Чтение онлайн

По этому сигналу подводная лодка могла своевременно уйти под воду. Другим защитным средством подводных лодок был небезызвестный «шнорхель», который ввиду малых размеров значительно затруднял обнаружение лодок. К концу войны, когда подводная лодка получила возможность без выхода на поверхность для пополнения запаса воздуха идти под водой на полной скорости, эффективность действий германских подводных лодок увеличилась. Волшебным средством, позволившим осуществить это, явилось смешение горючего с содержащими кислород химикалиями, как например ауролом и т. п.

Англичане вскоре обнаружили, что новые радарные установки, если их использовать на земле, могут дать еще более удивительные результаты. На панораме-индикаторе отражались контуры ландшафта! Радиолокационные лучи проходили беспрепятственно через туман, облака и темноту! Теперь англичане имели средство, с помощью которого они могли ночью и через самые густые облака безошибочно отыскивать любую цель и поражать ее. Перед волнами бомбардировщиков летели «следопыты», оборудованные новыми радарными установками, отыскивали цели, отмечали их световыми сигналами, так называемыми «рождественскими елками», и давали возможность бомбардировщикам сбрасывать бомбы на эти районы по точной схеме «бомбового ковра». Вскоре в руки немцев попал один из таких приборов (H2S). Он был снят со сбитого английского самолета в районе Роттердама. Этот «роттердамский прибор» был немедленно освоен и изготовлен в Германии, а особому коллективу исследователей было поручено провести многосторонние испытания для определения возможности создания приборов, работающих на сантиметровых волнах. Радиолокационные приборы бомбардировщиков интереса для Германии не представляли, поскольку она уже давно не имела дальних бомбардировщиков. Поэтому новый прибор, работающий на сантиметровых волнах («Берлин-М»), был установлен в первую очередь на ночных истребителях. Морской флот также получил навигационные приборы для ориентировки ночью и в тумане и для отыскания минных заграждений. Несколько тяжелых кораблей были оснащены большими антеннами, чтобы можно было обнаруживать и атаковать корабли противника. Поскольку, кроме засечки кораблей, новые приборы могли точно измерять водяные столбы, возникающие при разрыве снарядов, они стали применяться в качестве отличного пристрелочного прибора для стрельбы без оптического прицела. К сожалению, жертвой, этого метода стрельбы стал линейный крейсер «Шарнгорст», который в рождество 1943 года был ночью обстрелян с расстояния 30 миль и потоплен соединением английских тяжелых кораблей, имевших радарные установки.

Обе воюющие стороны стремились, конечно, найти какое-то средство защиты от столь опасных радиолокационных установок. Западные державы, чтобы защитить свои бомбардировщики от немецких радиолокаторов, применяли листы алюминиевой фольги, которые при налетах сбрасывались центнерами с первых самолетов. Они задерживали радиолокационные лучи, «смазывая» изображения на экранах индикаторов.

Широко и весьма успешно применялись также и радиостанции, создающие помехи в эфире.

До 1914 года в германском военном министерстве не было такой инстанции, которая специально занималась бы вопросами военной техники и военной промышленности.

Технические отделы различных родов войск занимались независимо друг от друга вооружением и оснащением, как одним из частных вопросов формирования войсковых частей. Эти отделы связывались по своему усмотрению с любыми фирмами и предприятиями. Такой с технической точки зрения бесплановый, неорганизованный метод работы зависел от разных случайностей и приводил к путанице, которая в 1915–1918 годах отрицательно сказалась на ведении войны.

Руководствуясь этим опытом, военные руководители Германии создали в министерстве рейхсвера в 1928 году одно центральное управление вооружений сухопутных войск, на которое возлагалась задача конструирования, испытания, производства, приемки и распределения всех видов оружия, боеприпасов, военной аппаратуры и приборов. Управление вооружений стало соединительным звеном между промышленностью, с одной стороны, и генеральным штабом и войсками — с другой. Военно-морской флот Германии также получил после первой мировой войны свое собственное управление вооружений. После снятия с Германии ограничений, наложенных на нее Версальским договором, [98] из личного состава управления вооружений сухопутных войск было организовано техническое управление ВВС, которое в своем развитии и методах работы пошло вопреки советам управления вооружений своими собственными, не всегда правильными путями.

Двенадцати отделам управления вооружений сухопутных войск было подчинено свыше десятка экспериментальных и артиллерийско-стрелковых полигонов, среди которых наиболее известными были Куммерсдорф, Гиллерслебен, Пенемюнде, Раубкаммер, Миттерзиль и Клаусдорф.

Общее руководство отделами возлагалось на войсковых офицеров, имевших высшее техническое образование или закончивших академию генерального штаба. Новым для этого типа офицеров было то, что перед назначением на каждую высшую должность в аппарате управления они должны были пройти службу в войсках в соответствии со своим званием и получить непосредственный опыт командования. Таким образом, командование надеялось сделать офицера не только солдатом, но и инженером и успешно разрешить постоянно растущие проблемы ведения технической войны.

