Чтение онлайн

События, имевшие место перед войной, во время войны и после нее, показали миллионам людей, что жизнь сама по себе еще ничего не значит, если нельзя жить свободно. Но они показали также и то, что свобода, которую решили защищать только на словах, не является настоящей свободой. Есть только одно средство избавиться от скрытой угрозы войны, и оно заключается в силе и спаянности всех свободных народов, которые после раскола, происшедшего за последние десять лет, находятся сейчас на пути к окончательному объединению.

Перед нами, подобно разноцветным кускам большой мозаичной картины, прошли отдельные главы настоящей книги, и каждая из них представляет собой отчетный доклад о накопленном опыте и уроках, извлеченных из событий второй мировой войны, доклад, обнимающий какую-либо одну конкретную область жизни. Дорогой ценой заплатили мы за то, чтобы научиться вести маневренную войну (особенно в России), чтобы понять исключительное стратегическое значение средиземноморского театра военных действий, чтобы, наконец, осознать те особенности ведения войны в России, с которыми столь роковым образом встречались все наступавшие здесь, будь то Карл XII, Наполеон или Гитлер. Впервые за всю историю войн партизанская борьба приобрела совершенно небывалые размеры, поразив всех и опрокинув все имеющиеся положения и нормы права своей трезвой и суровой реальностью. И нет никаких гарантий, что такая борьба не повторится в будущем. Хорошо освещены в книге различные проблемы, которые в то или иное время возникали перед штабом оперативного руководства войной на море в вопросах использования тяжелых кораблей и подводных лодок против господствующих на море держав. Понятными становятся также и те причины, по которым прекрасная немецкая авиация, с одной стороны, могла стать решающим фактором молниеносных войн, а с другой — во второй фазе войны превратилась в фактор, мешавший успешной борьбе. Большое место в книге отведено парашютным войскам. Это сделано не только потому, что их появление в этой войне явилось новшеством, но и потому, что в будущих войнах операциям воздушно-десантных войск, к которым относятся и парашютные войска, и их взаимодействию с бронированными подвижными соединениями будет придаваться исключительно большое значение. Не менее важным было показать и колоссальную революционизирующую роль военной техники и одновременно доказать, что там, где люди слепо следовали устаревшим традициям и из-за этого недооценивали возможности использования современной техники на поле боя, чаще всего войска теряли превосходство, несли потери и терпели поражение. Но эти возможности техники можно было использовать только в том случае, если политические и военные руководители страны постоянно направляли и регулировали развитие науки и военной промышленности, если силы и средства народа правильно распределялись и использовались в масштабах, необходимых для четкого ведения войны.

Теперь уже нам всем становится ясно, что в условиях современных войн прежнее различие между военным и гражданским секторами совершенно неприменимо и что из-за недооценки того, что раньше называлось «гражданским», мы вынуждены были испытать много самых различных неприятностей. Поэтому итоги второй мировой войны были бы неполными без отчетов об опыте, полученном экономикой, промышленностью, органами снабжения, транспорта, финансов, равно как и без описания достижений в области психологического воздействия, которое дало возможность бросить на чашу весов — то ли к счастью, то ли к несчастью — все духовные силы нашего народа.

Мы рассмотрели по частям всю картину прошедшего исторического события. В заключение хочется сделать несколько шагов назад, чтобы увидеть ее всю целиком, чтобы за многими деталями и отдельными штрихами не упустить главного, не проглядеть основных признаков превращения мира, овладеть ими и уметь легко ориентироваться в них. В этом состоит основная задача немцев, живущих в середине XX века.

1. Вторая мировая война завершила собой период развития, начавшийся не в 1939 и не в 1933, а в 1914 году. Попав в сети противоречивых идей национализма, европейские народы оказались втянутыми в братоубийственные войны, исход которых пришлось решать не им самим, а чуждым Европе державам и континентам. Результатом обеих европейских войн, которые каждый раз превращались в мировые, является то, что вся Европа в целом, а не только побежденные, лишилась своей руководящей функции, которой она обладала в течение нескольких веков. Европа перестала быть центром мира. Та Европа, в которой наследие античной культуры в сочетании с христианством привело вначале к средневековью, а затем, подобно вулкану, извергало из своих плодотворных недр одну за другой такие эпохи, как Ренессанс, Реформацию, Просвещение, Французскую революцию, гуманизм XVIII века, современный либерализм, эпоху естественных наук и, наконец, преобразующую весь мир эпоху технического прогресса; та Европа, с берегов которой путешественники, исследователи и колонизаторы отправлялись во все страны света, открывали новые континенты, проникали в них и отчасти преобразовывали их; та Европа, чья культура, цивилизация и экономика распространяли свои лучи во все концы земли, была действительно сердцем мира, его руководящим и оплодотворяющим центром. Эта Европа начиная со второй мировой войны пришла к своему концу, она потеряла свои позиции и теперь уже ничем не выделяется из общего ряда прочих континентов.

