Чтение онлайн

Тогда же, в августе 2008 года, газета «Вашингтон пост» высказала идею организовать «американо-европейский бойкот зимних Олимпийских игр 2014 года в Сочи». В ответ Владимир Путин заявил: «Нельзя такие вещи политизировать».

Политизировать Олимпийские игры действительно нехорошо, однако без этого почему-то никогда не обходится. Сочинская Олимпиада, судя по всему, не станет исключением, но расстраиваться из-за этого, право слово, не стоит. В глобальном мире такой инструмент, как бойкот, попросту неэффективен. Ну а что касается политиков, так у них девиз такой — стоять, бояться, держать и не пущать. А Олимпиада — это Citius! Altius! Fortius!, как и завещал отец Анри Дидон.

Сиятельный

/  Политика и экономика /  Профиль

Как граф Георгий Рибопьер олимпийское окно в Европу для России прорубал

Несколько лет назад, оказавшись на Новодевичьем кладбище, я в одном из уголков его обратил внимание на потемневшую от времени надгробную плиту. С трудом удалось разобрать надпись: «Граф Георгий Иванович Рибопьер». Я поразился находке, ведь уже несколько лет в качестве историка спорта занимался сбором крупиц информации об этом потрясающем человеке. Рибопьер был одним из первых членов МОК от России, передовым спортивным менеджером, продвигавшим наших атлетов на международную арену. По масштабу свершений его можно сравнить с меценатами братьями Третьяковыми. Но если от собирателей живописи остались коллекции, то память о былых спортивных свершениях стирается очень быстро. И судьба графа Рибопьера тому подтверждение.

Его сиятельство

Членами Международного олимпийского комитета вопреки распространенному заблуждению никогда не являлись национальные олимпийские комитеты. Ими всегда становились конкретные люди — особо избранные. МОК и в прежние времена был, да и до сих пор остается закрытым клубом, в который можно попасть только по рекомендации. Неудивительно, что о некоторых функционерах этого элитарного клуба сохранились крупицы сведений, несмотря на то что они сыграли огромную роль в истории олимпийского движения. Одним из таких «невидимок» и оказался граф Георгий Рибопьер, член Международного олимпийского комитета от России с 1900 по 1913 год.

Время, на которое приходится становление олимпийского движения, было особым. У руля мирового спорта тогда стояла исключительно аристократия. Из 87 избранных в 1894—1914 годы членов МОК титулованные особы составляли две трети. 18 графов, 5 баронов, 6 князей, 3 принца, 2 маркиза, 2 лорда, 2 герцога, 11 генералов. В том был свой резон. Представители голубых кровей, господа, состоятельные и состоявшиеся во всех отношениях, с одной стороны, культивировали дух рыцарства и благородства, подчеркнутого уважения к сопернику, а с другой — политическая и финансовая независимость давала им возможность не поступаться моральными принципами. Граф Рибопьер вошел в состав МОК, будучи рекомендованным туда генералом Алексеем Бутовским, первым членом этой организации от России.

Его состояние

Рибопьеру ко времени вступления в члены МОК исполнилось 46, и он был вполне самодостаточным человеком. Его называли одним из самых крупных коннозаводчиков своего времени. Свой первый конный завод он основал в 1879 году, позднее приобрел второй. Об авторитете графа в областях коневодства и конного спорта говорят его должности: вице-президент Московского императорского скакового общества, председатель Всероссийского союза коннозаводчиков, член главного управления Государственного коннозаводства. Вдобавок, как вспоминает другой коннозаводчик Яков Бутович, граф принадлежал к «одному из самых богатых аристократических родов, и состояние его равнялось многим миллионам, а количество десятин земли доходило одно время до ста тысяч». Свое богатство Рибопьер не выпячивал, но при этом был, как сказали бы сегодня, повернут на идеях атлетизма, которыми заразился еще в юности. Впрочем, обо всем по порядку.

