Чтение онлайн

За обеденными столами зашумели лётчики воздушной экадры.

– Хорошо, - Шаллек окинул взглядом завтракавших лётчиков, - Синоптики дают кратковременное улучшение погоды в районе двух часов дня. Жду командиров экипажей у меня к двенадцати часам.

Шифротелеграмма совершенно секретно срочно

09.00

Начальнику управления пограничных войск ПрибОВО

Прошу Вашего разрешения вывезти семьи начсостава с пограничных застав в глубь страны.

Начальник 106-го Таурагенского пограничного отряда полковник Головкин

Резолюция на шифротелеграмме:

Не поддавайтесь на провокации. Не сейте паники. Тот, кто самовольно отправит семью в тыл, будет лишен возможности возвращения ее к месту службы главы семьи.

Берлин,

Главное управление безопасности Рейха,

Принц-Альбрехт-штрассе 8,

4-й отдел РСХА,

рабочий кабинет начальника 4-го отдела РСХА бригаденфюрера СС Мюллера,

08.18 (время берлинское)

Генрих Мюллер отложил в сторону только что прочитанное им донесение службы наружнего наблюдения в котором говорилось: совершенно секретно,

напечатано в одном экземпляре,

лично бригаденфюреру СС Мюллеру,

Донесение по результатам наружнего наблюдения за ? 243 Ш в период с 21 по 31 мая 1941 года.

По возвращению из генерал-губернаторства 21 мая, объект кратковременно пребывал в военном госпитале. (с 19.00 21.05.41 по 12.00 22.05.41). Список контактировавших с объектом лиц прилагается. Список лиц за которыми установлено наблюдение и ведётся прослушивание телефонных переговоров прилагается.

После выписки из госпиталя объект уехал с семьёй на отдых в семейное имение в Карлсбад (с 18.00 22.05.41 по 08.45 29.05.41). Список контактировавших с объектом лиц прилагается. Список лиц за которыми установлено наблюдение и ведётся прослушивание телефонных переговоров прилагается.

После возвращения с отдыха объект приступил к исполнению своих обязанностей в Управлении Вермахта по делам военнопленных. (08.00 30.05.41). Список контактировавших с объектом лиц прилагается. Список лиц за которыми установлено наблюдение и ведётся прослушивание телефонных переговоров прилагается.

Руководитель отдела наружнего наблюдения Шеффлер

Пролистав список лиц за которыми было установлено наружное наблюдение и прослушивание телефонов, Мюллер вдруг резко спросил почтительно молчавшего Шеффлера.

– Здесь, в третьем списке под номером четыре стоит фамилия Шелленберга. Это как понимать Шеффлер?

– Мне было дано указание, мой бригаденфюрер, о том что мои люди обязаны установить наблюдение за всеми с кем будет контактировать объект ? 243Ш. Вчера в 14.40 наблюдаемый имел беседу с господином Шелленбергом, которая длилась до 15.34, после чего мною был отдан приказ о проведении мероприятия согласно полученных указаний.

– Скажите, Шеффлер, - тонкие губы бригаденфюрера расстянулись в улыбке, - А если бы этот объект встретился с рейхсфюрером или фюрером, вы бы тоже действовали согласно полученных вами указаний?

Начальник отдела наружнего наблюдения побледнел.

– Значит так, - Мюллер потёр шею правой рукой, - Наблюдение с Шелленберга немедленно снять. По этим спискам поставленным на прослушку есть какие-либо результаты?

– Нет, мой бригаденфюрер, особо никаких, - ответил начальник отдела наружнего наблюдения.

– Ещё бы, - хмыкнул Мюллер просматривая фамилии, - Тяжело ожидать какой либо информации от молочника Ганса Шлоббера, семидесяти двух лет, последние семьдесят два года проживающего без выезда в крестьянском доме под Карлсбадом.

– Вы слегка перестарались, Шеффлер, - бригаденфюрер отложил бумаги в сторону, - Вообще снимите наблюдение со всех кого вы без нужды посадили под колпак. У объекта оставьте прослушку телефона ещё на неделю. Если никаких компрометирующих фактов не всплывёт, то снимите. Не хватало, чтобы среди сотрудников Управления начали ходить ненужные слухи.

Берлин,

Управление Абвер/Аусланд ОКБ

Дом на набережной Тирпица.

Кабинет начальника Абвера адмирала Канариса.

09.00 (время берлинское)

– Вы рановато пришли мой друг. Даже предварительное заключение ещё не готово. Присаживайтесь, - шеф абвера указал Шелленбергу на кресло возле стола.

Затем Канарис подошёл к сейфу и открыв его снял с нижней полки коричневую папку.

– Но некоторые интересные моменты уже имеются, - адмирал положил перед Шелленбергом несколько увеличенных фотографий.

– Вот, например, эта, - Канарис подвинул на средину стола фотографию шоссе с указателем "Вильно". В левом нижнем углу выделялся обведённый белой каймой волнообразный фрагмент.

– Эксперты абвера пологают, что эта дорога в действительности не существует. Её нет ни на одном из аэрофотоснимков полученных ранее, о ней нет никаких сообщений от наших полевых агентов. Вывод один: эта дорога была построена русской контрразведкой специально для ввода в заблуждение ваших людей, Вальтер. Видите грубоватая работа, здесь ветром задрало материал которым русские застелили болото, - Канарис тонко усмехнулся, - Работа грубая, но в фантазии этим людям не откажешь.

Шелленберг перевёл взгляд на другие фотографии лежащие перед ним.

– Здесь, - Канарис отсортировал фотоснимки согласно одному ему известной системы, - Ложные укрепления, вероятно построенные большевиками из фанеры. Видете, какая странная плоская тень лежит на земле от этого дота?

– Означает ли это, что вся операция СД пошла коту под хвост?
– спросил Шелленберг.

– Всё зависит от того, как это подать, Вальтер. Во всех этих ложных укреплениях есть своё рациональное зерно. Однако, - адмирал Канарис внимательно посмотрел на сидящего передним Шелленберга, - Вы ведь не затем сюда пришли, Вальтер, чтобы выслушивать мои рассказы. Вы и сами догадывались о русских фальшивках. Говорите прямо, мой друг, всё сказанное вами не покинет стен этого кабинета.

Шелленберг молча достал из кармана кителя пачку американских сигарет "Кэмел".

– Вы правы, господин адмирал, - Шелленберг прикурил сигарету, - Я пришёл к вам не за этим. Я, зная ваше расположение ко мне, пришёл к вам посоветоваться.

Шелленберг сделал короткую затяжку.

– Вчера вечером, я обнаружил за моей машиной "хвост". Наша служба наружнего наблюдения вела меня от здания РСХА до моего дома, - Шелленберг сбросил пепел с сигареты в пепельницу, - А сегодня утром, один из моих старых знакомых, сообщил мне, что личным решением моего шефа мои телефоны домашний и служебный поставлены на прослушивание.