Для коренного улучшения массового производства многих предметов, в которых нуждались вооруженные силы, главным образом боеприпасов, оказалось целесообразным привлекать для работы в управлении опытных инженеров-производственников и нормировщиков из промышленности. Эти инженеры помогли разработать стандарты для выполнения всех чертежных работ и перенести эти стандарты на важнейшие элементы военного конструирования: Общие нормы германского промышленного стандарта (DIN) были распространены на строительные материалы, а также на рабочие и приемочные калибры и лекала, которыми проверяются размеры деталей. Благодаря этому вся приемка продукции была поставлена на твердую единую основу, которая исключала всякого рода неясности и споры.

Управления вооружений всех трех видов вооруженных сил работали в тесном контакте с промышленностью. Связь референтов управления с изобретателями и промышленностью часто порождала новые открытия и усовершенствования. «Тактические требования» генерального штаба были впервые сформулированы на совещаниях инспекторов войск с руководителями штаба. В дальнейшем они были переданы всем управлениям вооружений, где на их основе были разработаны соответствующие принципы конструирования новой техники. Сама же конструкторская работа в задачи управления вооружений не входила. Группа проектирования и испытания образцов материальной части сокращенно называлась «испытательной» группой управления вооружений, а ее отделы получили название «испытательных». Управления вооружений должны были только выдвигать проблемы, ставить технические задачи, подыскивать подходящие формы и конструкторов и при изготовлении конструкций оказывать помощь и давать советы лишь в том случае, когда конструктивно-технические соображения ученых и инженеров требовалось привести в соответствие с военными нормами.

Представленные управлению образцы новых типов оружия испытывались на экспериментальных и артстрелковых полигонах с применением современных измерительных приборов. Затем образцы отсылались обратно с соответствующими указаниями и вновь представлялись на испытания, пока, наконец, не отдавалось распоряжение о принятии их на вооружение и не делался первый заказ промышленности.

В деле военно-технического планирования и в вопросах распределения заказов в промышленности первыми помощниками и советчиками всегда были многочисленные промышленные тресты и компании. Все комиссии и комитеты, создаваемые управлениями вооружений, а позднее министерством боеприпасов для руководства исследовательской работой и производством вооружения, отлично работали до тех пор, пока в них сотрудничали и осуществляли контроль представители вооруженных сил. В связи с этим следует сказать несколько слов и о министерстве боеприпасов.

С годами между генеральным штабом, инспекциями родов войск, управлениями вооружений и военной промышленностью выработался тот четкий рабочий ритм, благодаря которому выполнение многочисленных заказов по производству вооружения проходило без всяких осложнений, начиная с момента постановки задачи на проектирование и до отправки готового оружия в войска.

Однако в вышестоящих органах в системе вооруженных сил и в штаб-квартире Гитлера вопрос о военной технике был самым запутанным и не обнадеживающим. Еще до начала войны в главном штабе вооруженных сил слишком мало заботились о правильном решении основных военно-технических задач. В течение многих лет начальник управления вооружений генерал Беккер боролся за создание небольшого оперативного штаба для общего руководства всеми тремя управлениями вооружений. К осознанию необходимости такого органа он пришел после того, как сам убедился в пагубности таких ошибок, какие были допущены еще во время первой мировой войны. Все, кого непосредственно затрагивало создание подобного органа, то есть три главнокомандующих видами вооруженных сил. главный штаб вооруженных сил и представители военной промышленности, были против него. потому что надведомственное положение этого штаба отчасти ограничивало их сферу власти. В конце концов высшим инстанциям пришлось все же согласиться с неоспоримыми аргументами генерала Беккера. В апреле 1940 года главнокомандующие сухопутных сил, авиации и флота дали свое согласие и Гитлер подписал организационный приказ. Однако вечером того же дня он вновь отменил его. На него, по-видимому, повлияло заявление одного из воротил немецкой военной промышленности, утверждавшего. что промышленность не нуждается в военном руководстве и сможет дать армии гораздо больше военных материалов и вооружения, если в своих действиях она никем не будет стеснена. Генерал Беккер воспринял отмену приказа как личное оскорбление и покончил жизнь самоубийством. Таким образом, немецкая инженерно-техническая служба потеряла своего начальника прежде, чем он занял свой пост. Преемник Тодта в министерстве боеприпасов Шпеер предоставил комитетам соответствующих отраслей военной промышленности слишком большие полномочия в руководстве военной индустрией. Отсутствие необходимого влияния при решении жизненно важных вопросов производства вооружения и оснащения армии причинило войскам немалый ущерб. Министерство боеприпасов с его почти неограниченными полномочиями, за получение которых управления вооружений армии, авиации и флота тщетно боролись в течение многих лет. мобилизовало все силы германской экономики, наладило выпуск огромного количества военных материалов и поддерживало его на высоком уровне до самого конца войны. Но его основным недостатком было то, что наряду со многими энергичными и способными людьми на важнейшие посты в министерстве проникали и неправильно направляли самоотверженный труд немецких рабочих и инженеров некоторые политические выскочки, не имевшие даже элементарных знаний дела. Попытка передать руководство всей военной промышленностью невоенным людям оказалась как в целом, так и особенно в отношении развития оружия, ошибочной.