя таким взглядом, каким пожирал, когда мы лежали у бассейна, его можно было бы уволить! Неужели ты думаешь, что этот пацан не понимает, что слуга не имеет права так смотреть на свою хозяйку! Кто ты и кто он?!

– Но может быть, Паоло просто не мог скрыть своих чувств...
– вяло попыталась оправдать любовника Лара. Не так уж давно она стала богатой и ещё не привыкла к подобному социальному неравенству. Все ж в нашей стране даже состоятельные люди не ведут себя как патриции, за исключением некоторых нуворишей из числа новых русских.

– Не ищи себе и ему оправданий!
– пресекла её попытки подруга. Понятное дело, на тебя полюбоваться каждому приятно. Но не слуге, понимаешь? Не забывай - ты заграницей, а не в России. Здесь все соблюдается четко, и сложилось это давно. Мезальянс порядочными людьми осуждается и потому тщательно скрывается. Хозяйка может приспособить обслугу для сексуальных утех, и она за это платит. Даже если не деньгами, то для него это большая честь. Каждый дровосек мечтает о своей принцессе, а Иванушка-дурачок - о царевне. Но хозяин имеет полное моральное право отрезать ему за это член, потому что он нанимал его не для того, чтобы тот трахал его супругу или подругу, а совсем для другого. И если тот свои членом дорожит, то почуяв, что он у него при виде хозяйки встает, благоразумно уволится от греха подальше.

– Паоло никогда не посмел бы ко мне прикоснуться, если бы я сама ему этого не позволила, - тихо произнесла Лариса.

– Мать, может, подарить тебе вибратор, а?
– язвительным тоном спросила верная боевая подруга, которой очень не понравились Ларины оправдания. Чтобы ты не томилась плотью при длительных перерывах.

– Алка!
– возмущенно вскинулась Лара.

– А что?
– ухмыльнулась та.
– Если бы здесь был Казанова или Виталька, ты бы вряд ли отдалась этому пацану. И не только из страха. Когда баба хорошо покувыркалась в койке, другие трахатели ей без надобности. Если это не последняя блядь, конечно, - прибавила она.

– Когда мы с тобой разговаривали возле бассейна, я ни о чем таком и не помышляла. Вернее, было смутное желание, и я позвала его, чтобы он помог мне высушить волосы, но до последней минуты верила, что ничего себе не позволю. Просто хотелось поиграть. Ты же знаешь, мне больше всего нравится предварительная игра. А с Игорем и Виталиком уже все в прошлом, все привычно и заранее известно. Хотя и с тем, и с другим мне хорошо, но ведь все надоедает. А тут я просто хотела опять ощутить его взгляды, хотела, чтобы Паоло ко мне прикоснулся. Даже целоваться с ним не собиралась. А потом велела ему отдернуть шторы, без всякой задней мысли, и спросила, где мои гости, а он показал в окно. Я подошла и увидела вас. И сразу так завелась...

– Вуайеристка чертова!
– рассмеялась Алла.
– Оказывается, я во всем виновата!

– Да кто тебя винит! Просто у тебя было такое лицо...

– Лучше бы ты к нам присоединилась. Весело провели бы время втроем. По крайней мере, не было бы последующих переживаний.

– Ты что, мать, серьезно?
– ахнула Лара.

– Ой, ну ты совсем не врубаешься!
– опять расхохоталась Алла.
– Я, между прочим, несмотря на свою сексуальную раскованность, ужасная собственница. По молодости лет, бывало, баловалась группешником, но, скорее, из спортивного интереса и с мужиками, которые мне совершенно безразличны. А того, кто мне дорог, я не отдам даже любимой подружке. Так что и не мечтай!

– Да я и не мечтаю, - надулась Лариса.

– Кстати, дорогая, надо бы нам съездить в Палермо.

– Зачем?

– Сдай-ка ты на всякий случай анализы. Вдруг ты от этого мальца что-то подцепила. Такого итальянского сюрприза нам не надо.

– Ладно, - покорно согласилась Лара.
– Мне это и в голову бы не пришло, а теперь я и сама беспокоюсь.

– И правильно беспокоишься. У тебя с Казановой что-нибудь было?

– Да, - кивнула Лара, уже начиная тревожиться.

– Ладно, не бзди раньше срока. Будем надеяться, что все обойдется. А с Виталькой?

– Нет. Я же почти все время была с Игорем.

– Воздержись-ка от койки, пока не получишь результаты анализов. А то один из них тебя точно пристрелит. Узнать об измене любимой - это одно, а вот о том, что она тебя чем-то вдобавок наградила, - это, мать, уже совсем другой коленкор. Ни один порядочный мужик такого не стерпит.

– А что же мне им сказать, почему мне нельзя?

– Придумаем что-нибудь.

Алла почему-то не сомневалась, что подруга не заразилась, но нарочно пугала её - впредь будет осмотрительнее. Это ж надо - решиться спать с иностранцем без презерватива!