Вообще о Рибопьере сохранилось очень мало живых биографических сведений. Его спортивная деятельность представлена в основном в писаниях известного пропагандиста и антрепренера цирковой борьбы Ивана Лебедева, которого знали и в Москве, и в Петербурге как Дядю Ваню — человека, выходившего на арену в купеческой поддевке, сапогах бутылками и разговаривавшего речью охотнорядцев. «Граф Рибопьер был кормильцем русской атлетики, — писал Лебедев в своей книге «Тяжелая атлетика». — Этот энтузиаст атлетического спорта выбросил на его развитие из своего кармана больше 100 000 рублей».

Граф мог себе это позволить. Журнал «Русский спорт» за 1913 год, в частности, приводит такие данные: с января 1901 года по апрель 1912-го Рибопьер, имея в своих конюшнях 115 рысистых лошадей, выиграл на бегах 564 337 рублей.

Что касается родословной графа, то в нее внес путаницу Дядя Ваня, который был на целое поколение моложе и мог знать истории о его жизни лишь в пересказах других лиц. Но именно на его счет приходится нелепая выдумка. Якобы прадед Георгия Жан (Иван) был привезен в Россию из Швейцарии и служил парикмахером при самой государыне Екатерине Второй. На самом деле было по-другому.

Его фамилия

Швейцарец Жан Рибопьер действительно решил попытать счастья при дворе Екатерины, приехал в Россию с рекомендательным письмом от самого Вольтера, дослужился до звания бригадира и благополучно женился на фрейлине Ее Величества, аристократке из рода Бибиковых. Военную службу не бросил и сложил голову при штурме Измаила, оставив после себя трех дочерей и сына Александра. Наследник, то есть дед Георгия, с самого рождения оказался близок ко двору, его восприемником при крещении был Великий князь Александр Павлович, будущий Александр Первый. 18 лет от роду Александр Рибопьер был назначен флигель-адъютантом вступившего на престол императора Павла. Правда, тот же вскорости и разжаловал приближенного, лишив всех званий, когда узнал, что Рибопьер дрался на дуэли из-за княгини Гагариной, любовницы Его Величества. Впрочем, Александр Первый при восшествии на престол вернул Рибопьеру чины и титулы. Вскоре тот удачно женился на двоюродной внучке князя Потемкина, родившей ему четырех дочерей и двух сыновей — Ивана и Михаила. Михаил умер в малолетстве, а об Иване — отце нашего героя — известно только то, что он долгое время пребывал на дипломатической службе. Мать Георгия Ивановича — княгиня Софья Трубецкая. Так что у графа, как он сам говорил, от иностранных предков осталась одна только фамилия.

Зато вырос он в Европе — детство и юность провел в Италии и Швейцарии, где отец служил при дипмиссиях. Именно там Георгий прошел хорошую школу физического воспитания, занимаясь в спортивных клубах, которые появились в Европе раньше, чем в России. В частности, тренировался во Флорентийском гимнастическом обществе. В то время был популярен идеал гармоничного человека, сочетающего в себе ум, нравственность и физическое совершенство. Примером для подражания у молодежи служили известные персонажи Древней Греции — Гиппократ, который был наездником и борцом, отменные атлеты Пифагор, Софокл, Еврипид.

Главные пристрастия Георгия в то время — борьба и гиревой спорт. В 15 лет он попал на представление в балаган и принял вызов профессионального борца, который приглашал любого из зрителей помериться с ним силой и ловкостью. Схватка окончилась вничью.

Ну и, конечно, всегда страстью нашего героя были лошади. По возвращении в Петербург в девятнадцатилетнем возрасте Рибопьер поступил вольноопределяющимся в конную гвардию сначала в кавалергардский полк, затем перевелся в лейб-гвардии Ее Величества гусарский, мундир которого носил до конца жизни, оставаясь полковником этого полка в отставке. Был назначен ответственным за проведение гимнастических штудий в полку, поскольку командование оценило его атлетические способности. Скорее всего, физическая закалка помогла ему выжить в войне с Турцией 1877—1878 годов.