2. Параллельно с утратой Европой своей функции центра мира в первой половине нашего века, ознаменовавшегося частыми европейскими братоубийственными войнами, проходил еще один процесс, также имеющий мировое значение: эмансипация остальных континентов. Перемещение политического центра тяжести и явилось тем фоном, на котором пылали европейские братоубийственные войны. Чем ожесточеннее бились друг с другом европейские нации, тем важнее казалась им задача мобилизации сил своих колониальных владений и заокеанских партнеров, для того чтобы бросить их на свою чашу весов и тем решить исход войны. Именно таким было вступление Америки в первую мировую войну. Своей военной техникой Америка решила и исход второй мировой войны, подготовила самое сердце Европы для штурма как на сухопутных фронтах с запада и востока, так и путем воздушных бомбардировок.

Поддержка Америкой европейских войн способствовала тому, что страны других континентов получали все большую экономическую самостоятельность. Количество крупных индустриальных городов с населением более ста тысяч человек выросло за период с 1900 по 1950 год в Европе на 137 %, в Америке — на 280 %, в Африке — на 457 %, в Азии — на 219 % и в Австралии — на 200 %. Это означает, что во всех других странах света индустриализация в первую половину XX века проходила гораздо интенсивнее, чем в старой Европе.

Параллельно с этим развитием и как частный его аспект шел и рост населения. Естественный прирост населения в первой половине века составил: в Европе — 35 %, в Америке — свыше 127 %, в Африке — 70 %, в Азии — 48 %, в Австралии — 133 %. Таким образом, и рост населения в других частях света происходил гораздо быстрее, чем в Европе.

Уменьшилась и политическая роль Европы. Если до первой мировой войны Европа была руководящим политическим центром, то теперь она представляет собой нечто вроде политического вакуума силы, очага скрытой угрозы войны или магнитного поля между двумя противоположными полюсами, которые, подобно огромным конденсаторам, изо дня в день накапливают материальные и моральные силы. Из обоих этих источников в Европу устремились крайние, полярные силы: политическая, экономическая и духовная поддержка Америки, с одной стороны, империалистические социально-революционные и классовые устремления Советского. Союза — с другой. В этом и заключается третий и самый главный результат второй мировой войны.

3. Результатом этой войны явилось также и колоссальное увеличение мощи и влияния Советского Союза. Излишне сравнивать нынешнюю сферу влияния Советского Союза со сферой его влияния в годы Октябрьской революции. Она простирается сегодня от самого сердца Германии, от Вартбурга и города Гете и Шиллера [176] до Тихого океана, и от Северного Ледовитого океана через Китай до ворот Индии. В эту сферу влияния входят народы молодой неисчерпаемой биологической силы. Все достижения западной науки подвергаются здесь острой критике, направленной против всей западной культуры, против всякой иллюзии цивилизации и прогресса. Однако эти же самые научные достижения, перенесенные в Советский Союз и сознательно стимулируемые его политическим руководством, вызвали в наивном советском народе прямо-таки упоение техникой и индустриализацией. Там царит сейчас один бог — мотор, там вырастают из земли промышленные комбинаты, там сознательно культивируется фанатическая вера в прогресс. Русский полковник Кирилл Калинов в своей книге «Слово имеют советские маршалы» пишет о выступлении Сталина перед слушателями военной академии следующее: «Сталин говорил медленно. Без всяких ораторских приемов комментировал он лозунг Ленина: «Коммунизм есть марксизм плюс электрификация». [177] Испанский представитель культурфилософии Сальвадор де Мадариага начинает свою книгу «Портрет Европы» словами: «Моторизованный Чингис-Хан угрожает Европе…» Вот в чем заключается третий компонент силы Советского Союза. Потрясения и кризисы, которым на протяжении пятидесяти лет подвергаются европейские народы и которые они понимают как призыв к созданию нового, стабильного порядка, правителями Советского Союза объясняются как закономерное историческое явление, как движущая сила перманентной революции во всем мире. Следовательно, сознательно способствовать этим кризисам и потрясениям повсюду — значит создавать предпосылку для успеха мировой революции, для создания «бесклассового общества».

Функция центра мира и защитного вала против наступающего Востока, которая еще со времен Великого переселения народов принадлежала Европе, отнята теперь у нее историей и передана Америке. В связи с этим Америка не может пожинать плоды своей победы в этой войне и заниматься укреплением мира и разрядкой международного напряжения. Наоборот, она должна использовать все свое могущество и направить все свои усилия на создание еще большего напряжения сил, дочти не уступающего напряжению военного времени, чтобы быть в состоянии выполнить эту задачу. Решение этой задачи Америка не может передать никому другому, так как своим непосредственным участием в мировых войнах она сама поставила ее перед собой.

4. Что касается нас, немцев, то мы как раз находимся на самой границе, — разделяющей силы двух противоположных полюсов, это также есть один из результатов второй мировой войны. Разграничительная линия проходит через самое сердце нашей страны. По последним данным, потери только одного немецкого народа во второй мировой войне составляют 6,6 млн. убитыми. Тысячелетняя история немецких колонизаторов на Востоке окончена, немцы изгнаны из этих районов. Немецкие поселения и даже целые области, в которых преобладает немецкое население, на Балканах и в Советском Союзе можно за небольшим исключением считать потерянными.